Полина Ром – Огненная леди Туманных холмов (страница 16)

А вот когда трапеза подошла к концу, и Агния сняла крышку с пирожных, король недовольно мотнул головой и сказал:

– Нет-нет, благодарю. Я не люблю сладкое.

– Ваше величество, эту крышку сняла я сама, просто из любопытства, – и как бы чуть извиняясь, Агния добавила: – Вы же понимаете, что все, связанное с магией, мне очень интересно. Вот я и не удержалась. Но больше к этой крышке никто не прикасался. Честно!

Король только отрицательно мотнул головой, отказываясь от сладкого, и Агнию кольнула неприятная мысль: «Хоть я и находилась рядом с ним, но ведь получается, что во время убийства я еще не вышла из своих покоев. В общем-то, у него есть резоны не доверять мне, – призналась она сама себе. – Однако ощущение довольно гадкое…».

Она просто из принципа съела пару воздушных пирожных, совсем крошечных, но необыкновенно красивых и вкусных. Одно из них оказалось песочной корзинкой с клубникой и взбитыми сливками, второе больше напоминало эклер с заварным кремом.

«Ну, по крайней мере, я подсластила себе неприятный момент.», – усмехнулась она про себя. Пауза затягивалась, и Агния потеряла терпение:

– Может быть, вы, Лоренцо, все же расскажете мне, о чем хотели поговорить? Уж простите, но я слабо верю, что вы зашли сюда просто так, – некоторую резкость фразы она смягчила улыбкой.

Его величество еще посидел молча, как бы собираясь с духом, а потом спросил:

– А что ты думаешь об этой ситуации? Этот мир тебе в новинку, может быть, ты заметила что-то необычное, чего не вижу я?

Агния с недоумением посмотрела на короля и, пожав плечами, ответила:

– Что, по-вашему, я могла заметить, если все это время я нахожусь практические под арестом? Даже когда я выходила в парк, за мной всегда следовал охранник. У вас странное представление, Лоренцо, о моих возможностях. Да я даже собственной магией пользоваться не умею и совершенно не понимаю принципов работы любого из этих ваших артефактов, – она раздраженно фыркнула и добавила: – Кроме того, какой вам смысл спрашивать меня? Если вы не верите мне настолько, что не рискнули съесть это чертово пирожное. Мне слабо верится, ваше королевское величество, что во всем дворце вам больше не у кого спросить совета, – довольно дерзко завершила Агния свою речь.

Некоторое время король сидел молча, рассматривая ее как-то отстраненно, как мог бы смотреть на картину, а не на живого человека. Затем протянул руку, не глядя взял с блюда пирожное и целиком закинул в рот. Прожевав и аккуратно вытерев белоснежной салфеткой крошки с губ, он ответил:

– Я и в самом деле не люблю сладкое, Агния. По поводу советов… Что ж, вы правы: во дворце полно людей, к которым я могу обратиться. А вот, к сожалению, доверять я могу очень немногим. Я безоговорочно верил Роджеру: он был моим другом. Я доверяю начальнику тайной службы: Энтони начинал служить еще при моем отце. Но у всех, кому я доверяю, есть один недостаток: некая зашоренность взглядов. Такая же, как и у меня. А по поводу доверия… – король указал глазами на блюдо с пирожными: – Кажется, я ясно дал понять, что ни в чем не подозреваю вас. Однако так же ясно я понимаю, что вы каким-то странным образом замешаны и в смерти Роджера, и, похоже, в смерти мэтра Лантье. Я не обвиняю вас, Агния, а просто хочу понять, что происходит вокруг меня. Впрочем, если вы не настроены делиться своими умозаключениями… – он начал приподниматься из кресла, и Агния торопливо вмешалась:

– Нет-нет, Лоренцо, сядьте. Простите, я погорячилась, – в какое-то мгновение ей стало жалко этого белокурого красавца, который, похоже, потянулся к ней за обычным человеческим теплом.

«Он и сам прекрасно понимает, что я вряд ли могу что-то подсказать. Скорее всего, ему хочется не приказывать, а просто по-человечески поговорить. Раньше он так, наверное, беседовал с Роджером, а теперь…».

– Я действительно не знаю, Лоренцо, чем бы я могла вам помочь, – с сожалением сказала Агния. – Слишком мало я понимаю, что для вас нормально и обыденно, а что из ряда вон.

Король удобнее устроился за столом и попросил:

– Просто расскажите мне, чем вы занимались сегодня утром, как вели себя горничные и что было необычного.

– Все как всегда, – с недоумением пожала плечами Агния. – Я проснулась, умылась-оделась, перед завтраком меня навестил мэтр Лантье, осмотрел так же, как всегда. Затем я ела, а потом пошла на прогулку с вами. Ничего такого… – она слегка покрутила кистью руки в воздухе, не находя нужного слова, – я не заметила. Но ведь я и не была последней, кто видел мэтра Лантье в живых? – взволнованно спросила она. – Вы же понимаете, я чужачка и выгляжу странно.

– Нет, Агния, вы не были последней. После вас мэтра Лантье живым и здоровым видели и охрана, и слуги, и даже кое-кто из придворных. Он завтракал вместе с мэтром Этьеном, старшим дворецким и экономкой, – король немного подумал и добавил: – О том, что вы совершенно иная, знает очень мало людей. И большая часть из них находится под заклятием молчания. Ни охрана, ни ваши сиделки, ни ваша бывшая семья не смогут кому-либо рассказать о том, что вы родились не здесь. Не волнуйтесь, вы выглядите просто обычной девушкой из небогатой семьи. – Лоренцо помолчал и негромко произнес: – Жаль... Я все же надеялся, что удастся найти какую-то шероховатость, странность...

– Но ведь ваш этот Энтони, он же обещал составить список…

– Он и составил этот список, Агния. Только под подозрение попадает больше десятка старых и преданных служащих, чья многолетняя работа как бы заранее снимает с них всяческие подозрения, – тяжело вздохнул Лоренцо. – Пожалуй, я зря нагружаю вас своими проблемами….

Его величество встал, коротко кивнул и пошел к выходу. Не доходя пару шагов до двери, он резко повернулся к ней, как будто вспомнил еще что-то важное, и сообщил:

– Кстати, Агния, я разговаривал сегодня с мэтром Этьеном, и он очень удивился, что вы до сих пор не начали познавать свою силу. Так что с завтрашнего дня я пришлю вам учителя и…

– Подождите! – Агния невольно сделала несколько шагов вслед королю и, остановившись прямо перед ним, подняла глаза вверх: – Сегодня утром я, не дождавшись от вас решения вопроса, сама спросила мэтра Лантье, почему он запрещает мне заниматься магией. И мэтр ответил, что поскольку его коллега мэтр Этьен является королевским лекарем, то правила субординации не позволят ему нарушить приказ. Мэтр Лантье утверждал, что именно мэтр Этьен запретил мне занятия.

Король несколько грубовато схватил Агнию за руку и потащил к столу:

– Садитесь! И повторите все так точно, как только сможете вспомнить.

Глава 20

Спать в эту ночь Агнии не пришлось: король вызвал к ней в апартаменты барона Энтони Бентона. Вместе с бароном пришло еще несколько служащих, и Агнию заставили много-много раз рассказывать одно и то же. Посуду на столе сдвинули в сторону, так и не допустив в покои горничную, и разложили несколько листов со схемами, которые начальник тайного отдела вытащил непонятно откуда: Агнии показалось, что прямо из воздуха.

Мужчины рисовали стрелки, о чем-то немного спорили, а в какой-то момент барон, недовольно оглянувшись на скучающую Агнию, сделал нечто непонятное с одной из своих пуговиц, и весь стол, вместе с окружавшими его людьми, разложенными бумагами и грязной посудой скрылся под огромной полусферой, мягко переливающейся радужными бликами. Из-за этих самых бликов рассмотреть, что происходит внутри, было совершенно невозможно. А главное, оттуда не доносилось ни звука.

Оторопевшая Агния сперва с большим интересом рассматривала очередное проявление магии и даже опасливо потрогала пузырь пальцем, опасаясь, что или он лопнет, или ее ударит током. Однако ничего такого не произошло: пленка чуть прогнулась под пальцами, на ощупь она казалась теплой и гибкой, но при этом превращала все находящееся внутри в мутные силуэты. Стоя за барьером, Агния даже не могла определить, кто из теней барон, а кто его служащие. Лоренцо она узнала по росту: он оказался самым высоким среди всех присутствующих.

Через некоторое время ей надоело любоваться мерцающей пленкой, и она несколько раздраженно уселась в кресло: «Как всегда… Все прерывается на самом интересном месте! В конце концов, это же я дала им ниточку. Могли бы быть чуть повежливее…», – с досадой думала она.

Впрочем, будучи человеком достаточно взрослым и побывавшим в разных ситуациях, собственное раздражение она постаралась притушить, понимая, что знает слишком мало, чтобы позволить себе злиться. Торчать в кресле напротив гигантского мыльного пузыря было достаточно тоскливо, но и лечь спать она не могла.

Наконец пленка лопнула и с тихим шорохом осыпалась на натертый паркет, прочертив серым невесомым порошком идеальную окружность на полу. Мужчины были молчаливы и собраны: похоже, они приняли решение.

Неловко пробормотав извинения, барон Энтони Бентон и его служащие исчезли за дверями. На мгновение задержавшийся король торопливо проговорил:

– Прошу прощения, Агния, за доставленные неудобства. По-прежнему запрещаю выходить из покоев в ближайшие дни, даже с охраной. Завтра с утра тебя начнут учить магии.

До утра оставалось еще несколько часов, но Агнии было очень обидно, что ей не рассказали вообще ничего. Поэтому, устраиваясь в постели, она недовольно думала: «Да и пожалуйста! Обойдусь без ваших тайн… Не очень-то и хотелось…».