Полина Ром – Моя новая маска (страница 46)

А так все сошло достаточно гладко и, ближе к концу вечера, после ужина, на котором мне даже позволили бокал игристого вина, я немного расслабилась, чувствуя поддержку не только от Марселя, но и от всей его семьи.

В те минуты, когда он, выполняя светский долг, приглашал на танец то сухопарую вдову — соседку по имению, то не слишком красивую девицу, оставшуюся без кавалера, рядом со мной вроде бы случайно, оказывалась или сестра Марселя, или официальная хозяйка приема кёрста Жозефина. Они бдительно отбирали кавалеров, приглашающих меня на танец, и оберегали от излишне язвительных языков мамаш, приведших на бал своих дочерей.

По традиции закрывали званый вечер мы с Марселем. И ощущение любви к моему избраннику, слилось с предвкушением скорой свободы таким причудливым образом, что я просто таяла от счастья в его руках.

В поместье мы прожили десять восхитительных дней. Кроме двух племянников Марселя в доме гостили еще и четверо ребятишек в возрасте от шести до одиннадцати лет — дети соседей по поместью. Так что и Линк, и Эжен нашли для себя прекрасную компанию.

Как ни обидно мне было, но посещать бал кёрста Тиан отказалась наотрез.

— Это просто не мыслимо, Элен! Это дурно скажется на вашей репутации! Нет-нет, дорогая моя…

Это была довольно неприглядная сторона светского общества — работающая гувернанткой или экономкой женщина, формально оставалась кёрстой, а фактически — лишалась всех приглашений на рауты, балы и ассамблеи.

Однако, на утро после бала кёрсте было выделено место за столом и никто из родственников Марселя ни разу не дал понять, что присутствие обедневшей женщины как-то задевает их. Напротив, кёрста Жозефина сделала все возможное, чтобы победить некоторое смущение кёрсты Тиан.

У дам нашлись общие знакомые, темы для разговоров, они с радостью ходили по утрам на прогулку вдвоем, а по вечерам с удовольствием играли в какую-то сложную карточную игру, весело подшучивая друг над другом.

Теплые отношения у меня сложились с кёрстом Арно. Несмотря на свои пятьдесят с лишним лет, это был довольно крепкий еще мужчина, по-своему очень привлекательный внешне. Никакого пивного пуза, ни малейшей распущенности в одежде, и до сих пор — орлиное зрение.

Кроме того, кёрст оказался очень интересным собеседником. Поняв, что я интересуюсь биографиями его бабушки и прабабки не из вежливости, и не из желания осудить, а искренне восхищаюсь этими женщинами — он просто расцвел и с удовольствием делился со мной историями, не вошедшими в книгу, так что нам всегда было о чем поговорить.

Вообще семья де Лонгов произвела на меня прекрасное впечатление. После замужества старшая дочь не стала отрезанным ломтем — и она, и ее супруг влились в семью.

Вдовствующая кёрста Жозефина после смерти мужа также нашла поддержку у своей родни. И у всех были теплые, дружелюбные отношения. Я не заметила ни злобы, ни зависти, ни желания что-то угрызть в свою пользу. Это была именно семья, и именно в том понимании, которое я сама вкладывала в это слово — доверие, любовь и поддержка.

Был несколько неловкий момент, когда в комнату, где беседовали взрослые после обеда, влетела разгоряченная Эжен. Кёрст де Лонг-старший сидел прямо напротив входа, поэтому малышка с воплем кинулась к нему:

— Дедушка, дедушка, спрячь меня скорее!

Ахнувшая кёрста Тиан сделала замечание:

— Кёрста Эжен, не подобает так обращаться к кёрсту де Лонгу.

На что разулыбавшийся новоиспеченный «дедушка» с улыбкой заявил:

— Право, зря вы так! Пожалуй, мне очень-очень льстит, что такая очаровательная юная кёрста признала меня достойным столь важного титула, — с этими словами он приподнял комок пледа с пустого соседнего кресла и подтолкнул Эжен туда, аккуратно прикрыв ее сверху со словами:

— Я очень рад, что у меня появилась такая очаровательная внучка.

___________________________________________________________

Лейденская банка — первый в нашем мире электрический конденсатор. Впервые продемонстрирован в городе Лейдене, в 1745 году, отсюда и название. Внешне это — большая стеклянная банка или цилиндр, оклееный изнутри и снаружи оловом. Хранить такая банка могла, кстати, весьма мощный заряд. Благодаря ей и удалось впервые искусственным путём получить электрическую искру.

Глава 46

К сожалению, все хорошее рано или поздно кончается. Пришло и нам время вернуться в город — каникулы Линка завершатся завтра.

Первым делом по приезду в город я начала искать хорошего механика. Главным для меня было даже не то, что он был хорошим, а что бы он оказался честным человеком. Тут мне очень помог кёрст Лизор.

Этой зимой мы довольно часто посещали с Марселем светские вечеринки, театр, ассамблеи и прочие увеселения — считалось, что будущим супругам следует получше узнать друг друга.

А поскольку оглашение нашей помолвки было достаточно громким, то нас охотно и много приглашали. Вот в одном из салонов я и встретилась с кёрстом Лизором, который и поспешил высказать мне свое восхищение.

Его жена, как обычно, коротала время за карточной игрой похожей на наш бридж, а кёрст, воровато оглянувшись, подхватил меня под локоть и усадил в уголке зала. Он, как и я, прекрасно помнил об общественном запрете на деловые разговоры, но бедолагу просто распирало от новостей:

— Кёрста Элен, вы слышали, что торговая марка кёрста Эрнстона торжественно запустила свои вагоны в эксплуатацию? — он ехидно выделил слово «свои» голосом. — Так вот, благодаря вам, кёрста Дюрайн, — он почтительно склонил голову, — боюсь, что к весне его ожидает сильное разочарование!

Судя по довольной улыбке инженера, разочарование моего бывшего жениха ожидало не шуточное. Тут-то меня и осенило, у кого можно узнать о нужном специалисте.

Мою просьбу кёрст Лизор выслушал без удивления, ненадолго задумался и проговорил:

— Кёрста Элен, я так понимаю, что у вас появилась новая идея? А не желаете ли вы поделиться этой идее со мной? Мне не хотелось бы позднее обнаружить какое-то новшество у конкурентов.

Я успокоила кёрста, объяснив, что в этот раз мне нужна оригинальная деталь для игрушки и никакого отношения к вагонам и паровозам она не имеет.

— Это просто не ваш масштаб, кёрст Лизор. Да и не нужен для этой игрушки такой образованный человек, как вы. Мне сгодится и обыкновенный механик, лишь бы был честным человеком.

Кёрст задумчиво покивал головой и задал довольно интересный вопрос:

— Кёрста Элен, а много ли придется этому мастеру ходить?

Я не слишком поняла и поэтому уточнила:

— В каком смысле ходить, кёрст Лизор? Это ведь не изготовление вагона или чего-то огромного, где нужно следить, чтобы все гигантские детали встали на свое место, и бегать большие расстояния от одного конца вагона к другому. Это маленькая безделушка, — я показала ему на пальцах примерный размер, — которую можно изготовить прямо у верстака, даже сидя, если рабочее место находится близко.

— Ага, мне кажется, кёрста Элен, я вас понял, — покивал головой кёрст Лизор. — Дело в том, дорогая кёрста, что недавно один очень хороший механик нашей марки остался инвалидом. Небольшая авария в мастерских — он недовольно поморщился, — бывает, знаете ли… Жизнь ему доктор спас, но вот ходить он не сможет уже никогда — ногу отрезали почти до колена. А у него семья. Жена, кажется, трое детей, ну сами понимаете…А он проработал под моим началом больше десяти лет и могу заверить своим словом — очень добросовестный работник. А теперь, разумеется, его ждет только нищета, — скорбно вздохнул кёрст Лизор.

Признаться выслушала я это с некоторой внутренней оторопью.

— Простите, кёрст Лизор, я правильно вас поняла, этот механик пострадал, работая на марку «Арманд и Стонгер»?

— Да, кёрста Элен, именно об этом я вам и толкую — он много лет работал на нашу марку и больше десяти из них под моим началом. Он, хоть и не имеет должного образования, но научился прекрасно читать чертежи и очень ловок в обращении с металлами.

— Кёрст Лизор, но если он пострадал, работая на вашу марку, то неужели хозяева не могут назначить ему пансион?

Кёрст Лизор немного сердито посопел и нехотя, как бы оправдываясь, ответил:

— Разумеется, кёрста Элен, и мастера, и рабочие скинулись для калеки. Признаться, я и сам добавил пару золотых. Но вы же понимаете, что эти деньги рано или поздно закончатся.

— Именно поэтому, я и спрашиваю не назначили ли ему пансион владельцы марки?

— Но так не принято, кёрста Элен! — с искренним изумлением в голосе проговорил инженер — пока человек работает — ему платят, и платят справедливо! Но за что же должны платить владельцы, если он больше не сможет работать?!

Дикий капитализм во всей красе — я молча передернула плечами — человека используют, пока могут, а потом выбрасывают на помойку.

Не мне переделывать это общество, но история незнакомого мужчины разбередила мне душу, лишний раз показав, как много в мире решает общественное мнение, тот самый социум, в котором мы варимся.

Если бы такое поведение владельцев марки осуждалось массово, то и законы, дающие рабочим гарантии, были бы уже приняты. Конечно, рано или поздно появятся и здесь профсоюзы, появятся свои суфражистки, и общество начнет медленно, неохотно, но неотвратимо меняться.

А я, мысленно, поблагодарила всех богов, что моя судьба складывается значительно более удачно, и пообещала сама себе поднять зарплату работницам мастерских.