Полина Ром – Хозяйка замка Эдвенч - Полина Ром (страница 63)

Барон молча багровел лицом и явно не знал, что сказать этой гадине. Остальные слушали с любопытством, кажется, о чем-то уже догадываясь.

Подергав завязку плаща, я скинула его прямо в траву, распрямилась и вышла к людям:

-- Маркиза Вэнкс, – я приветливо кивнула ей, как равной. – Боюсь, что все не так печально, как вам показалось. Все это время я находилась здесь, вместе с леди Дарлингтон и бароном. Так что, слава Богу, я вполне могу поручится за добродетельное поведение девушки. У меня просто убежала собачка, – я погладила настороженно смотревшую на всех Белку.

Ноздри маркизы раздувались от злости, но, похоже, дамочка решила не отступать:

-- Я рада, что честное имя бедняжки Анжелины не пострадало. Но что здесь делаете вы, леди Элиз? Не помню, чтобы присылала вам приглашение. Все же экономкам здесь не место...

На меня смотрели с любопытством, как на нищенку, вломившуюся в тронный зал королевского дворца. А я чувствовала, как краска заливает лицо: чертова дрянь во мгновение ока сделала меня центральной фигурой конфликта.

-- Маркиза Вэнкс, леди Элиз находится здесь по моей просьбе. Я хотел дать ей поручение на утро, – сухо заявил барон. Он уже вполне успел взять себя в руки и, кажется, вполне осознал, как именно его хотели подставить.

-- О, понятно! Но все же, милый Генри, этой девице с ее репутацией не стоит находиться рядом с порядочной юной леди.

Наступила глубокая пауза, только Белка у меня на руках жалобно пискнула. В распахнутые двери зимнего сада ввалилась новая толпа гостей во главе с маркизом и его драгоценной тростью. Застонавшая девица подняла голову, ей помогли сесть.

-- Анжелина, милая, как ты себя чувствуешь?! – ее мать с недовольством поглядывала на барона и помогала маркизе изо всех сил: -- Барон что-то позволил себе, Анжелина?! Он испугал тебя?

-- Ах, маменька, я ничего не помню! – девушка приложила пальчики к вискам и жалобно повторила в оглушительной тишине: -- Совсем-совсем ничего не помню!

-- Ах, мадам Дарлингтон, -- продолжала Аделаида, -- мужчины порой бывают так небрежны! Да и потом, разве можно положиться на слово какой-то там пиратской девки? Мне кажется, милый Генри, – вновь повернулась она к барону, – вам все же стоит сделать предложение леди Дарлингтон.

Барон Хоггер глубоко и медленно вдохнул-выдохнул, а потом демонстративно громко ответил маркизе:

-- Боюсь, что это будет невозможно, маркиза Вэнкс. Не далее, как неделю назад, я сделал предложение леди Элиз, и она приняла его. Мне жаль, что ваша племянница столь слабонервна, что когда я познакомил ее со своей невестой, она упала в обморок.

И в глубокой тишине тихонько добавил:

-- Очевидно, от изумления.

Гости вокруг начали как-то неловко поздравлять барона, а сам Генри Хоггер, поклонившись маркизу, молча взиравшему на эту сцену, спросил:

-- Дорогой маркиз Вэнкс, позволите ли вы мне пригласить новобрачную на танец? Все же я ее родственник, и мне хотелось бы сохранить в своем сердце этот волнующий момент.

-- Разумеется, барон, разумеется… -- мне кажется, маркиз тоже что-то понял, так как улыбка у него была какая-то задумчивая. – Но тогда вы должны позволить мне танец со своей невестой! Родственные связи, – ехидно добавил новобрачный, – нужно укреплять!

-- Прошу прощения, маркиз Вэнкс, но я сегодня подвернула ногу и не смогу… -- меня уже потряхивало от избытка событий, но я сумела поклонится маркизу, придерживая Белку.

-- Жаль, очень жаль! – он кивнул мне вполне дружелюбно. -- Прошу всех вернуться в зал, дамы и господа.

Барон наклонился ко мне и скомандовал:

-- Идите в свою комнату, леди Элиз.

Глава 40

До утра я не могла уснуть, гоняя в голове разные дурные мысли. Когда в доме наступила полная тишина: гости частью разъехались, а частью разбрелись по комнатам дворца, тихонько сходила в зимний сад.

Нашла в траве то, что выкинула эта самая леди Дарлингтон. Даже сообразила, почему она сочла нужным выкинуть это.

Очаровательный крошечный флакончик в золотой оплетке. Резкий запаха нашатырного спирта с примесью каких-то ароматических масел – обычные нюхательные соли, коих в этом мире существует великое множество. Дамы прибегают к этому средству, как к спасению от обмороков.

У этого флакона, который размерами не превышал крупную бусину и был всего пару сантиметров в диаметре, есть только одно отличие. Я смотрела на красивую бутылочку и понимала: оплетка из золота не просто для красоты сделана. Вот эта короткая цепочка, свисающая сейчас без дела, скорее всего, крепится к браслету на руке.

Понятно стало, зачем девица выкинула лекарство. Когда под нос суют такую вонючую пакость, волей-неволей придешь в себя. А именно этого ей и нужно было избежать. Значит, леди Дарлингтон была, что называется, «в деле» и прекрасно понимала, куда лезет.

Белка всю ночь бдительно следила, чтобы я находилась поблизости. Когда я ворочалась и вставала пить, она немедленно поднимала головку и проверяла, чтобы я вернулась на место, в кровать. Впрочем, к Дебби она отнеслась благосклонно и согласилась посидеть у нее на руках, когда я уходила в зимний сад.

Я снова слезла с высокой кровати, подкинула полено в камин, нагнулась и погладила малышку. Она закрыла глазки и продолжила дремать, а я больше так и не легла. Уселась за крошечный столик у окна и размышляла.

Понятно, что про замужество барон соврал. Грубо говоря, прикрылся мной. В целом, я его вполне понимала, но было не слишком приятно. Все же он сумел меня чем-то зацепить. Нельзя сказать, что я от любви прямо с ума сходила, но…

«Уезжать мне нужно из замка. Уезжать как можно скорее, пока все это… Пока до пика не дошло. Даже если он согласится отпустить меня и не будет требовать оплатить остатки по договору – хорошего мало.

У меня только пара платьев, немного ткани и несколько крупных монет. Если комнату арендовать, не хватит даже на полгода нормальной жизни…»

Совсем уже к рассвету я решила: живу в замке еще одну зиму. Плету кружево каждую свободную минуту. И потом постараюсь устроится в Вольнорке. Конечно, здесь все намного дороже, зато от замка достаточно далеко. Да и шансов раскрутиться здесь с барельефами больше.