Полина Ром – Брачные ошибки (страница 56)

Ночью барону совсем не удалось поспать. Сперва они с графом фон Вернером допрашивали задержанных бандитов. Пожилой граф был настолько предусмотрителен, что привёз с собой священника, который и подтвердил своей подписью всё, что Йенс внёс в протоколы допросов.

Запирались преступники не слишком долго, поняв, что палач, привезённый почуявшим победу графом, церемониться не станет. Пусть каждый из банды и понимал, что смертная казнь за такое преступление неизбежна, но есть разница – умереть быстро или же долго мучится перед смертью. Так что “каялись” все дружно и почти охотно.

Затем барон успокаивал фон Вернера, порывавшегося немедленно ехать во дворец к герцогу с жалобой.

- Ваше сиятельство, нам некуда торопиться. А ваш костюм совершенно измят и запачкан. Не годится показываться при дворе в таком виде. Все бандиты под надёжной охраной ваших же солдат. И без вас я совершенно точно герцога навещать не стану.

Графу пришлось смириться и отправить слугу к себе домой за свежей одеждой. Барон только и успел за это время умыться и вынести Арта в сад, давая возможность псу облегчится. Завтракали оба торопливо, так как солнце уже встало, и фон Вернеру не терпелось.

“Похоже, маркиз нажил себе страшного врага. – глядя на торопливость графа, думал Эрик. – Что ж, помочь врагу моего врага – дело благое. Тем более, что оставлять свободного маркиза безнаказанным за спиной было бы глупо. Кто знает, что эта обиженная тварь придумает в следующий раз.”.

Вернувшись из дворца, где их светлость промариновал барона и графа чуть не до полудня, Эрик только и успел почти залпом выпить чашку взвара, как явился конюх и после осмотра Арта сообщил, что «деревяшки можно и отвязать уже...».

Арту процедура «отвязывания» нравилась не слишком: он тихо рычал, опасаясь новой боли, и пытался помешать. Пришлось сидеть рядом и придерживать пса за морду, не давая ему огрызнуться на конюха.

Всё это время Эльза нетерпеливо ждала, когда же сможет узнать подробности. Отпускать мужа одного на прогулку с псом она решительно отказалась. И вот сейчас, остановившись в тени дерева, нетерпеливо потребовала:

- Хватит уже, Эрик! Рассказывай немедленно!

- Хорошо, не сердись. Как я и ожидал, их светлость оказался не самым решительным правителем...

Эрик подробно расписал, как злился герцог от заявления графа фон Вернера. Это и понятно: маркиз фон Ланге — родной сын такого же герцога, как и их светлость Вилберт фон Рогер. Новоявленный герцог опасался мести родителя и не желал лезть в грязный скандал. Граф фон Вернер настаивал, что маркиз попался на тяжком преступлении…

Барон рассказал, как привели маркиза, с лица которого ещё не полностью сошли ссадины и который изрядно шепелявил в разговоре. Как герцог визжал на маркиза и топал ногами, но отправить под арест так и не рискнул. Нелепо объяснив своё решение тем, что словам простолюдинов доверять не стоит.

- И что теперь?! Оставшись на свободе, маркиз...

- Их светлость приказал де Ланге покинуть территорию герцогства в двадцать четыре часа.

- Изгнание? Ну, это не серьёзно!

- Вполне серьёзно, Эльза, уверяю тебя. Граф фон Вернер почувствовал возможность отомстить обидчику, и эту самую возможность он не упустит. Тем более, что нашего дорогого герцога он знал ещё подростком и возможность такого половинчатого решения ожидал. Йенс сегодня снимет с каждого допросного листа по три копии. Эти копии заверит святой отец, и граф отправится с ними в столицу. Нападавших он собирается лично отвезти в королевскую тюрьму.

- А герцог разве не пожелал допросить их лично?!

- Пожелал, конечно. Мы прихватили с собой двоих самых бестолковых. Думаю, герцог вздёрнет их на днях, чтобы не поднимать скандал.

- А маркиз тем временем...

- А маркиз допрыгался, Эльза. Он же не просто так попал в дом графа фон Вернера, а как сын старого друга семьи. Граф уверен, что отец отречётся от него. После столицы граф собирается навестить семью маркиза. В общем, этой проблемы у нас больше не существует.

Они вновь двинулись по тропинке. Конюх посоветовал, чтобы Арт ходил медленно, но как можно больше: так быстрее восстановится лапа.

- Да, этой проблемы, похоже, и впрямь больше не существует... - задумчиво сказала Эльза.

Эрик медленно, боясь спугнуть момент, взял жену за руку. Подождав несколько мгновений и поняв, что отдёргивать тёплую ладошку Эльза не будет, он осторожно, мягким голосом предложил:

- Дай мне шанс, Эльза... Тебе всё равно придётся уезжать отсюда - их светлость вряд ли окажется достаточно мудрым и справедливым правителем. А в герцогстве Найберг нас ждут земли и целое море дел и забот. Я не справлюсь один, Эльза. И очень надеюсь, что ты не откажешься... Что? Что такого я сказал?

Эрик с некоторым даже возмущением смотрел на громко смеющуюся жену, совершенно не понимая, что вызвало такое веселье.

- Ну, коне-е-ечно! - отдышавшись, заговорила Эльза, всё ещё улыбаясь. - Бедный тихий, беспомощный и робкий мальчик не справится с делами! Пожалейте малыша, госпожа баронесса! Даже с поддержкой короны никак не справится!

Эрик недовольно фыркнул, но, не выдержав взгляд жены, тоже рассмеялся. Затем, бросив на неё лукавый взгляд, сообщил:

- Я могу убрать часть трагичности и дольку деловой серьёзности из своего предложения. Пойдёт?! Зато могу добавить романтизма и пафоса, - предложил он.

- Ну-ка, попробуй, - Эльза продолжала смотреть на мужа с улыбкой.

- Госпожа баронесса, - торжественно, даже с некоторым подвыванием, заговорил Эрик. - В тот злой и чёрный день, когда жестокая судьба разлучила нас на долгие годы, заставив меня одиноко жить вдали от сияния ваших прекрасных глаз...

Эльза хохотала, как сумасшедшая, и Эрик любовался её искренним и ярким весельем. Арт сел между ними, с недоумением поглядывая на хозяина. Наконец баронесса начала успокаиваться и протяжно вздохнула, вытирая пальчиками набежавшие слезы и продолжая улыбаться.

- Ох ты! Умеешь уговаривать!

- Эльза, поехали со мной. Мне будет плохо без тебя... - Эрик заговорил торопливо, как будто боялся, что его опять прервут. - Подожди! Не торопись отвечать! Вот послушай... Ты всё равно должна будешь уехать отсюда, хотя бы ради собственной безопасности. Я знаю, что дома тебе сидеть скучно. И дам тебе возможность заниматься всем, чем захочешь. Клянусь! Хочешь - будешь помогать мне. Хочешь - начнёшь своё дело. Я выпишу тебе лизенс и сделаю всё, что пожелаешь!

Заметив скептический взгляд жены, он раздражённо мотнул головой и уже медленнее, почти задумчиво добавил:

- Я не умру без тебя, Эльза... Но мне будет... тоскливо. Первый раз в жизни я встретил такую, как ты. Ни на кого не похожую, яркую, необычную... Ты удивительная девушка, Эльза... - и тихо повторил: - Совершенно удивительная... Ты та, с кем я хочу разделить свою жизнь. Я вижу, что и я тебе не противен. Может быть, наш брачный контракт и не был ошибкой? Прошу тебя, дай нам шанс, Эльза…

ЭПИЛОГ

Сколько бы мы не вздыхали и не охали, но мой особняк нашёл своего покупателя достаточно быстро и в конце лета мы с Эриком тихо выехали из герцогства на новое место жительства.

Берта, к моему огорчению, отказалась переезжать со мной, предпочтя выйти замуж за Бруно Феккуса. Я подозревала нечто такое, ещё когда она привела одноногого конюха в дом. Но поскольку он всегда отлично справлялся со своими обязанностями, то в их отношения я никогда не лезла. Мне немного странно было, что все годы, пока Эрик мотался на чужбине, они так и не собрались обвенчаться, но Берта, как всегда рассудительно, пояснила:

- Мы с ним, госпожа, давно уже не подростки юные. Мои дети – взрослые совсем, у него детей и вовсе не случилось. Спешить нам некуда было, а сейчас уже и возраст у нас такой, что своего угла хочется. Денег мы подкопили, пока у вас служили, так что сейчас повенчаемся и домик себе прикупим.

Расставание с Бертой не обошлось без слез: всё-таки за это время мы прикипели друг к другу, и она давно стала мне близким человеком. Домик для них я купила сама, в качестве свадебного подарка. А поскольку оба они, и Берта, и её муж, были не слишком грамотны, то я лично подписала несколько конвертов и оставила ей с наказом: если что-то случится и понадобится моя помощь – или продиктовать письмо писцу, или даже просто отправить пустой конверт, и я обязательно помогу.

Эрик на прощание вручил немолодому «молодожёну» десять золотых. Пусть это и выглядело несколько расточительно, но я-то понимала: это такая своеобразная благодарность за те давние за рассказы о море и военной службе. Если бы не побег из дома - Эрик мог стать совсем другим, далеко не самым приятным человеком. Хорошо, что он и сам это понимал.

За несколько дней до отъезда Эрик оплатил кладбищенским сторожам уход за могилой матери на много лет вперёд. Прощаться он ездил один, без меня. Это была та его страница жизни, о которой он однажды сказал:

- Матушка любила меня до безумия и баловала от души. Мне повезло, что эта любовь не сгубила меня. Если... Когда у нас будут дети, я постараюсь не только радовать их, но и учить.

***

Первое время нас принимали в герцогстве несколько настороженно: всё-таки это не самая обычная ситуация, когда на королевских землях, прямо рядом с герцогством, вдруг обосновывается какой-то никому не известный барон и статус его подкреплён только королевскими письмами и разрешениями. На почти пустующих землях вдруг начинается активное строительство, буквально в течение года в герцогском порту появляются два серьёзных грузовых судна и, в целом, начинается какая-то тревожная суета и движуха.