Полина Ривера – Жена на Новый год (страница 6)
Я принимаю душ и пользуюсь мужским кремом. Простите, Пал Саныч, вы не изволили предупредить об изменениях в договоре. Даже красоту навести толком не дали. Размазываю крем по голеням и бедрам, расчесываю волосы. На мне простая одежда и обычное белье, на лице нет косметики, разве что гигиеническая помада. Но я не думаю, что он будет меня целовать… Почти уверена, что не станет.
К обеду я успела прибраться и сварить борщ. Продукты заказала сама – у Павла было пусто в холодильнике. Мы с Яриком даже часок погуляли – изучили местные окрестности и познакомились с мамочками и нянями на площадке.
В квартире чисто и пусто. Пахнет домашней едой и уютом. Еловыми ветками, неуклюже висящими на крючке – похоже, Павел пытался украсить квартиру. Трогаю гладкую поверхность стола, касаюсь невесомых, свисающих с потолка занавесок, словно впитывая информацию о его доме… Замираю и перевожу дыхание. Внутри безбожно печет. Словно в меня горящий уголь засунули, а плоть накрепко зашили… И ничем его теперь оттуда не вытащить. Разве что ребра поломать или вынуть сердце… Он придет с минуты на минуту… Отворит двери и сбросит ботинки. Принесет в квартиру новые ароматы – улицы и своего одеколона.
– Привет, – дверь осторожно распахивается. – Спит?
– Да.
– Вкусно пахнет. Я же сказал, что не буду обедать, – тихо шепчет Павел, сбрасывая обувь.
– И не обедай, а я не собираюсь голодной сидеть.
– Ну ладно. Я быстро. Руки сполосну и вернусь.
Господи, мне страшно… Застываю возле кухонного стола. Мне ведь не велено идти в спальню. Да и Павел выглядит до ужаса взволнованным. Не думаю, что у него есть время на долгие прелюдии. Мамочки… Шум воды в ванной прекращается, а потом он появляется в кухне. Взъерошенный, с расстегнутым воротом на рубашке и влажными волосами. Подходит ближе и взмахивает ладонью.
Я почти не дышу, когда его пальцы касаются моего лица. Ласкают пылающую щеку, гладят волосы. Павел дергает резинку и распускает мои волосы. Перебирает их пальцами, нюхает. Молчит. Ни одного даже самого крохотного комплимента. Хотя нет, комплимент прячется в его штанах.
– Я не трахался чертову уйму времени, рыжик, – стонет Павел, подхватывая меня под бедра. Сажает на край стола и рывком раздвигает мои колени.
Торопливо расстегивает ремень и спускает брюки вместе с трусами. Ну точно дубинка… Я ошеломленно опускаю взгляд и возвращаюсь к тому, на чем мы остановились в его кабинете… Трогаю, глажу горячую плоть, очерчивая ноготками бархатную головку. Он очень большой… Сравнивать мне особо не с чем – у Борюсика был гораздо меньше, а других мужчин в моей жизни не было.
Павел стягивает с меня футболку и спускает бретельки топа, выпуская груди на свободу. У него даже выражение лица меняется, когда они их видит… Фетиш у него, что ли такой – женская грудь?
– У меня просто слов нет, Санек, – стонет он, растирая мои соски подушечками пальцев. – Они просто… Они…
– Обо мне можете не беспокоиться, – успеваю пискнуть я.
– Ты о чем? – хмурится Павел, продолжая мять мои груди.
– О моем удовольствии. Это совсем неважно, вы платите, поэтому – главное – вы…
Вот же дура. Идиотка несчастная… Зачем я вообще подняла эту тему? Из его глаз вмиг улетучивается тепло. Я намеренно подчеркнула – все, что здесь происходит – за деньги. И никаких чувств между нами нет…
– Я и не собирался. О нем. Беспокоиться, – рычит он, сдирая с меня лосины.
Павел вынимает из кармана брюк презерватив и вкладывает его в мои дрожащие руки.
– Тогда отрабатывай, – шепчет он. – С этим, надеюсь, справишься.
Справлюсь, пусть не волнуется… Сам виноват, между прочим. Так на что теперь обижаться? Раскатываю латекс по его вздыбленному стволу и развожу ноги шире. Опираюсь пятками о край стола, позволяя Павлу рассмотреть меня со всех ракурсов. Он коротко касается моей промежности и сглатывает. На мгновение мне кажется, что он хочет продлить прикосновение. Но он просто смотрит. Словно вылизывает меня взглядом – груди, губы, живот…
– Блять… – сипит он хрипло, рывком погружаясь в меня.
– Ай! – скулю я и пячусь.
– Больно?
– Да. Простите… Я просто…
Сухая… Взволнованная, зажатая, обиженная его дурацкой реакцией. Сам же предложил деньги… Даже не подумал, что можно по-другому… У него и мысли такой не возникло.
– Потерпи, рыжик. Я быстро…
Я часто дышу, пока Павел в меня погружается. Ощущения, словно в меня забивают кол. Он со стоном выходит, а потом въезжает на всю длину. Толкается, стискивая зубы. И бедра мои сжимает в тисках напряженных пальцев. Трахает меня, как резиновую куклу. Скорость – на полную. Рычит, забирая свое. То, за что заплатил. Я себя безвольной тряпкой чувствую… Между грудей набухают капли пота, в глазах темнеет. Уже не больно, но обидно до чертиков… Все-таки, глупые мы, женщины. Наверное, надо было поцеловать его, а не деньги вспоминать?
– Ммм…
Он толкается последний раз и выпускает меня из рук. Помогает слезть со стола, возвращает на место белье и одежду. Выбрасывает презерватив в ведро под мойкой и уходит в ванную.
– Я поеду. До вечера, – сухо произносит, вернувшись через минуту.
– До свидания, – отвечаю чуть слышно, поднимая бретельки топа.
– Пока, – повторяет он, не поднимая глаз.
– Пока.
– Ты же у меня ночуешь?
– Как пожелаете. Если помощь нужна ночью, то…
– У меня. Ну… Я пошел.
Глава 8.
Павел.
Давно я себя таким мудаком не чувствовал. Ложусь на руль и часто дышу. Успокаиваю пляшущий пульс и сбившееся дыхание. Вроде бы, как говорит моя бабуля, «за все уплочено», тогда почему же так отвратительно внутри? Крепко зажмуриваюсь, пытаясь изгнать из памяти видение – ее глаза – какие-то совсем уж безжизненные, тусклые… И про деньги мне зачем-то напомнила. У меня забрало упало от ее слов.
Хотелось разнести все к чертовой матери, а потом пришло понимание – я же сам предложил? Даже не попытался другого варианта отыскать. Ты даешь, я плачу. Все по-честному. И, плевать, что ты там чувствуешь… Ты вещь. Бесправная и безвольная. Я сам поставил Сашу в такое положение. Опустил до уровня шлюхи.
– Че-ерт… – откидываюсь на спинку, заслышав, как в кармане гудит телефон.
– Да, зятек, – отвечаю Марку.
– Как ты, Павлик?
– Херово. Она… Стрельбицкий, проехали. Как Танюшка себя чувствует?
– Договор пришелся тебе не по душе? Я правильно понимаю?
В динамике слышатся звуки музыки и голоса. Марку бы веселиться, а он мне звонит. Переживает.
– Да. Не думал, что будет так тошно. Я бы ее отпустил, но… Пообещал кое-что для нее сделать. И с малышом она неплохо справляется. Но… За деньги все, Марк. Я даже не попробовал по-другому.
– Я скоро приеду. Посидим, выпьем где-нибудь. Не грузись. И… Пашка, не за деньги она. Я чувствую. Не стала бы она терпеть твои закидоны за деньги.
– Думаешь? Ладно, как вернешься, позвони.
В животе урчит от голода, но я не смог остаться на обед. В меня и ложка бы не поместилась… после такого. Обедаю в какой-то забегаловке и возвращаюсь в салон. Вроде трахался, а злой как собака. Отвлекаюсь, когда поступает звонок от местного чиновника. Госзакупки, сметы, чеки… Кажется, омерзение отступает на минуту… А потом возвращается – когда я переступаю порог квартиры и вижу ее…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.