Полина Ривера – Она (не) для меня (страница 13)

Камила.

Меня грузят в большую черную машину Агарова. Встречаюсь с испуганным взглядом доченьки и вмиг прихожу в себя. Я не должна опускать руки! И я буду бороться, что бы ни случилось! С телефоном или без, с поддержкой Резвана или нет. Я найду способ сбежать ночью… Или в день свадьбы, как обещал знакомый бабули. Только как это все теперь можно устроить, если меня лишили связи? Я даже номеров телефона не помню!

— Тебе приготовят комнату, Камила, — металлическим голосом произносит Давид, бросив на меня короткий взгляд с переднего сиденья. — Будешь умницей, не пострадаешь. Но стоит тебе сделать все по-своему… Хорошо подумай прежде, чем что-то делать. Не забывай о дочери. И о своем отце, который вовек со мной не расплатится.

Слова Агарова действуют на меня как холодный душ… Он прав — я не должна забывать о Монике и делать глупости. Надо поступить хитро и мудро.

— Давид, я хотела попросить новый ноутбук, — одаряю его плотоядной улыбкой. — У меня остались невыполненными некоторые заказы. Я ведь занимаюсь графическим дизайном и…

— Я понял, Ками. Телефон я тебе тоже куплю, но мои люди будут проверять, кому ты звонишь, договорились? Не хочу, чтобы ты общалась с недостойными или завистливыми людьми. Так что твоей подруги в списке контактов не будет, уж извини… Ты почти замужняя женщина, Камила. А она завистливая дрянь.

Внутри кипит возмущение, смешанное с досадой. Как он смеет обзывать Женьку? Он ее совсем не знает. Да Женька она… Лучше ее нет никого. Она верная, умная, добрая… Но я послушно молчу, не желая злить Агарова.

— А мы можем сейчас поехать в торговый центр? — елейным голоском спрашиваю я.

— Нет, Ками. Я оформлю доставку. Тебе все привезут. Кстати, Ками… Свадьба состоится в эти выходные. В воскресенье. Как тебе? Рада?

— Я… Я… О, господи! Так скоро?

Слезы душат, а воздух мгновенно покидает лёгкие. Я словно разрушаюсь изнутри, не в силах принять оглушающую новость. Времени совсем мало… Как мне связаться с Петром и бабулей? Хорошо, что документы при мне — в последнее время я держу их в укромном месте. Мне даже на банковские карты плевать — я готова убежать от Агарова без денег.

— Да, проведем регистрацию и скромный ужин в кругу семьи.

— Регистрация будет в свадебном платье? В загсе? Мне очень хочется оставить об этом дне теплые воспоминания. И получить фотографии, — капризно поджимаю губы. — Это все-таки моя свадьба, Давид. И замуж я выхожу впервые.

Остается пустить слезу, чтобы разжалобить Давида. Он вздыхает и сухо произносит:

— Я выкупил то платье, что ты выбирала с матерью. Его доставят в дом, как и стилиста. Будь по-твоему, Ками. И фотографа найму, так и быть.

Золото, а не мужчина! Дело в шляпе! Значит, регистрация состоится в воскресенье. Дело остается за малым — предупредить Петра об изменении даты.

Машина Агарова въезжает в вычурные бронзовые ворота загородного поместья. Один охранник принимает пост у другого, бурчит что-то невнятное в рацию и распахивает дверь, выпуская хозяина.

Мы тоже выходим. Любопытно осматриваюсь, цепляя взглядом важные мелочи — домик обслуживающего персонала и охраны, сарай с инвентарем, будки с огромными собаками в дальнем конце двора, фонтан, фруктовый сад, калитка в южной части дома. И высоченный забор, через который способен перелезть только ниндзя…

Значит, остается второй вариант: наряжаться в свадебное платье и искать способ сообщить Петру о грядущем торжестве. Только как это сделать?

Агаров провожает меня в дом и распоряжается приготовить нам с Моникой комнату на втором этаже.

— Внимание всем! — хлопает он в ладони. Персонал строится по струнке через секунду. — Это Камила — моя будущая жена. Прошу всех относиться к ней с уважением. Выполнять любую просьбу и служить, как служите мне. Всем понятно?

Толстый повар-коротышка, женщина в униформе и два охранника безэмоционально кивают.

Значит, любую просьбу? Я и телефон попросить могу? Агаров же не сказал, что я его пленница?

— Спасибо, Давид, — отвечаю нарочито ласково. — Я и мечтать не могла, что стану хозяйкой такого дома. Он… Он роскошный, фантастический, огромный. А бассейн тут есть?

На лице Давида расцветает довольная улыбка.

— Конечно, Таисия тебя проводит. И сауна, и даже личная массажистка. Девчонки, я вас оставлю. Вы ужинайте и отдыхайте, а я… У меня есть некоторые дела, что я должен завершить перед свадьбой.

Глаза Давида блестят недобрым блеском… Неужели, он собирается ехать к Резвану? Что за дела такие?

— Доченька, хочешь ужинать? — спрашиваю, подавляя растущую внутри тошноту. Меня от всего воротит… Вычурного дома, вышколенного персонала и мнимой свободы.

— Дя, — отвечает Ника. — Касю и сёк.

— Можно сварить моему ребенку манную кашу и приготовить апельсиновый сок? — обращаюсь к Таисии.

— Пройдемте в столовую, — чопорно отвечает она. — Присаживайтесь, Камила Альбертовна. Мы вас ждали. Сейчас мы накормим нашу красавицу…

— Таисия… — шепчу, когда за Давидом захлопывается дверь. — Мой телефон остался в машине. Не хочу беспокоить любимого… У него и правда столько дел перед свадьбой. Суетится, как пчелка. Можно мне воспользоваться вашим?

— Понимаю, — вздыхает Таисия. — Держите, Камила Альбертовна.

Теперь придется вспоминать телефон бабули…

Глава 21

Резван.

Я сразу понял, что случилось что-то неладное… Звонил Ками, слушая в динамике «абонент временно недоступен». На следующий день ситуация повторилась. Она нигде не появлялась — я даже опустился до того, что приехал к ней в дом. Прятался под кроной дерева и смотрел на калитку… Когда Камила не вышла, чтобы отвезти Монику на гимнастику, я запаниковал не на шутку. Рванул с места и поехал к Дому детского творчества. Кто знает, может, они были в городе и заехали к бабуле? Сердце колотится от бессилия и возмущения, глаза застилает маревом гнева. Предчувствие никогда меня не обманывало, а, значит, Камила в беде. Хорошо, что накануне я нашел приличное агентство и оплатил услугу частного детектива.

Правда, первостепенным вопросом была информация об Агарове. Если я докажу его причастность к давнему убийству, не видать Давиду должности в правительстве области, да и господдержки тоже. Преступники не могут занимать руководящие должности и поддерживаться грантами, такие вот дела…

Я разворачиваюсь и еду прямиком в офис некого Сергея Яковлевича Богородицкого.

Тот встречает меня слегка возбужденным и заинтересованным. Раскладывает по столу бумаги и жестом указывает на место. Опускаюсь в мягкое кресло и впиваюсь в мужчину взглядом. Неужели, попросит за свои услуги денег уже сегодня? Я не против заплатить — лишь бы его информация того стоила.

— Резван Отарович, я недавно отпустил мать пострадавшей девушки. Она принесла справки из наркологического диспансера, сделанные накануне гибели дочери. Девушка регулярно проходила медицинские осмотры и сдавала анализы. Она не состояла на учете и не употребляла наркотики. Погибшая и с мужчинами никогда не встречалась. Думаю, девушку обманули — такое частенько случается с теми, кто устраивается курьерами. Получатель письма кричит из другой комнаты и просит подождать, а любезная служанка угощает гостью кофе.

— А в кофе снотворное, — высказываю догадку. — То есть девушку грубо опоили, а следовали не удосужились расследовать дело. Поверили Агарову, его версии, что она укололась сама. Наверняка в ее крови не осталось следов препарата, за давностью лет это невозможно.

— Вы абсолютно правы. Значит, остается искать свидетелей — служанку или охранника, предложившего ей напиток. Их показания помогут толкнуть ржавый механизм дела. И свидетелей, знавших саму пострадавшую — подруг, парней, преподавателей, — добавляет Сергей Яковлевич. — Займусь этим завтра же.

— Скажите, а следователь, который вел столь давнее дело, обрадуется вашему вмешательству?

— Нет, но я найду способ его заинтересовать. Посадить проворовавшегося чиновника — лишняя звезда на его погонах.

— У меня есть к вам еще одно деликатное дело, — тихонько произношу я.

— Фотографа я пока не могу обнаружить, Резван Отарович. Мне нужно ваше разрешение на слежку. Я бы поездил за вами, наверняка он обнаружит себя, не ожидая чужого преследования.

— Разрешаю, можете делать все, что поможет вывести его на чистую воду.

Сергей намекает на гонорар. Я иду в кассу и оплачиваю названную им сумму. Мыслей не покидает Камила… Наверняка ее уже отвезли к Агарову, побоявшись побега. Решаюсь пока не грузить Сергея Яковлевича поисками Ками — справлюсь сам.

Выхожу под теплый воздух, уже немного пахнущий осенью, и еду в квартиру ее бабушки. Уверен, она знает куда больше меня.

Еду к дому Маргариты Львовны по памяти — петляю между новостроек спального района и паркуюсь на дорожке возле ее подъезда. Звоню в домофон и называю свое имя. Она тотчас открывает.

— Резван, как хорошо, что ты пришел. Камила у Агарова, она мне недавно звонила с телефона домработницы, Давид забрал все ее гаджеты. Даже ноутбук… Бедная девочка теперь работать не может. У нее полно висящих заказов на обложки и прочую графику…

— К черту заказы. Когда у нее свадьба?

— Я уже приготовила операцию. В эту субботу. Петр выкрадет ее из дворца бракосочетания. И в этот же день Камила уедет. Далеко-далеко… Не знаю еще куда, решим с Петей завтра. Не хочу, чтобы о покупке билета узнали его люди.