Полина Раевская – Клише (страница 3)

Удивительно, что «девочка» за тридцать этого до сих пор не понимает, мне всегда казалось, что Алиса здравомыслящий, рациональный человек, но видимо, женщина – это всё-таки диагноз.

–Пап, ну, отпусти, – надувшись, бурчит меж тем Сашка, возвращая меня в реальный мир. Тяжело вздохнув, нехотя опускаю его на пол. Он не теряя времени, спешит к бабушке. Мама, подхватив его на руки, с чувством целует.

–Я хочу к маме, – обняв её, шепчет Саша со слезами в голосе

До меня же только сейчас доходит, что ему в данный момент нужнее женское сюсюканье, нежели отцовская скупая ласка. С отцом ведь не покуксишься, не поплачешь в волю. С отцом, что как говорится, надо держаться взрослым парнем. И дело вовсе не в том, что я себя так поставил. Нет. Это нормальное желание любого мальчишки – быть в глазах отца сильным. Для слабостей, слез и нежностей есть мать. С ней можно быть мальчиком, зайчиком, малышом, пупсиком – да кем угодно, с отцом же – всегда мужиком. Поэтому подавляю в себе вдруг вспыхнувшую ревность, и перевожу недовольный взгляд на Алису.

Она с натянутой улыбкой следит за моей матерью и сыном, видимо, выжидая момент, когда сможет представиться. Но мама, как ни странно, делала вид, будто Алисы вовсе не существует, и отец от неё не отставал, сконцентрировав всё внимание на внуке.

–Внучок, сейчас поспишь маленечко, отдохнешь, а потом поедем к мамульке твоей,– улыбнувшись, пообещал он. – Она, как раз, тоже отдохнет и сил наберется.

–А вдруг она проснется, а меня не будет, – забеспокоился Саша.

–Тогда она сразу тебе позвонит, милый. Ты же её главный человечек, – успокоила его мама, целуя в макушку. – Но сейчас нужно покушать и поспать, чтобы мама не расстраивалась, увидев тебя сонным и уставшим.

–Нет, я не буду спать, мне надо ей подарок сделать.

–Мы обязательно всё успеем, родной. И подарок сделаем…

–И Начос надо купить, мама его очень любит. Она даже мой съедает, когда мы ужастики смотрим, – пожаловался он, вызывая у нас улыбки.

–И Начос, – пообещала мама. – Много Начоса.

–Нет, много нельзя, – покачал головой Сашка и хихикнув, шепнул, чтобы никто не услышал. – А то у мамы попа охренеет и поползёт.

Услышав сей пёрл, я едва сдержал смешок. Чайка, как и всегда, неподражаема. Сашка наверняка за ней повторяет.

–Не волнуйся, твоей маме это не грозит, – словно прочитав мои мысли, заверила мама со смехом.

Вот уж точно. Чайкина задница уже давно охреневает от приключений, хотя конечно, Вера Эдуардовна имела в виду совершенно другое.

–Ну что, пойдём купаться да баиньки? – подмигнув, с энтузиазмом предложила она Саше. Он закивал, а после повернулся ко мне.

–Пап, а ты когда придёшь? – косясь на Алису, уточнили этот хитрец, как бы говоря: «Ты давай там, не задерживайся с этой тёткой.»

–Скоро, сынок. Иди пока купайся.

–Приходи скорее.

–Хорошо, – улыбнулся я моему маленькому манипулятору.

–Олег, ты не представишь меня? – нарушила нашу идиллию Алиса, поняв, что если не возьмет дело в свои руки, то скорее всего, так и останется в тени.

Не то, чтобы я её намеренно игнорировал, просто после пережитой ночи мне было как-то не до вежливых реверансов. Я вообще ели на ногах стоял. Такая усталость накатила, что единственным моим желанием было поскорее добраться до горизонтальной поверхности, поэтому перспектива разбираться с Алисой меня не то, что не радовала, она убивала. Но куда деваться?

Тяжело вздохнув, сухо представляю её родителям, как свою давнюю знакомую. Мама, ничего не говоря, просто кивнула, а отец вообще проигнорировал этот момент.

–Ладно, пойду я, дерну пару капель, – недовольно отмахнувшись, заявил он.

–Саша, ты с ума сошёл – с утра пить?! – сразу же возмутилась мама.

–Сойдешь тут с ума, – пробурчал он и потрепав Сашку по волосам, направился на второй этаж.

–Мы тоже пошли, – легонечко коснувшись моего плеча, объявила мама. – Всего доброго вам, Алиса, – бросила она на ходу, недвусмысленно дав понять, чтобы та не задерживалась.

Не знаю, чего ожидала Алиса, но явно не такого приёма. Я, честно говоря, и сам удивлён, что родители повели себя столь холодно, но учитывая пережитый стресс, понять их можно.

Однако Алиска, судя по всему, этого делать не собиралась. Глаза загорелись, губы сжались в тонкую полоску – того и гляди, разорвёт бедняжку от негодования. И меня, как ни странно, это повеселило даже порадовало. Впервые какая-то эмоция, впервые намечается скандал.

С ума сойти! Вот и думай после этого, а любовь ли самый прочный фундамент в отношениях?

Усмехнувшись своим мыслям, качаю головой и махнув Алиске, чтобы шла следом, направляюсь в кабинет, мечтая, поскорее расставить все точки над «I».

Возможно, на эмоциях и под влиянием момента этого делать не следует, но с другой стороны – а чего, собственно, тянуть? И так уже дотянул дальше некуда, а проблем и без того выше крыши, чтобы еще тратить свои силы и нервы на женщину, которая по сути не нужна. Тут бы на ту, что нужна хватило, не говоря уже о ком-то ещё.

Размышляя об этом, я расположился в кресле и едва не застонал. Этот г*ндон-таки попал мне пару раз в корпус. И вот думаешь, то ли я на эмоциях пропускать стал, то ли сноровку потерял, то ли возраст начал сказываться: сорок пять – это ведь уже не двадцать и даже не тридцать. Хотя дури на то, чтобы размотать таких вот молодчиков, как этот п*дор ещё хватает всё же. Был бы я помоложе, вообще убил бы его нахрен с одного удара в печень или в висок. Жаль, что сейчас уже так не могу, но ничего… В тюрьме ему устроят такое мракобесие, взвоет сука. Уж я об этом позабочусь. Он у меня потом сам в туалете вскроется. Тварь.

Всё-таки надо было его тогда ещё закопать, чтоб уж наверняка. Но кто же знал, что он – тупая, необучаемая мразь?! Уж точно ни я. И пусть мне ещё после этого кто-нибудь скажет, что я в людях только плохое вижу. Видел бы, сразу убивал, а я вон шансы даже даю на реабилитацию. Кому сразу, а кому вот через шесть лет. Но даю же! О чём это, интересно, говорит? О том, что я понимающий человек или неизлечимый придурок? Мне почему-то кажется, что второе. Но если выбирать между неизлечимым придурком и покойником, то пожалуй, придурком быть всё же лучше. Поэтому пора бы уже с Алиской решить вопрос.

–Проходи, Алис Николаевна, присаживайся, – проявил я, наконец, толику гостеприимства, поняв, что скандала так и не дождусь. Но на Алиску это не произвело ровным счётом никакого впечатления.

Не скрывая недовольства, она села напротив и закинула ногу на ногу, демонстрируя точеное бедро. У меня же возникло чувство дежавю, будто вернулся на шесть лет назад, в тот вечер, когда всё у нас с ней завертелось. Помнится, она тогда тоже свои ноги выставляла, и наряд у неё похожий был: юбка с разрезом, просвечивающая блузка да неизменные чулки. Впрочем, она всегда как-то так одевается… без изюминки, четко по каким-то правилам. Вот и в отношениях у нас с ней тоже всё было как-то шаблонно. Даже сразивший меня когда-то минет и тот пошагово можно описать. Не то, чтобы я жаловался, но стоит, наверное, признать, что вся фишка в чувствах. Если они есть, то баба мужика ласкает, пробует на вкус, а если нет – просто сосёт. На физическом уровне это безусловно всего лишь игра слов, но на психологическом -огромная разница, которую никакой «глубокой глоткой» не восполнить, хотя… шесть лет на ней продержаться можно, а может, даже и всю жизнь. К счастью, этого я уже никогда не узнаю, но вот, что хотелось бы прояснить – так это, как Алиска узнала о случившемся. В прессу ведь информация еще не просочилась.

–Ну? И каким ветром тебя сюда занесло? – не стал я ходить вокруг да около.

–В смысле? – обалдела она от моей прямолинейности и не слишком любезного тона. Меня же это начало раздражать. Включила дурочку.

–Слушай, Алис, я устал, как собака, и меня ждёт сын, поэтому нет ни времени, ни желания вести пустые разговоры, так что давай ближе к делу, – попросил я, подавляя тяжёлый вздох.

–Да уж, шикарный приём, – помедлив, протянула она.

–А чего ты хотела, свалившись, словно снег на голову? – резонно заметил, не понимая её претензий.

С какого вообще перепугу она начала эти игры? Неужто грандиозные планы на наше совместное будущее настолько затмили ей разум и реальное положение вещей?

–Ну, хотя бы вежливости, – съязвила она. – В конце концов, я не ради праздного любопытства приехала, а чтобы поддержать тебя. Я переживала!

–Мне интересно, как ты вообще узнала о том, что произошло? – спросил, игнорируя её наезды. Последовавшая реакция удивила и заинтриговала. Алиска вдруг отвела взгляд и даже покраснела.

–Мне сообщили, – коротко оповестила она, натягивая маску невозмутимости.

–В смысле? Кто сообщил? – нахмурившись, не сразу понял я прикола, но когда Алиса не ответила, до меня начало доходить, и я просто охренел от того, насколько, оказывается, всё запущено. – Ты что, наняла кого-то следить за мной? – ошарашенно уточнил я, не в силах поверить в этот дурдом. Алиска же поняв, что спалилась, вздернула подбородок и с воинственным видом отправила меня в нокаут:

–А по-твоему, я должна была плыть по течению и сквозь пальцы смотреть на то, как ты сходишь с ума по своей Яночке?

Еб*нуться! Вот это она отжигает!

–Ты серьёзно? – выдохнул я и несколько секунд сверлил её таким взглядом, словно впервые увидел, а после зашёлся хохотом, не зная, как ещё реагировать на этот дебилизм.