Полина Павлова – И только море запомнит (страница 7)

Английский лорд терпеть не может опоздания. Сам он пунктуален и того же требует от всех, кто так или иначе ему подчиняется. А Моргана согласилась работать на Ост-Индскую торговую компанию. И лучше ей соблюдать предписания со всеми указаниями Бентлея.

Стоя перед зеркалом в парадном камзоле, захваченном из Лондона, Кеннет потирает перебинтованную ладонь. Кто бы мог подумать, что одно из доказательств его состояния, статуса и значимости принимаемых им решений – одежда – пригодится в море. Бентлей хмыкает, кидая очередной взгляд на часы. Половина восьмого, уже даже неприличная задержка. Он захлопывает крышку и подходит к столу. К чему это опоздание? Явиться, когда все яства будут уже остывшими? Глупо. Не дожидаясь капитана пиратского корабля, он берет в руки бутылку вина и наполняет свой бокал.

– И когда она уже решит явиться? – позволяет себе мысли вслух Кеннет перед тем, как делает глоток, которым осушает четверть бокала. Для него алкоголь – это спутник хорошего ужина. Но кто-то своим опозданием решил его омрачить.

Скверная дама. Ей он этого не выскажет, но на кончике языка так и крутится фраза. Стук в дверь отвлекает, и мужчина ставит бокал на стол. Успевает как раз в тот момент, когда О’Райли входит в каюту. Как полагается, он кланяется ей. Манеры – лицо мужчины. Хотя будь она не в платье, он определенно не стал бы этого делать.

Моргана входит в каюту с гордо поднятой головой. Не принцесса, но шею украшает колье. Краденое. Кеннет уверен в этом на все сто процентов. Как, впрочем, краденое и платье. Но как же ей идет глубокий багровый цвет. Почти как кровь.

Не знай он, кто на самом деле такая О’Райли, можно было бы смело предположить, что она образец хрупкости, элегантности, сдержанности и знатности. Но обветренные плечи, загоревшее лицо и мозоли на кончиках пальцев и ладонях – далеко не украшения женщины, не знающей, что такое труд.

Она не извиняется за опоздание.

– Прошу к столу, мисс О’Райли, – жестом Кеннет приглашает ее сесть.

– Я задержалась, верно? Был повод. – Она занимает свое место за столом.

– Надеюсь, в наших делах вы будете более пунктуальны, так как они не терпят отлагательств, – пытаясь казаться строгим, произносит Бентлей, садясь за стол после девушки, как того и требуют манеры.

Он решил организовать этот ужин не столько из вежливости, сколько из соображений благоразумия. Ведь что угодно можно получить от чуть захмелевшего человека, разморенного теплой и вкусной пищей. Да и посмотреть на О’Райли в другой обстановке ему интересно.

– Девушка может задерживаться, сэр.

Джентльмен, придерживая камзол, наливает половину бокала вина. Стоило, наверное, взять другую бутылку, она не станет пить из уже откупоренной. Яд – оружие женщин и трусов, но вряд ли Моргана настолько наивна и не подозрительна.

Небольшой просчет. Но у него и в мыслях нет от нее избавиться. Сначала информация, а затем… Затем можно будет и подумать о том, за что ее повесить. У пиратки за душой не одно прегрешение. И она точно совершит что-нибудь еще за время их сотрудничества. А если и нет, никто не мешает вписать в ее послужной список что-нибудь такое, скажем, убийство королевского агента или, может, достаточно и офицера. Этого хватит с лихвой, чтобы смыть с себя клеймо позора от сотрудничества с пиратами.

Но для начала нужно узнать все.

– Вы станете свободным человеком после нашей миссии. Как вы уговорили свою команду согласиться? – интересуется Бентлей в желании узнать, не решила ли ирландка его подставить. И не готовится ли на «Авантюре» бунт прямо сейчас.

Они сидят один на один, друг напротив друга. Два человека, встретившиеся спустя время.

– У каждого свои секреты. Я знаю, что мои люди мне верят. В конечном счете, я столько лет их капитан. И они будут следовать за мной.

Моргана опускает взгляд. Она слишком умело выбирает приборы и орудует ими. Под стать аристократке. Но… разве богатый человек из достойной семьи будет порочить свою честь такими деяниями, как пиратство? Кеннет отгоняет прочь раздумья о ее происхождении. В первую очередь она пират. Даже не девушка. Пират. Разбойник. Убийца. И человек без чести. Не стоит акцентировать внимание на чем-то еще, а то слишком быстро можно потерять контроль и проникнуться чувствами к человеку, который этого не заслуживает.

– Хорошо, если так. Иначе будет много жертв… с вашей стороны, – слова вскользь, никакого на этом акцента, будто это лишь фраза, сказанная уже множество раз. Сделав глоток вина и элегантно отделив кусочек курицы, лорд отправляет нежное мясо в рот.

Кок в этот раз потрудился на славу, проявив все свои умения, дабы вложить их в этот ужин.

– Как Бог того возжелает, – девушка не реагирует на фразу. Она могла стать для нее чем-то провокационным, но в этот вечер, кажется, Моргана решила сыграть по правилам светского общества.

– Через несколько дней мы прибудем в порт. Награбленное на бриге придется сдать в контору Компании. Если все выйдет, вы получите гораздо больше, чем с неудачливой посудины.

– А если не выйдет, вы с радостью вздернете нас на виселице на своем корабле и не довезете костей до родины. Позвольте, милорд, давайте прекратим делать вид, что нам действительно нужно обсуждать, когда и где мы придем в порт. И сколько получим за наши «услуги». Вы желаете ответов, – Моргана делает небольшую паузу, а вместе с ней – глоток вина, – так задайте свои вопросы. Вам нужна Сфера. Даже не вам, а короне, если я верно поняла, и вы желаете ее достать. Что вам уже известно?

Бентлей вытирает губы кружевной салфеткой и откладывает ее на край стола. Стоило бы с этого начать. Но даже на войне армии делают перерывы, чтобы принять пищу. Так и убивать проще, и умирать. Но ему нравится ее прямолинейность. Не многие мужчины на такое отважатся. И ожидать чего-то подобного от женщины и вовсе не приходится. Однако Моргана О’Райли, видимо, из другого теста. Раньше Бентлею не приходилось иметь дел с ирландскими женщинами, быть может, они все такие.

– Агенты Компании раскиданы по всему миру. Нам удалось выяснить немногое. В основном все те же легенды да рассказы старых моряков. Сфера представляет собой некий артефакт: она меняет погоду на море лишь при движении окружающих ее колец и открывает пути к давно забытым кладам древних цивилизаций. Считается, что тот, кто ею обладает, вполне возможно, станет грозой на море. В буквальном смысле. Поначалу ее вез Понсе Галлей. Но его корабль сгинул на острове, путь к которому мы и не можем найти. Место, где артефакт должен находиться… его попросту нет.

О’Райли хмыкает, ставит бокал и заправляет выбившиеся волосы со слепой стороны за ухо. Она выпрямляется, расправляет плечи, но взгляд все равно опущен в тарелку.

– Сфера представляет собой глобус с иглой, как бы это ни было парадоксально. И этот глобус указывает путь даже в самую непроглядную бурю. Все остальные россказни я слышала. Но я недаром сказала, тот факт, что вы захватили меня живой, милорд, большая удача для вас и английской короны.

Моргана отрезает кусочек мяса, отправляет его в рот, прежде чем снова посмотреть в глаза Кеннета. Интересно, она так набивает себе цену? Или пытается запудрить ему мозги, рассказав какие-то небылицы, коих он уже успел начитаться в письмах?

– А если я скажу, что знаю, где искать артефакт? Что у меня есть карты и даже проложенный маршрут?

Вскидывая брови, Бентлей кладет ладони на колени. Не то чтобы он ей верит. Моргану ловят за разбоем, а она уже знает маршрут к Сфере и даже готова их к ней привести. Или просто пытается выиграть больше времени? Но для чего? Кеннет не особо доверяет пиратам. Еще бы, иначе он был бы либо глупцом, либо трупом. И для английского лорда еще неизвестно, что хуже.

– Я скажу, что вы врете, мисс. Однако буду рад ошибаться. Если у вас есть сведения, мы высоко это оценим.

Бентлей вновь берется за приборы и принимается нарезать картошку ровными лепестками. Постепенно кладет их в рот, молча пережевывает, наслаждаясь вкусом. Пряности Ост-Индской компании и правда на вес золота, да и весьма редки. Однако здесь их в избытке. И нет никакого смысла экономить. Неожиданное богатство вернуло Бентлея к роскошной жизни, от которой он с великим удовольствием предпочитает брать все и даже больше.

– Предпочту обсудить маршрут завтра утром. Вместе с вашими приближенными. После починки «Авантюры» мы снимем ее с буксира. Вы даже сможете вести нас с нее. Предварительно, конечно, мне хотелось бы взглянуть на все ваши карты. Я бы добавил: «если вы не возражаете», но до возражений мне нет никакого дела, поскольку в случае чего мы заберем их силой, вас бросим в карцер и будем разговаривать уже иными… методами.

– Мне нет смысла врать, – негромко говорит Моргана. – Взгляните на мое лицо, милорд. Кого вы видите перед собой?

Она чуть поднимает голову, откладывает осторожно приборы. Во взгляде внимательность, серьезность и удивительная стойкость. Еще удивительнее ее дальнейшие слова:

– Пиратку, разбойницу, убийцу, но в первую очередь женщину. Мне чуть больше двадцати, а я уже несколько лет выгляжу вот так, как есть.

Тонкие пальцы скользят по лицу, по шраму, касаются века. Лорд не отводит взгляда, наоборот, изучает ее лицо. Без повязки, без закрывающих его волос – такое, каким оно и должно быть у обычной девушки. Ему не нужно смотреть слишком долго, он запомнил шрам еще в прошлый раз. Вот только был слишком напуган, чтобы понять, что рана проходила не только через глаз и бровь, но и обе губы. Видимо, чья-то дрожащая рука вела нож, оставляя за собой полосу. И кто бы ни был этот человек, он чудовище. Быть может, даже больше, чем О’Райли.