Полина Ордо – Их запретное желание (страница 2)

– Так может дашь мне возможность самой опыта набраться?

– Господи, Олеся, я делаю для тебя всё…

Ну вот, началась привычная песня. Конечно, я – неблагодарная дочь, не стараюсь и прочее бла-бла-бла.

– Ты делаешь это для себя, а не для меня! – сцепив зубы, зло процедила. – Я тебе уже сказала, что в аспирантуру не пойду! Я не хочу преподавать! Я хочу практиковать, а не заниматься теорией!

Наш разгорающийся спор прервала трель сигнала: начало первой лекции, на которую я, конечно же, благополучно опоздала. Спасибо тебе, папа!

Дослушивать нравоучения не стала, просто вышла из кабинета, едва не сбив вешалку и фикус в тяжёлом глиняном горшке. Секретарь проводила меня изумлённым взглядом.

– Олеся, я не закончил! – отец разъяренно дышал, стоя в дверном проёме. – Мы не договорили!

– Лекция началась. Или ты мне справку дашь? Нет? – ехидно ухмыльнулась. – Тогда я пошла.

Так хлопнула дверью, что стёкла задрожали. Они едва не вылетели мелкими осколками, а позади раздался гневный окрик отца. Теперь я точно довела родителя до белого каления.

Посмотрела на часы: на пару я уже конкретно опаздывала. Почти на десять минут. А сегодня основы клиники с этой старой грымзой Маргаритой, которая драла с меня сто шкур только лишь потому, что мой отец – декан факультета, да ещё и учебник по одной из наших учебных дисциплин написал.

По коридору я неслась со скоростью пули, на ходу доставая конспекты и отключая телефон. В аудиторию заскочила с видом зайца, убегающего от погони. Тяжело дыша и отбрасывая с лица выбившиеся прядки светлых волос, удивлённо таращилась на место преподавателя.

Старой грымзы не было, вместо неё оказался высокий молодой мужчина. Он, сняв пиджак, вальяжно расселся на столе и теперь знатно веселил весь наш поток своим рассказом. Моё появление вызвало взрыв хохота у студентов и внимательный взгляд преподавателя. Меня будто к стене пригвоздили. Замявшись, я было двинулась в сторону парт, но преподаватель меня остановил:

– И куда вы собрались, мадам? – в его голосе было море ехидства.

– На своё место, – резонно возразила.

– Ваше место в коридоре.

Тихий ропот пронёсся по аудитории. От такого заявления я даже опешила. Непонимающе посмотрела на наглеца, заливаясь краской.

Мужчина слёз с парты, скрестил руки на груди и медленным шагом приближался ко мне. А я, почему-то, от такого внимания съёживалась и мечтала слиться со стеной.

Когда новый преподаватель подошёл ко мне почти вплотную, я только и смогла, что поджать губы и недовольно хмыкнуть.

Я уже успела оценить мужчину. Высокий, подтянутый, как бы сказали девчонки, со «смазливой мордашкой». Не так чтобы смазливый, но внешность приятная. Тёмные волосы, которые отливали синевой. Вид портили глаза. Холодные, колючие и очень неприятные. Буравя меня взглядом, мужчина будто забирался мне в голову.

– Манеры у вас, мадам…

– Мадемуазель тогда уж, – вставила ремарку. – Я не мадам.

– Ещё лучше! Для юной леди у вас очень скверные манеры, – мужчина цокнул языком, а я вздрогнула как от выстрела. – Ни здравствуйте, ни до свидания. Даже не извинились. И как же ваша фамилия, мадемуазель? – преподаватель чуть склонился ко мне и я услышала терпкий запах мужского парфюма, отдающий нагретым деревом.

– Самойлова, – проглотила ком и спокойно ответила, выпрямляясь вдоль стенки.

Я никогда не пользовалась отцовской фамилией и нашим родством, но сегодня был тот самый случай, когда не грех.

– Отлично, мадемуазель Самойлова. Эту лекцию вы будете слушать из коридора. А вот после неё мы с вами поговорим о вашей отработке. Свободны! – мужчина сделал шаг и открыл дверь. – Впредь попрошу не опаздывать, – эта фраза уже относилась ко всем.

Я нехотя вышла в коридор. Хотела было объясниться, но преподаватель, мило улыбнувшись, захлопнул дверь прямо перед моим носом. От сквозняка мои волосы разлетелись и теперь лезли в рот и в глаза. Фыркая и плюясь, я тяжко выдохнула и мрачно обвела взглядом большое светлое окно.

Остаток лекции я провела в коридоре, сидя на подоконнике и дожидаясь перерыва. При этом обдумывала, что и как скажу преподавателю, какие аргументы подберу. Жаловаться отцу я и не собиралась.

Когда мои одногруппники стали выходить на первую пятиминутку, я, протолкнувшись через толпу, зашла в аудиторию. Кто-то успел шуточку отпустить, кто-то одобряюще похлопать по плечу, а подруга Вера покачала головой и буркнула: «Ну ты, Леська, даёшь!».

Поправив сумку, твёрдым шагом подошла к преподавательскому столу. Кашлянула, привлекая внимание мужчины, и открыла рот, чтобы выдать заготовленную речь, но, наткнувшись на пронзительный взгляд глаз-ледышек, запнулась и спросила невпопад:

– Что с Маргаритой Рудольфовной?

– Она сломала шейку бедра и теперь на длительном больничном, – мужчина, вернулся к конспекту лекции. – Теперь основы клинической психологии у вас буду вести я. Меня зовут Игорь Александрович.

– Игорь Александрович, я…

– Вы дочь декана, я это прекрасно знаю, – преподаватель грубо меня перебил, даже не давая мне слова вставить. – И если вы считаете, что это даёт вам право…

– Ничего я не считаю, – спокойно возразила. Теперь меня будто ледяной водой окатили, взгляд был просто… вымораживающим. – Я задержалась у отца, и прошу меня извинить, больше этого не повторится.

Мужчина посмотрел на меня исподлобья, взял лист чистой бумаги и стал на нём что-то писать:

– Вот три темы для рефератов. Выберите любую, работу лучше сдать до конца следующей недели.

– Но…

– Постарайтесь сделать её хорошо, вы же дочь декана, – эти слова прозвучали издёвкой.

Я покраснела и раздражённо схватила листок с темами. Даже не прочитав его, сунула в сумку.

– Теперь я могу присутствовать на лекции, Игорь Александрович?

Мужчина пространно махнул рукой, продолжая что-то сосредоточенно высматривать в конспекте. Покраснев от стыда, я прошла на своё место и села за парту. Раскладываясь, чувствовала, что меня продолжают пристально разглядывать. Похоже, что я стала мишенью, а ещё хотела сдать зачёт по-лёгкому. Подняв глаза, я пересеклась взглядом с Игорем Александровичем и замерла.

Наша дуэль была недолгой и закончилась моей капитуляцией.

– Отработка… Тоже мне, диктатор, – бубня под нос, недовольно рассматривала список тем. – Ничего, не таких обламывали. Мы ещё посмотрим, кто кого.

ПРИГЛАШЕНИЕ

Швырнув сумку на пол, я нервно сняла куртку, чувствуя, что закипаю. Ещё чуть-чуть, и у меня из ушей пар пойдёт.

Этот новый преподаватель, Игорь Александрович, просто невыносим! Выть готова была от него. Дотошный зануда! Не удивлюсь, если у него очень серьёзные проблемы с женщинами. Это просто читалась по его лицу. У-у-у!

Сжимая кулаки, быстрым шагом зашла на кухню. С ходу выпила стакан воды и немного успокоилась.

– Что на этот раз? Папочка в очередной раз учудил?

От хриплого мужского голоса я подпрыгнула на месте и чуть не выронила стакан. Схватившись за холодильник, обернулась и облегчённо выдохнула. Я была так зла, что не заметила своего старшего брата, сидящего за столом и со скучающим видом читающего какой-то учебник. В отличие от меня, Женя выбрал специальность, никак не связанную с психологией. Он уже заканчивал исторический факультет и сейчас интенсивно готовился к государственным экзаменам.

– Если бы… Впрочем, папа тоже даёт жару! – мотнула головой и щедро плеснула воды из графина в свой стакан. – Такое ощущение, что меня в мясорубку засунули. Знаешь, всё, что я говорила про Рудольфовну, – сделала жадный глоток, – это всё ерунда. Забудь! Это вовсе не старая грымза с климактерическим синдромом… Вовсе нет! Милейшая женщина с тонкой душевной организацией.

– Это всё этот новый преподаватель? – Женя нехотя отвлёкся от учебника и поднял свою взъерошенную голову. Стёкла очков задорно блеснули, мой брат смотрел на меня с нескрываемым ехидством. – Я тебя предупреждал, не иди к отцу. Но ты как баран, рогом упёрлась, и всё. Вот теперь расхлёбывай.

– Пф! Я пошла туда, куда хотела, – поправила тапки и плюхнулась на сиденье мягкого уголка. – Этот мужик явно какой-то ненормальный. Причём все его считают душкой и таким весёлым! Мол, такой милый мужчина… Наверное, так маньяки и выглядят. Сначала тебе глазки строят, а потом…

– Опять пластинка про дочку декана? – Женя подпёр подбородок рукой.

– Госпожа Самойлова, – передразнивая манеру Игоря Александровича говорить, начала свою речь, – у вас хорошие задатки. Вы же дочь своего отца! – раздражённо фыркнула и продолжила нормальным голосом. – Так и сказал… И не принял мой реферат в третий раз. Господи, я уже не знаю, что ему нужно! То источники не те, то теорию не с того аспекта рассматриваю, то вообще обвинения в том, что я скачала реферат с интернета. Я уже убить его готова!

Стоило начать говорить о преподавателе, как картинка нашего разговора чётко встала перед моими глазами. Почему-то рядом с мужчиной я ощущала себя маленькой мышкой. А эти глаза… Стоило Игорю Александровичу немного нахмуриться, посмотреть на меня своим пронзительным взглядом ледяных глаз, как на меня нападало странное оцепенение. Я не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. А в голове начинала твориться такая каша, что я даже на самый простой вопрос ответить не могла и выглядела полнейшей идиоткой.

– Отцу расскажи.

– Ага, делать мне нечего. Заведу себе смертного врага в лице преподавателя и дам отцу тему для вечного тыканья носом.