Полина Никитина – Хроносфера (страница 3)

Эван не ответил, лишь показал на дверь жёстким движением подбородка. Его лицо было каменным. – Решение за вами, капитан. Протокол удаления можно активировать дистанционно, через ваш имплант, в течение 24 часов. После этого доступ снова будет ограничен.

Лео встал, его тело дрожало от адреналина и гнева. «Удалить». Вырезать часть себя. Как занозу.

– Ошибка? – его голос был хриплым. – Или приказ?

Но ему никто не ответил.

Лео вышел из лаборатории, не оглядываясь. Холодок предательства сменился леденящей пустотой. Они хотели стереть его память. Сделать его удобным.

Эван Торрес долго смотрел на захлопнувшуюся дверь. Потом его взгляд вернулся к экрану. Он увеличил изображение, вглядываясь в каждую мерцающую линию пламени. Но его собственный висок заныл знакомой, проклятой болью.

Этот образ. Этот точный образ птицы в аду. Он знал его. Не по данным Лео. Он знал его из своих собственных кошмаров, которые преследовали его с детства и о которых он никогда, никогда никому не рассказывал. Которые он сам, как Хранитель, тщательно скрывал даже от системы, маскируя под сны.

Ледяная волна прокатилась по его спине. Не сон. Воспоминание. Повреждённое. Искажённое. Как у капитана.

«Ошибка протокола»? Два разных человека? Одного возраста? Одинаковый образ? Это было невозможно. Это было… спланировано.

Ужас, чистый и неконтролируемый, охватил Эвана. Он только что чуть не отправил на удаление единственную зацепку к правде. К его правде.

– Вентра! – вырвалось у него хрипло. Он рванулся к двери, сбивая со стола кабели. Его научная холодность испарилась, остался только животный страх и острое понимание: он должен найти этого солдата. Сейчас. Пока тот не нажал кнопку забвения. Пока их общую память не стёрли навсегда.

Эван выбежал в стерильный коридор, озираясь. Куда военный ушёл? Направо? Налево? Он должен его найти! Его собственный феникс, казалось, кричал у него в голове, подгоняя: Беги!

Глава 2

Эван не всегда был просто «Хранителем», еще одним винтиком в гигантской машине Хроносферы. Когда-то он был худощавым, не по годам серьезным мальчишкой, который вместо игр разбирал старые биомедицинские сканеры, найденные на свалке электроники на окраине. Его отец, простой техник по обслуживанию городских фильтров, часто качал головой, глядя, как сын с маниакальной точностью выкладывает на кухонном столе крошечные чипы и контакты.

– Опять свой мозг ковыряешь, Эви? – подшучивала мать, но в ее глазах светилась гордость. Она мечтала, чтобы сын стал доктором, лечил людей, а не ковырялся в железе.

Но Эвана манили не тела, а то, что ими управляло – загадочная вселенная нейронов и синапсов. Он запоем читал допотопные учебники по нейрофизиологии, найденные в заброшенной библиотеке. Когда в десять лет ему показали первый образовательный голоролик о работе Хроносферы, его мир перевернулся. Архив памяти? Цифровое бессмертие сознания? Это было грандиозно! Это было будущее! Он должен был быть частью этого.

Путь был тернист. Упорство, блестящие способности и немного удачи позволили худому пареньку с окраин получить стипендию в Институте Нейротехнологий Эстериума. Там он встретил Грейс. Она была такой же одержима наукой, но ее страстью были квантовые алгоритмы шифрования. Любовь вспыхнула среди схем и логарифмов. Они поженились на последнем курсе, а через два года родилась Наоми – крошечное, шумное чудо, ворвавшееся в их упорядоченный мир формул.

Эвана взяли в Хроносферу сразу после защиты диссертации. Он был на седьмом небе. Он будет хранителем памяти человечества! Раскрывать тайны сознания! Грейс, которая уже работала в исследовательском отделе «КиберНовы», радовалась за него. Они купили небольшую, но светлую квартиру в престижном районе у подножия Башни. Казалось, мечты сбылись.

Но реальность оказалась монотонной. «Хранитель» – это был лишь красивый титул. На деле – архивариус высшей категории. Его дни заполнила рутина: валидация воспоминаний, патч-коррекция незначительных глюков, удаление «деструктивных артефактов» по протоколу. Бесконечные потоки данных, лишенных души. Инновации? Их место заняли бюрократия и страх перед любым отклонением от нормы. Его острый ум, способный к нестандартным решениям, ржавел без применения.

Но Эван не собирался ничего менять. У них была хорошая жизнь – стабильная и безопасная. Разве этого мало? Его детская мечта о великих открытиях тихо угасала под грузом протоколов.

Но сейчас он мчался по стерильному коридору Башни Хроносферы, его белый халат развевался, как знамя паники.

«Вентра! Где он?!» Мысль билась, как пойманная птица, в такт проклятому видению феникса, которое теперь горело не только в памяти Лео, но и в его собственной.

Он свернул за угол, едва не сбив техника с коробкой хрупкого оборудования. Извинился на бегу, даже не оборачиваясь. Его сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот вырвется из узкой грудной клетки. «Идентичный образ. Заблокированный контекст. Это не могло быть совпадением. Это был… взлом.»

Эван ворвался в главный атриум Башни – огромное пространство, залитое холодным светом и пронизанное голубыми проекциями потоков данных. Его глаза метались по толпе служащих Хроносферы в их безупречных серо-белых одеждах. Никакого хаки, никакого капитана Вентры. Уже ушел. Отчаяние сжало горло.

Кто-то вживил им ложное воспоминание. Или вообще стер настоящее и подменил его этим кошмаром. Но зачем? Что скрывает этот огненный феникс? И самое главное – кто?

Мысль о Вейле, легендарном, почти божественном создателе Хроносферы, заставила его содрогнуться. Если замешан он – тогда они обречены. Но инстинкт исследователя, долго дремавший под слоем рутины, проснулся. Он должен знать и не позволит стереть воспоминание. Даже если это сожжет его собственную жизнь дотла.

Эван вспомнил название комплекса – «Цитадель-3». Но как найти конкретного человека в этой казарменной крепости? Он активировал поиск по открытым служебным реестрам (привилегия Хранителя, которой он пользовался крайне редко). «Капитан Лео Вентра. Комплекс «Цитадель-3». Группа «Альфа»». Там же был и его служебный идентификатор.

Эван выбежал из Башни на залитую неоном площадь. Резкий запах озона ударил в нос после стерильной чистоты Хроносферы. Он поймал такси-дрон, втолкнул в считыватель свой служебный код и выкрикнул адрес: «Цитадель-3! Максимальная скорость!»

Дрон взмыл в переплетение транспортных потоков. Эван прижался к сиденью. Он посмотрел вниз, на мелькающие улицы Эстериума. Прямо под Башней Хроносферы кипел «старый» центр. Небоскребы, похожие на кристаллы черного стекла, были оплетены спиралями голубого и пурпурного неона. Гигантские голографические проекции рекламировали последние модели имплантов «ВитаКорп Премиум» («Никогда не грусти!») и синтетический рай «Нектар-X Люкс» («Вкус реальности, без ее проблем!»). Толпы людей на тротуарах двигались упорядоченными потоками. Их глаза, даже при искусственных улыбках, казались затянутыми той самой дымкой, о которой писали повстанцы на стенах окраин. Легкие серебристые шрамы имплантов на висках сверкали под неоновым светом, как униформа новой эры. Между зданиями сновали рекламные голограммы-манипуляторы, подстраиваясь под мимолетные эмоции прохожих: уловив усталость – предлагали энергетики, мелькнет грусть – сулили антидепрессанты. Все гладко, предсказуемо, стерильно. Как лабораторный образец.

Там, внизу, в их светлой квартире, Грейс, наверное, уже забрала Наоми из цифрового сада. Они ужинали и говорили о планах на выходные. Обычная жизнь. Его жизнь. Жизнь, которую он сейчас ставил на кон ради призрака из прошлого, который мог оказаться смертельной ловушкой. Мысль о дочери, о ее беззаботном смехе, сжала сердце ледяной рукой. "Что я делаю?"

Но перед глазами снова вспыхнул феникс. И ответ системы Лео: «Невалидно. Доступ ограничен». Это был приговор их прошлому. И, возможно, ключ к чему-то ужасному.

– Быстрее! – прошипел Эван дрону, хотя тот и так летел на пределе разрешенной скорости.

В это время Лео стоял посреди своей аскетичной комнаты в казарменном блоке. Вечерний свет Эстериума пробивался сквозь тонированное окно, окрашивая стены в фиолетовые тона. В руке он сжимал компактный военный коммуникатор. На экране светился интерфейс Хроносферы. Сухой, официальный текст:

Протокол «Очистка Глубинной Памяти» Активировать? (Да/Нет)

Палец Лео замер над сенсорным экраном. Гнев после визита к Эвану сменился ледяной, всепоглощающей пустотой. «Ошибка протокола». Хранитель сказал это без тени сомнения. Просто глюк системы. Удалить и забыть. Вернуться к службе и к порядку.

Но его солдатская интуиция, выкованная в сотнях патрулей и стычек, кричала: Ложь! Система назвала его память несуществующей. Хранитель нашел ее, но объявил ошибкой, подлежащей уничтожению. Слишком гладко и… удобно?

Он поднял палец, чтобы нажать ДА. Просто закончить это и быть хорошим солдатом. А может и просто удобным винтиком.

В этот момент в дверь врезались с такой силой, что сейфовый замок затрещал. Голос снаружи, срывающийся от бега и отчаяния, прорезал тишину:

– Вентра! Не нажимай! Ради всего святого, НЕ НАЖИМАЙ! Это не ошибка! Это ключ! Наш ключ!

Лео резко обернулся, рука инстинктивно потянулась к табельной импульсной пушке на поясе. Голос Хранителя Торреса?