Полина Минк – Подозрительные обитатели (страница 3)

***

Антонина согласилась. Несомненно, работа была монотонной, требовала терпения и немалых физических усилий, ведь, помимо массажа, ей приходилось помогать Евгении садиться, вставать, принимать душ, направлять и поддерживать ее во время ходьбы, чтобы та не упала или не наткнулась на препятствие. Но все это было ожидаемо при уходе за больным в тяжелом состоянии. Никаких сверхординарных, из ряда вон выходящих ситуаций не происходило, лишних проблем подопечная не доставляла, была спокойной, послушной и много спала, что неудивительно при таких конских дозах успокоительных. Разве что иногда капризничала, невинно и совсем по-детски.

Пресная пища из меню у Евгении не вызывала восторга, так что ела она совсем мало, приходилось уговаривать. К тому же ей явно не нравилось каждый день по нескольку раз принимать таблетки и получать инъекции. Кому такое понравится? Но и то проявлялось лишь слабым кратковременным протестом в виде мычания и покачивания головой. Зато у Антонины оставалось достаточно свободного времени. Хватило всего пары дней, чтобы прикипеть к своей неприхотливой подопечной. Антонина и сама не заметила, как стала называть ее Женечкой.

Первый рабочий день начался в восемь утра.

– Так, моя хорошая, еще немножко… Еще одна ступенечка, – приговаривала Антонина, помогая Евгении спуститься к завтраку. – Ты сегодня просто умница! Смотри-ка, одолела всю лестницу сама.

– М-м-м, м-м, – привычно отозвалась Женечка.

Антонина посадила ее на диван в гостиной, попросила подождать и включила сонату Моцарта для фортепиано номер одиннадцать, ля мажор, ведь, как известно, классика положительно влияет на эмоциональный фон, а это произведение казалось ей особенно жизнеутверждающим и подходящим для начала нового дня.

Добравшись наконец до входа на кухню, Антонина заметила пышную, круглощекую женщину, шуршащую продуктовыми пакетами на столе.

– Доброе утро… Вы, наверное, Мария? Домработница?

Женщина повернула голову.

– Да, дорогая. Здравствуй. Все правильно, – улыбнулась она, и вокруг ее глаз собрались веселые складочки. – А ты, должно быть, новая сиделка? Виталий Константинович меня предупреждал. – Домработница оставила в покое пакеты, уперлась руками в бока, окинула ее оценивающим и слегка удивленным взглядом. – Надо же, совсем девчонка! Тебе бы с подружками гулять, а не с инвалидами вошкаться…

– Не волнуйтесь, я серьезно отношусь к работе и к людям… с особыми потребностями. – Она заменила формулировку Марии на более корректную. – Я профессиональная медсестра. Окончила медицинский колледж и первый курс университета по специальности «лечебное дело». – Антонина деловито подошла к холодильнику, оглядела его содержимое, – как и ожидалось, продукты были аккуратно расставлены по своим местам, так что долго копаться в поиске нужного не пришлось – достала безлактозное молоко, поставила на столешницу, а потом взяла с полки навесного шкафа овсяные хлопья для завтрака и еще раз сверилась с незатейливым рецептом в меню.

– Ну-ну, – бросила на нее хитрый взгляд Мария. – Посмотрим, как ты через неделю заговоришь… Как бы не убежала, сверкая пятками.

– А вы уже завтракали? – поинтересовалась Антонина, решив, что вступать в спор о том, что еще не произошло – занятие бесполезное, особенно в начале знакомства. Только время покажет, кто был прав.

– Завтракала-завтракала, – пробурчала домработница себе под нос. – Ты своим делом занимайся. На меня не смотри.

– Мне бежать некуда, Мария, – все-таки решила честно объяснить ситуацию Антонина. – Без денег никто мне рад дома не будет.

И лед, похоже, все-таки тронулся. Домработница, переложив несколько коробок с крупами в кухонный шкаф, повернулась и с прищуром посмотрела в ее сторону, словно пытаясь прочесть что-то у нее на лбу. У Антонины даже появилось труднопреодолимое желание стереть несуществующую надпись с лица рукавом. Но вскоре процесс сканирования завершился, напряженный, холодный взгляд Марии оттаял, потеплел.

– Зови меня тетя Маша… И вон там блокнот, – кивнула она на микроволновку, на которой лежал толстый органайзер. – Напиши, что привезти в другой раз. Я пока не знаю твоих вкусов.

Антонина догадалась, что предварительная проверка «свой или чужой» закончилась, причем прошла она ее, по всей видимости, довольно успешно.

– Хорошо. Спасибо… А вы давно здесь работаете? – спросила Антонина, помешивая закипающее молоко в кастрюльке.

– Давненько. – Тетя Маша сложила пакеты и принялась протирать стол. Теперь она вдруг стала куда разговорчивее. – Только не то чтобы конкретно здесь… Я работала на Виталия еще в Москве, до переезда, когда Женя жила отдельно. Ох и намаялся он с ней. Родители их были обеспеченными людьми, но уже немолодыми, когда у них появились наследники, не знаю подробностей их смерти, но эти двое давно сами по себе. Виталий у них вроде как всегда был за взрослого, а она за несмышленое дитя. Вечно влипала в неприятности… – Тетя Маша переключилась на уборку подоконника. – Женя частенько захаживала к брату в гости. Взбалмошная была девица. Экстремалка, сама себе на уме. Ей бы только развлекаться и по горам скакать. А в последнее время как будто совсем рассудком тронулась. Зуб даю, непорядок у нее был с головой. Такие истерики хозяину закатывала на пустом месте, чуть ли не с кулаками набрасывалась, будто он ей что должен. Но ведь он ей не отец, чтобы выполнять все капризы… Постоянно что-то требовала, жаловалась, на месте ей не сиделось. Неудивительно, что все закончилось плачевно. – Тетя Маша тяжело вздохнула. – Но, конечно, когда я увидела, что с ней стало, обомлела. Какой бы шкодой она ни была, а жалко девчонку. Она настоящей жизни-то еще не видала, не успела создать семью. А так называемые друзья быстро потеряли к ней интерес. Никому такого не пожелаешь…

– Это точно… Могу себе представить. Наверняка сразу после несчастного случая, в больнице все выглядело еще ужаснее.

– Конечно. Виталий рассказывал, вся была замотанная, а что не замотано, то опухшее и иссиня-черное. Совсем не шевелилась. Не просто так в реанимацию пускают только близких. Да и не каждый близкий выдержит. Зрелище не для слабонервных. Брат очень за нее переживает. До сих пор сам не свой. – Она заговорщически прикрыла рот рукой и понизила голос. – Я тут даже заметила седой волосок у него на виске. Все от нервов. А куда деваться? Еще бы, будешь нервничать… Кровь-то – не водица.

Антонина кивнула, переложила еще дымящуюся кашу в тарелки (решила не готовить завтрак для себя отдельно, чтобы сэкономить время, только приправила свою порцию доброй ложкой сахара и кусочком сливочного масла), а потом отнесла на подносе в гостиную.

Хозяин дома проснулся позже, ближе к девяти. Поинтересовался, все ли у них в порядке, удобно ли устроилась Антонина, посидел на террасе, краем глаза наблюдая за их с Евгенией утренней прогулкой, а потом уехал по делам, несмотря на выходной.

Уже после обеда уехала и Мария. Вечером, закончив с процедурами и уложив Евгению в кровать, Антонина из любопытства решила заглянуть в библиотеку – посмотреть, что читает хозяин дома и водятся ли у него какие-нибудь редкие издания. Коллекция оказалась весьма презентабельной.

Среди многочисленных обитателей книжных полок она обнаружила представителей классической литературы – увесистые тома довоенных изданий в строгих переплетах, выставленные по алфавиту: Гоголь, Достоевский, Державин, Лермонтов, Пушкин и другие.

На стеллаже по соседству разместились и произведения авторства зарубежных писателей: Бальзак, Гюго, Диккенс, Голсуорси, Моэм…

Она прошла вдоль полок вглубь комнаты, пересчитав пальцами прохладные шероховатые корешки.

Стеллажи ближе к письменному столу занимали книги по экономике, маркетингу, ювелирному делу, также здесь стояли несколько современных детективов, научно-популярных медицинских изданий (должно быть, Виталий пытался разобраться, каково приходится сестре и чем ей можно помочь) и книги о Второй мировой войне.

Рука сама потянулась к потертому серому изданию с крупным заголовком «Освенцим» на корешке.

Антонина пролистала несколько страниц. Зацепившись взглядом за фразу «врачи-убийцы», она прочитала фамилии: Кёнинг, Тилло, Фишер, Менгеле, Кошуб, Шуман, Деринг, Клер… Рядом с краткой информацией о каждом также были перечислены жуткие опыты, которые они ставили над узниками, включая детей и стариков: отсечение конечностей и варварские хирургические вмешательства без показаний и анестезии, стерилизация путем рентгеновского излучения, искусственное поражение кожи и органов химическими веществами, умерщвление путем вливания в сердце фенола и другими чудовищными способами, заражение малярией… Список казался мучительно бесконечным.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.