Полина Луговцова – Сердца в Антарктиде (страница 10)
– Да что ж такое! – раздраженно воскликнула Снежана, продолжая путь в поисках укромного места. Олег обернулся на ее голос и проводил их удивленным взглядом.
– Для чего такая секретность?! – Винни почувствовал, что начинает выходить из себя. – Чем тебе помешал матрос?!
– Откуда я знаю?! Может, они тут все заодно!
Наконец она остановилась, огляделась и, убедившись, что поблизости никого нет, быстро проговорила:
– В общем, я порылась в портфеле американца!
– Что ты сделала?!
– Залезла в его портфель, говорю!
– С его разрешения, я надеюсь? – усмехнулся Винни.
– Сейчас не время шутить, поверь! – Она снова взъерошила свои волосы, намокшие под мелкой моросью, метавшейся в воздухе вместе с ветром.
– Значит, ты стащила у него портфель? Вообще-то, это преступление! – сказал Винни, глядя на нее с упреком.
– Нет, конечно! Портфель остался на своем месте. В каюте никого не было, все разошлись: и седой со своим мордоворотом, и шаман, и инженер. Вот я и решила туда заглянуть… Ты почему мне сразу не сказал, что у него в портфеле досье на всех пассажиров?!
– Как это «на всех»? – опешил Винни.
– Чему ты удивляешься? Сам же говорил, что видел бумаги!
– Видел, но там были только наши фото – твои и мои. Я решил, что американец просто наш фанат, поэтому…
– Наш фанат?! – Снежана презрительно фыркнула. – Не путай мечты с реальностью, Винни! Нет у нас пока таких фанатов, которые интересовались бы, в какие магазины мы ходим и в каких отелях живем. И потом, у тебя не возник вопрос, зачем все это распечатывать на бумаге и таскать с собой в портфеле, когда всю информацию можно хранить в телефоне?
– Ну мало ли… А ты что думаешь по этому поводу?
– Думаю, что это досье передали ему из рук в руки, чтобы не светиться в мессенджерах или электронной почте, потому что наверняка здесь замешано что-то противозаконное! Нас всех специально подбирали, понимаешь?! Сейчас доставят куда-нибудь, где действует подпольная хирургия, и разделают на органы!
– Вообще-то я тоже об этом думал… – Винни попытался придать голосу шутливую интонацию, надеясь, что и Снежана говорит не всерьез. Но она даже не улыбнулась.
– Зря ты позарился на эту бесплатную путевку! Бесплатный сыр только в мышеловке бывает!
– Ну, раз уж у тебя такие опасения, пойдем и расскажем все капитану. Попросим вызвать полицию. – Последние слова дались Винни с трудом: он не мог смириться с тем, что экспедиция в Антарктиду срывается.
– Капитан тоже может быть в этом замешан. Давай лучше скажем ему, что отказываемся от поездки, придумаем какую-нибудь вескую причину… Кстати, у тебя же травма ноги, вот и причина! Сошлешься на то, что с ногой стало хуже и тебе надо в больницу. Потом мы сойдем на берег и сами обратимся в полицию. Яхта не успеет отойти далеко, и ее задержит полицейский патруль.
– А если окажется, что никакого криминала нет? Ты представляешь, что тогда будет?! Как бы компания «Дрим-Аркт» не потребовала с нас компенсацию за сорванное путешествие.
– Путевки все равно бесплатные! – возразила Снежана не очень уверенно.
– Это для нас бесплатные, но ведь компания понесла расходы. Возможно, бесплатные путевки были разыграны ею в рекламных целях, а из-за нас эти цели не будут достигнуты.
– И что же, лучше, чтобы всех нас выпотрошили?!
– Не разводи панику, Снежинка! У страха глаза велики! Не проще ли будет поговорить с американцем начистоту: взять и спросить напрямую, зачем он собрал досье на всех пассажиров?
– Ага, так он и сознается!
– Как бы там ни было, мне интересно посмотреть на его реакцию, когда я спрошу его о бумагах в портфеле.
– Наверняка у него заготовлено какое-то объяснение на этот случай!
– И я хотел бы его услышать! – Винни окинул взглядом часть палубы, попадавшей в поле зрения, ища Игоря и Адама, но их нигде не было.
– Винни, я прошу тебя, давай просто свалим отсюда! Мне страшно… – Снежана вцепилась в его руку, не давая отойти ни на шаг.
– Поздно, уже не свалим, – сообщил Винни, увидев, как борт яхты удаляется от настила пирса. – Схожу-ка я за дроном и сниму хорошее видео с воздуха, а потом мы подумаем, как быть дальше.
– Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь! – бросила она ему вслед.
***
Зоя пребывала в полной растерянности, не зная, как поступить. Примерно с полчаса назад, выходя из туалета, который назывался здесь гальюном, она заметила, как девушка с короткими осветленными волосами (кажется, ее звали Снежаной) вошла в каюту, где разместились четверо мужчин: шаман, инженер и американец с сопровождающим его помощником. Зоя не придала бы этому значения, если бы не видела по пути в гальюн, как все четверо покинули каюту в верхней одежде, и, если бы кто-то из них вернулся назад, она бы услышала шаги. А вот девушка шла бесшумно, явно крадучись, а значит, не хотела быть замеченной. Она не могла видеть Зою, которая еще не успела выйти в коридор. Зоя лишь приоткрыла дверь и вновь закрыла ее, повинуясь интуитивному импульсу, заставившему ее спрятаться при виде девушки, проскользнувшей в чужую каюту. Интересно, что ей там понадобилось в отсутствие хозяев?
Подождав немного, Зоя вновь выглянула из гальюна и, увидев, что коридор пуст, бесшумно промчалась к своей каюте. Оказавшись внутри, она перевела дух и порадовалась, что не столкнулась по пути с этой девушкой, избежав тем самым неловкой ситуации. Затем Зоя приникла лицом к дверной щели, чтобы увидеть, когда непрошеная гостья выйдет наконец из чужой каюты. Однако вместо девушки на глаза ей попался парень с каштановыми кудрями, выглянувший из каюты, которая находилась напротив ее собственной; их разделял лишь узкий коридор шириной полтора-два метра.
Но это была
Там поселились тревел-блогеры Винни и Снежана – кстати, та самая Снежана, которая находилась сейчас в чужой каюте рядом с гальюном. А Винни ушел на верхнюю палубу, снимать отплытие: Зоя мельком видела, как он поднимался по лестнице с держателем для камеры наперевес, одетый в куртку и смешную шапку с копной пестрых веревок, похожих на дреды.
Да что тут происходит?!
Затаив дыхание, Зоя не сводила глаз с кудрявого парня. Тот воровато огляделся и, вероятно, не подозревая о том, что за ним наблюдают, вышел в коридор. Прикрыв за собой дверь, он устремился в сторону кормовой части яхты. Насколько помнила Зоя, как раз там и находилась его каюта, в которой он разместился вместе со своей женой. «Феликс и Эльза», – вспомнила она, продолжая стоять у приоткрытой двери с тревожно бьющимся сердцем. Ее переполняли недобрые предчувствия, а голову распирали вопросы, ответы на которые она предпочла бы не знать: понятно ведь, что, если пассажиры шастают по чужим каютам без спросу (а иначе зачем красться и воровато озираться?), это ни к чему хорошему не приведет. Погрузившись в размышления, она пропустила момент, когда в коридоре появилась Снежана, и чуть не выдала себя, вздрогнув и едва не вывалившись из-за двери ей под ноги, когда та пронеслась мимо нее и исчезла в каюте напротив.
– Как странно… – пробормотала Зоя, закрывая дверь. Ее охватило желание выйти на свежий воздух как можно скорее, хотя еще полчаса назад она никуда не собиралась. Ей не было дела ни до отплытия, ни до путешествия в целом: ее голову переполняли мысли о Максе, и она намеревалась провести весь день в каюте наедине со своими воспоминаниями. Однако после того, что она увидела, стены внезапно начали давить на нее.
***
Феликс покрутился перед зеркалом, вмонтированным в стену напротив кровати, приподнял пальцами свесившиеся на лоб каштановые локоны – предмет своей гордости, придирчиво осмотрел линию роста волос: не появились ли залысины? В последнее время ему казалось, что его густая шевелюра начала редеть по обе стороны ото лба, и это его пугало: перед мысленным взором сразу возникали предки по мужской линии с глубокими проплешинами до самого затылка. Феликс с прискорбием сознавал, что его шевелюру ждет та же участь, но мириться с этим не собирался и уже ознакомился с расценками на процедуру пересадки волос в некоторых клиниках. Сейчас, конечно, еще рано об этом задумываться, но, когда перевалит за тридцатник (а это случится уже через год), процесс может начаться внезапно, и надо быть к нему готовым. Ну а пока он был доволен собой: его роскошная грива притягивала взгляды девушек, и те зачастую «узнавали» в нем какого-нибудь известного певца или актера. Феликс не спешил их разубеждать, а на прямой вопрос, так ли это, загадочно отвечал «Все возможно» и отворачивался с безучастным видом. Порой к нему подкатывали такие красотки, что притворяться безучастным было нелегко, однако приходилось играть роль любящего супруга перед Эльзой, которая держала его на коротком поводке, не позволяя отлучаться далеко и надолго. Конечно, при желании можно было найти какой-то способ от нее улизнуть, но она была настолько проницательна, что Феликс опасался идти на риск: он не хотел причинять ей боль и разбивать ее сердце, ведь он же не монстр. Ну и тот факт, что он находился на ее содержании, тоже имел значение, хотя Феликс считал его второстепенным. Главное все же – это человечность. Но как остаться человеком и при этом не принести себя в жертву? Долгое время Феликса мучил этот вопрос, а когда решение нашлось, вспыхнув в голове озарением, он поначалу не осмелился принять его: слишком уж шокирующим оно было. Однако, поразмыслив, Феликс пришел к выводу, что такое решение единственно верное и другого быть не может.