Полина Луговцова – Апокалипсис в Неявь-Мире (страница 7)
– Скоро узнаешь! – Получилось «фково увнаеф», но Малышастик понял. «Грубиян какой!» – подумал он, а Крохотуля захихикала:
– Ой-ей-ей! Он еще и разговаривает! Я хочу с ним поиграть!
– Скоро поиграешь! – ответил старичок, но у него получилось «фково поигфаефф».
Малышастику почему-то захотелось уйти подальше от этого места и странного, постоянно растущего старика. Он поднялся и протянул руку сестре:
– Пойдем!
– Нет! Такой смешной человечек! – запротестовала Крохотуля. – Хочу с ним поиграть!
– А я говорю, пойдем! – Он потянул ее за руку. – Нам надо найти маму!
Крохотуля наконец-то вспомнила, что они заблудились в лесу, затем вспомнила, что уже давно хочет есть, и нижняя губа у нее оттопырилась, а глаза наполнились слезами.
– А ну, не начинай! – крикнул Малышастик, увидев, что Крохотуля вот-вот разрыдается. – Пойдем скорее!
Но он не успел сделать и нескольких шагов: что-то очень жесткое и колючее вцепилось ему в ногу и сильно сдавило. Малышастик посмотрел вниз и с ужасом увидел, как веревка из сплетенных ветвей обвивается вокруг его ноги, словно змея. Вдруг кто-то словно дернул за эту веревку, и этот кто-то явно обладал огромной силой, потому что мальчик упал лицом вниз и почувствовал, что его куда-то тащат по земле. Рядом истерично завизжала Крохотуля. Она тоже упала и перемещалась вместе с ним обратно к тому месту, откуда они только что ушли. Невидимая сила подтянула их обоих к тому дереву, у которого они ночевали, и Малышастик увидел, как другой конец древесной веревки завязывается в тугой узел, обмотавшись вокруг ствола. «Нас привязали!» – с ужасом подумал он и увидел того самого сгорбленного старика, смеющегося ему в лицо. Как же старик вырос! Теперь он, пожалуй, был даже выше Малышастика!
– Теперь можно и познакомиться. Слыхали про Мохомора? – злобно прохрипел незнакомец и потер руки с черными ногтями, под которые забилась земля и кусочки зеленого мха.
– Как?! – потрясенно вскрикнул Малышастик, не веря своим ушам. – Ты – Мохомор?! Но ты же сгинул! Я слышал легенду! Ты взорвался! Ты исчез!
– Это ты скоро исчезнешь, если будешь болтать всякие глупости, – ответил злобный гном. – Теперь твое главное дело – лить слезы, да побольше! Вон, сестренка твоя столько наревела, что меня, старика, воскресила! Умница просто!
Крохотуля и вправду рыдала, не переставая.
– Эй, отпусти нас, злой старик! Не то мои родители придут за нами, и, когда они увидят, что ты держишь нас в плену, тебе не поздоровится, так и знай! – крикнул Малышастик, пытаясь придать голосу воинственный тон.
Но старик не только не испугался, а, наоборот, развеселился:
– Родители, говоришь? Что ж, пусть приходят, да поскорее! Мне срочно нужны новые «плакуны» для восстановления утраченной магической силы. Она мне понадобится, чтобы отомстить одному мерзкому мальчишке, который обманом накормил меня какой-то дрянью! Он меня отравил! Ну, ничего, я доберусь до него! Я смешаю его с землей! Превращу в лягушку! –Теперь Мохомор уже пылал от гнева, потрясая грязными кулаками. – Вот он у меня поплачет! Самые жуткие кошмары приготовлю для него!
Малышастику стало страшно. Он понял, какая участь уготована им с сестрой, и горькие соленые слезы покатились по его щекам. Горячие капли падали на землю одна за другой, и в том месте, где они впитались в почву, появлялись желто-зеленые крапинки, разрастающиеся и сливающиеся между собой, образовывая новые холмики колдовского мха.
Мохомор смотрел на ревущих детей и радовался. Правда, детишки были совсем крошечные, особенно девчонка – размером с зайца. Мальчишка чуть побольше. Дети гномов, что с них возьмешь! Но и этому Мохомор был несказанно рад. Ну наконец-то, наконец-то он снова вернулся к жизни! Прошло ни много, ни мало, а целых триста шестьдесят пять лет, долгих и тоскливых! И вот случайно слезинка маленькой девочки упала на землю как раз в том месте, где все эти годы лежала крошечная невидимая частичка, оставшаяся от гнома Мохомора! Какая же это была для него удача! Зеленый – «горестный», как он сам его называл, – мох вырос снова, дал ему жизнь и вернул магическую силу. В прошлой жизни гному не хватило совсем немного времени для того, чтобы поработить весь мир. В этот раз он своего шанса точно не упустит!
6. Чудовища Мрачного Леса
Крохотун долго не мог понять, что хочет сказать ему его жена Лилипуйя, ворвавшаяся в зал совещаний во дворце короля Солнцещека прямо во время важнейшей и секретнейшей беседы. Король как раз начал читать письмо Листопадии, когда она с треском распахнула входные двери и нарушила тишину зала воплями и рыданиями. Ее не сумели остановить ни охрана у ворот, ни дворецкий, который вошел следом за ней и теперь растерянно пожимал плечами и разводил руками, пытаясь дать понять, что он ни в чем не виноват. А Лилипуйя – растрепанная, с красным и опухшим от слез лицом, в грязной и рваной одежде – кричала и размахивала руками перед лицом Крохотуна, не обращая никакого внимания на короля Солнцещека, застывшего на полуслове с открытым ртом и удивленно разглядывавшего ее.
– Дети! Наши дети! Я искала их всю ночь! Ужас! Что делать? Пропали, бедняжки, пропали! Где еще искать?! Я все обошла! Дети! Наши дети! Бедные дети! – В истерике женщина повторяла одно и то же в тысячный раз, ничего больше не объясняя и никого не слушая.
Крохотун побледнел, поняв главное: с их детьми случилось что-то плохое. Но, сколько он ни пытался выспросить у жены подробности, та, как заведенная, выкрикивала одни и те же слова. Наконец, в однообразии ее выражений появилось новое: «Мрачный Лес». И тогда до гнома дошло, что дети заблудились в лесу, куда отправились вместе с матерью накануне днем. Сам Крохотун вместе с другими водогорами ждали аудиенции с королем Краснолетии Солнцещеком, который был занят другими важными делами. Ведь он же король, и дел у него, видимо, хватало. Поэтому водогоры в томительном ожидании расположились в гостевом зале, а их жены и дети, не желая сидеть во дворце в солнечный денек, отправились прогуляться по Краснолетии. Кому-то захотелось побывать на ягодных полянах и во фруктовых садах, кто-то отправился на рынок за сувенирами, а Лилипуйя с детьми ушли в лес по грибы. И зачем только их туда понесло?!
Весь день и всю ночь гномы провели в ожидании встречи с королем, и лишь утром их пригласили в зал совещаний. Теперь же, когда важная беседа была в самом разгаре, Лилипуйя бесповоротно прервала ее. Гном понял, что продолжить разговор с королем сегодня уже не удастся. Нужно было немедленно отправляться на поиски детей. Малышастик и Крохотуля были для Крохотуна важнее всего на свете. Он начал извиняться перед Солнцещеком, но тот не рассердился, а, наоборот, даже предложил помощь.
– Думаю, они просто заблудились и заночевали в лесу. С тех пор как злой колдун Мохомор лопнул и превратился в пыль благодаря диковинному оранжевому мху, обнаруженному мальчиком из другого мира, в Мрачном Лесу никто больше не пропадал без вести. – Король Солнцещек попытался успокоить взволнованных родителей. – Я отправлю с вами своих солдат. Вместе вы быстро отыщете их, прочесав лес насквозь! А беседу продолжим сразу, как только дети найдутся.
Крохотун виновато откланялся, бормоча слова благодарности, и, пятясь, вышел из зала совещаний, увлекая за собой рыдающую жену. Остальные водогоры вызвались помочь в поисках и дружно отправились за ними. Слух о потерявшихся детях молниеносно пронесся среди придворных и слуг, и вскоре все семьи водогоров собрались у входа во дворец, желая тоже принять участие в поисках. По распоряжению короля Солнцещека появилось человек двадцать королевских солдат. И вот вся эта разносортная толпа выдвинулась по направлению к Мрачному Лесу. Король Солнцещек смотрел им вслед, стоя у окна с хмурым выражением лица. Все это ему очень не нравилось. Появилось нехорошее предчувствие. Проснулись долго дремавшие воспоминания о мучительных годах плена у злого колдуна Мохомора. Много слез было пролито в те страшные годы в Мрачном Лесу. Много людей могло погибнуть, спаслись лишь чудом. Сколько же лет прошло с тех пор? Король принялся подсчитывать – вышло триста шестьдесят пять. Да, давно было дело! Он содрогнулся от воспоминаний о жутких кошмарах, привидевшихся ему в том гнетущем месте. Вспомнил, как надежда на спасение оставила его тогда. Что, если старый злой колдун каким-то образом воскрес? Возможно ли это? Ведь столько лет о нем ничего не было слышно. Солнцещек попытался прогнать тяжелые мысли, но они медленно и неумолимо продолжали лезть в голову, надвигаясь подобно грозовым тучам на ясный небосклон.
А в это самое время в Мрачном Лесу, густом, темном и никогда не видевшем солнечного света, злой колдун Мохомор стоял у того места, где триста шестьдесят пять лет назад были его хижина и сарай. Лицо его исказилось от ярости. От построек остались лишь несколько бревен, валявшихся на земле. Все запасы сушеного мха и серого порошка исчезли. Неподалеку на поляне чернело старое пепелище, и гном подозревал, что именно там и были сожжены его запасы, тщательно собранные, высушенные и перетертые им в серую пыль. От его колдовского порошка-«дурмана» ничего не осталось, а он был ему сейчас так нужен! Мохомор хотел поскорее поймать новых «плакунов» и вырастить побольше мха для восстановления магических сил: ведь детишки гномов не могли наплакать много слез, потому что сами были крошечного размера, и слезы их были такие же крошечные. На таких скудных слезах вырастало совсем мало мха, не хватит даже ему на пропитание. А ведь нужно было не только порошок для «плакунов» сделать, а еще и отложить на прокорм для выращивания новых помощников. Раньше у Мохомора было два отличных помощника, которые приносили ему жертв, охотясь на них в окрестностях вокруг Мрачного Леса. Один ловил путешественников на болотах, другой хватал фермеров на полях. Они выручали гнома, когда люди перестали ходить через Мрачный Лес. Замечательные были у него помощники! А появились они потому, что однажды Мохомор попробовал забавы ради откормить земляную жабу своим чудесным «горестным» мхом и увидел, что та увеличилась в размерах. Гном продолжил откармливать ее и с удивлением наблюдал, как небольшое существо превращается в огромное чудовище с толстой неуязвимой броней вместо гладкой лягушачьей кожи и бездонной пастью-ловушкой вместо жабьего рта. Мохомор назвал свое детище Жабобрюхом и, наложив заклинание, отправил его охотиться на болота. Долгое время монстр снабжал гнома новыми «плакунами», получая взамен порцию свежего «горестного» мха, и оба были довольны. Однажды один из пленников-«плакунов» решил съесть «горестный» мох, чтобы получить силу гнома, но вместо этого превратился в лягушку. Глупец, он не знал, что злая магия не для таких слабаков! За это Мохомор сделал из него нового Жабобрюха. Новый вышел еще громаднее предыдущего и тоже стал приносить гному пленников. Все шло хорошо. Силы колдуна умножались с каждым днем, и он начал уже помышлять о мировом господстве. Мохомор представлял, как сядет на трон в белокаменном дворце Краснолетии, и все жители ее (а со временем – и соседних стран тоже) превратятся в его «плакунов». Повсюду будет расти его «горестный» зеленый мох, а верные помощники, многочисленные жабобрюхи, будут следить за порядком, чтобы какие-нибудь «плакуны» случайно не взбунтовались. Мохомор мечтал о том, как будет править всем Неявь-миром и у него будет целая армия жабобрюхов. А Мрачный Лес разрастется так, что даже на городских улицах стеной встанут сосны и ели, укрывая собой город от ненавистного солнечного света. Но все его радужные планы однажды нагло нарушил какой-то мальчишка, подсунувший колдуну страшную отраву. Наверное, у того мальчишки были ядовитые слезы, поэтому и вырос на них отравленный мох. «Бывают же в лесу грибы съедобные и ядовитые. Так, наверное, и с людьми», – решил Мохомор. Впредь надо быть поосторожнее и не совать в рот подозрительные растения странного цвета. Что ж, сам виноват! Любопытство подвело. Но теперь, наученный горьким опытом, Мохомор больше не позволит так провести себя.