Полина Лоранс – Опасные отношения (страница 9)

Хороший же подарок я сделаю матушке, ничего не скажешь… Как посмотрю ей в глаза, когда выяснится, что её дочь выгнали из французского университета? Даже не представляю, что с ней будет, для мамы это настоящее горе.

Ох, нет… Надо обязательно что-то придумать…

Маму, наверное, придётся обмануть. Скажу, что пришлось прервать стажировку по состоянию здоровья – началась сильная аллергия на какие-то растения, произрастающие на юге Франции. Я сейчас как раз так и выгляжу – как жертва аллергии: лицо опухшее, глаза воспалённые, слезящиеся.

Ужасно стыдно выдумывать небылицы, но если мама узнает правду, это её убьёт.

***

Реми не пришёл меня провожать, так как у него что-то случилось, и он ещё вчера срочно отправился к семье в Бордо. Вроде бы у него заболела бабуля.

Но я была даже рада, что избежала прощания с любвеобильным французом. Он заваливал меня видео и рыдающими смайликами.

- Послушай, Ксюша: всё будет хорошо! – Ивонн крепко взяла меня за обе руки и посмотрела в глаза. – Ты разрулишь эту ситуацию, и постепенно всё наладится. Возможно, судьба отвела тебя от чего-то ужасного. А вдруг, если бы ты здесь осталась, через неделю тебе на голову упал бы кирпич?

- Хорошо же ты умеешь успокаивать, - улыбнулась я сквозь слёзы.

- Ну, это я для примера.

- Мне прямо значительно полегчало.

- Прекрати рыдать, ты портишь себе внешность! На кого ты стала похожа, я уже тебя не узнаю! – одёрнула меня Ивонн, чтобы привести в чувство. - Всё, остановись. И не вздумай реветь в поезде!

Но я действительно собиралась тихонько проплакать всю дорогу.

Мы с Ивонн стояли на перроне рядом с серебристым вагоном скоростного поезда, который за шесть часов должен был доставить меня до Лионского вокзала в Париже.

- Ты только не пропадай, ладно? – Ивонн шмыгнула носом. – Надеюсь, мы ещё с тобой увидимся. Ты снова прилетишь во Францию, возможно, уже не как студентка, а в роли туриста. Разве это нереально?

- Пока не устроюсь на работу - абсолютно нереально, - пробубнила я.

- Но вам-то разрешают подрабатывать?

- Да. Хотя, учитывая нагрузку, пока это невозможно. Но с третьего курса надеюсь уже устроиться по специальности.

- Ну вот. И сразу разбогатеешь. Наверняка в Москве хватает вакансий с высокой зарплатой.

Ивонн, как всегда, с оптимизмом смотрела в будущее. А я даже не знала, как пережить следующую неделю.

***

Москва встретила июньской грозой. Небо обложило свинцовыми тучами, хлестал проливной дождь. Такая мрачная и тревожная обстановка вполне соответствовала моему настроению.

Промокнув до нитки, добралась до нашей общаги, она располагалась на значительном расстоянии от метро. Когда выбирала вуз для поступления, главным условием было наличие общежития для иногородних. Оплачивать съёмное жильё я бы, конечно, не смогла.

- Ксюша, ты как снег на голову! Откуда ты взялась? – изумились однокурсницы. – Почему ты не во Франции?

Они меня, естественно, не ждали, моё место в комнате не пустовало, его отдали другой студентке.

- Ты же только через полгода должна была приехать!

- Вот, пришлось срочно вернуться.

- Но почему?!

- Девчонки, я потом вам расскажу. Возникли некоторые сложности, - ответила уклончиво. – Оставлю у вас пока чемодан, ладно, а сама сгоняю в универ, возьму направление для общаги.

- Давай, заселяйся заново. А потом расскажешь нам про Ниццу. Мужики там красивые? Какого-нибудь француза охмурила? Кого-то из знаменитостей видела? А как там шопинг? Всё так же дорого, как и у нас? На кабриолете покаталась вдоль побережья? А на яхте?

От такого вопроса я даже вздрогнула.

На яхте… Покаталась, угу.

Переодевшись, вооружилась зонтиком и снова побежала к метро. Когда подходила к зданию университета, в глазах темнело от страха, я дрожала, как заячий хвост. Сейчас мне предстоит объясниться с куратором программы студенческого обмена. Как меня примет Елена Васильевна? По головке уж точно не погладит.

Наверное, надо всё честно ей объяснить. Да, я виновата, что решила подработать. Но ведь это можно понять – большинство студентов нуждаются в деньгах, если, конечно, речь не идёт о золотой молодёжи.

Сейчас меня будут ругать… Но не убьют же! Я и так уже наказана: лишилась стажировки.

Едва вошла в кабинет методистов, как там сразу же воцарилась тишина. Все три женщины уставились на меня. Я замерла на пороге, удивляясь их реакции. Неужели, все уже в курсе, что произошло?

- А вот и она, - наконец произнесла одна из дам-методистов.

- Ксения… Ты… - выдохнула Елена Васильевна вместо приветствия. У неё был такой трагический вид, что я поняла, что мои дела совсем плохи. Значит, французы уже сообщили о моём провале. Могли бы так не торопиться, кто за язык-то тянул!

Куратор поднялась с места, собрала со стола какие-то бумаги и сложила их в папку.

- Идём.

- Елена Васильевна, я вам всё объясню, - взволнованно тараторила я в коридоре, семеня за женщиной. А она, судя по всему, направлялась к декану факультета.

Куратор вдруг резко остановилась, так, что я едва на неё не налетела. Женщина развернулась ко мне, её глаза сияли гневом и презрением.

- Что же ты натворила, Ксения! Как же ты меня подвела! Я искренне считала, что ты самый достойный кандидат для поездки, и продвигала именно тебя. А ты мне свинью подложила!

После такой жёсткой отповеди я подавилась собственными оправданиями, и уже не пыталась ничего сказать. Молча плелась позади Елены Васильевны и сгорала от стыда.

Секретарь декана при виде меня едва не подпрыгнула на стуле.

- Ксения Кудряшова, собственной персоной, - объявила она, а затем перевела многозначительный взгляд на Елену Васильевну. Та тяжело вздохнула.

Раньше секретарша вряд ли смогла бы вспомнить моё имя и фамилию. Но теперь я, похоже, превратилась в звезду факультета. Со знаком минус.

- Мы можем войти? – спросила куратор.

- Да, заходите.

Мне хотелось врасти в пол в приёмной, пустить корни, лишь бы не появляться на глаза декану. Мы всегда побаивались этого грузного пятидесятилетнего мужчины. А уж сейчас, когда я действительно была виновата… Не покидало ощущение, что меня ведут на эшафот.

Едва вошла в кабинет вслед за куратором, руководитель факультета поднял голову от каких-то документов и сразу же прищурился. Его взгляд не обещал ничего хорошего. Если бы сейчас я смогла превратиться в крошечную личинку и уползти в какую-нибудь щёлку, я была бы счастлива.

Но как это сделать!

- Здравствуйте, Антон Николаевич, - поздоровалась чуть слышно. Губы дрожали, в висках дробно стучали молоточки.

- Подобное у нас случилось впервые, - мрачно произнёс декан, игнорируя моё приветствие. – Елена Васильевна, я не ожидал, что с вашим опытом работы вы совершите такую грубую ошибку. Вы настаивали на кандидатуре Кудряшовой, утверждали, что эта студентка с честью представит наш университет за границей. И что же мы получили? Должен заметить, что раньше вы так не ошибались, Елена Васильевна. Вы теряете хватку. Возможно, вам пора освободить место куратора программы международного обмена.

Сотрудница опустила голову. Её лицо постепенно покрывалось малиновыми пятнами, вскоре они поползли вниз – на шею. Мне до слёз было жаль Елену Васильевну, из-за меня она тоже попала под раздачу.

Что же делать? Броситься перед деканом на колени, молить о пощаде? В конце концов, я же не какое-то чудовищное преступление совершила, а только немного нарушила правила!

Мысленно сформулировав пламенную тираду, я уже открыла рот, но ничего сказать мне не позволили – декан жестом приказал молчать.

- Сядьте. Вы, обе, - кивнул на стулья. А сам поднял со стола лист бумаги и зачитал заголовок:

- «Студентка, отправленная на стажировку во Францию, подрабатывает эскортом»!

- Что-о-о-о?! – вскинулась я. – Ничего подобного… Нет! Это всё враньё! Кто написал такую гадость?!

Сердце полетело куда-то вниз, в чёрную бездну, нервная дрожь волнами прокатывала по телу… Похоже российский таблоид передрал репортаж, опубликованный французской жёлтой прессой.

- Я не подрабатывала эскортом! – выкрикнула, задыхаясь от возмущения. – Это ложь!

- А прессе неважно. Им лишь бы раздуть сенсацию. Но теперь из-за вас, Ксения, имя нашего университета опорочено. И французского тоже. В этой мерзкой статейке упоминаются все названия… Прежде чем целоваться в бассейне с наследником миллиардера, надо было включить мозги! – зло выпалил декан. - Этот юноша всегда под прицелом камер. Вы его невеста? Близкая подруга?

- Н-нет…

Декан, кривясь от отвращения, принялся читать распечатку: