Полина Корн – Императорский отбор. Поцелованная Тьмой (страница 3)

Соня поняла одно: принцы не ищут идеальную красавицу и, судя по тому, что всех слуг оставили за воротами, проверять потенциальных невест будут отнюдь не с помощью конкурса красоты. И, наверное, даже не умением вышивать салфетки и игрой на фортепиано, как это было в других отборах. В этот раз всё будет иначе. По-взрослому.

– Уважаемые избранницы, – голос старика заставил всех присутствующих вздрогнуть. «Хотя не такой он уж и старик», – подумала Соня. Глаза вон как искрятся молодостью и азартом. – Как вы уже смогли догадаться, надеюсь… Четвёртый императорский отбор будет сильно отличаться от трёх предыдущих. В этот раз вы можете полагаться только на собственные силы, а не на помощь наставников. На интуицию, на интеллект. Сейчас я отмечу вас в списке и сообщу, кто какую комнату займёт. Все ваши вещи вы доставите сами. А ровно в семь часов вечера прошу всех спуститься в главный трапезный зал.

Толпа бы загудела, но истинным леди такое поведение непозволительно, а вот в обморок упасть – запросто. Девушка в светло-голубом платье уже достала веер и приготовилась. Соседка в синем последовала её примеру.

– Перед тем как я начну перекличку, – эту фразу молодой старик произнёс почти издевательски, словно они не невесты, а породистые кони, или даже не кони – новобранцы, – есть какие-нибудь вопросы?

Соня хотела выйти из строя, но её опередила шатенка с зелёными выразительными глазами. Вот она, пожалуй, единственная на куколку похожа. И личико аккуратное, и носик маленький, зато глаза большие, губки пухлые, но не сильно, скорее воздушные. И голос музыкальный, ровный, приятный на слух.

– Скажите, пожалуйста, нам выделят слуг? Просто если нет, то отбор больше походит на издевательство. Всё же мы благородные леди. Не всех тут воспитывали иначе, – последнюю фразу шатенка выделила особенно сильно, чтобы все догадались, о чём речь, а точнее, о ком.

Соня прямо услышала свист камня, летящего в её «огород», но только усмехнулась.

– Как вас зовут? – склонив голову набок, поинтересовался старик.

– Розалия Эльвуд, сэр.

– Проявите терпение, Розалия Эльвуд. Никто из императорской семьи не станет издеваться над благородными леди, которые не привыкли справляться самостоятельно, – и снова насмешка.

– Моё имя Соня Райт. Разрешите обратиться? – Соня выступила вперёд, по привычке заложив руки за спину. Старик тут же припечатал её проницательным, колючим взглядом и кивнул. – Вы не представились. У меня нет доверия к незнакомцам: откуда знать, что вы не мимо проходящий садовник, просто решивший пошутить над… благородными леди, – это слово Соня тоже выделила с особым удовольствием, скорее иронизируя над собой. Может, организаторы этого безобразия хоть сейчас задумаются, что ей здесь не место.

Старик удивлённо, с долей растерянности вскинул густую, похожую на куст, бровь и усмехнулся.

– Я главный распорядитель четвёртого отбора, – улыбнулся вежливо, но неправдоподобно и извлёк из-за пазухи свиток. – Соня Райт, ваша комната номер два в южном крыле.

Соня не двинулась с места, решив дождаться, пока все девушки представятся и их отпустит распорядитель, который, кстати, так себя и не идентифицировал. Наверное, это новый вежливый тон за забором императорской резиденции.

Старик по очереди называл имена и номера комнат, отмечал участниц в свитке и отпускал. Но бедные девушки просто не знали, как им в туфлях по гравию перетащить все свои многочисленные чемоданы.

Соня в очередной раз порадовалась, что решила брать немного и не побоялась, что платья в рюкзаке помнутся. Спасибо гвардии, гладить она умеет получше иной прачки. А как паром отутюживает!..

– Кларисса Роттэм?

– Это я, сэр. – Девушка с веснушками присела в реверансе и со вздохом взглянула на свои вещи.

– Фабиана Даррим? – Блондиночка с тяжёлым подбородком присела в более изящном, чем её внешность, реверансе. Да и голос у неё отличался вибрирующими нежными нотками, словно она с детства занимается вокалом.

– Амелия Саттэм Форр. – Все участницы невольно покосились на девушку в элегантном жемчужном платье без пышной юбки. Ещё бы! Это ведь сама Саттэм! Дочь самого известного и влиятельно лорда всего Эладора.

Амелия обладала природной благородной красотой и отличалась спокойным, кротким нравом. Волнистые золотисто-русые локоны свободно струились по чуть острым величественным плечам, а светло-серые глаза не выдавали вообще никаких эмоций, кроме вежливости.

Амелия – самая завидная невеста Эладора. И самая обсуждаемая. Она почти не появляется на балах, не выходит в общество без целой свиты сопровождающих и обучалась не в частных школах для благородных леди, как все, а на дому, с учителями иностранными. Неудивительно, что потенциальные невесты предпочли сделать вид, что никакой Амелии Саттэм Форр в природе не существует.

Она была последней в списке. Все начали договариваться между собой: кто кому помогает, кто стережёт остальные вещи, пока одна группа девушек ходит, – не обращая на молчаливую дочь самого влиятельного лорда никакого внимания.

Соня подошла и без лишних слов подхватила оба чемодана Амелии.

– Сумку возьми, – произнесла спокойно и пошла вперёд, к дверям нежно-бежевого замка.

Амелия поражённо моргнула, повесила дорожную сумку на плечо, подобрала юбки и поспешила за своей внезапной спасительницей.

– Извините, вы не подскажете, как нам найти южное крыло? – вежливо произнесла Соня, остановившись.

– Второй этаж, по коридору налево – увидите переход вниз. Собственно, это и будет южное крыло, – машинально ответил старик-распорядитель, уткнувшись в свою записную книжку.

– Благодарю. Простите, имени вашего не знаю, – улыбнулась Соня, тонко намекнув, что всё же следует представляться с имени, а не с должности.

Старик вскинул голову и изумлённо проводил спину Сони Райт. Амелия тоже улыбнулась и, благодарно кивнув, поспешила за спутницей.

Комнаты нашлись без труда. Соня толкнула плечом дверь Амелии и занесла чемоданы.

– Разобрать одежду сама сможешь? – спросила скептически, не сильно рассчитывая на успех, но не призирая девушку. Она уж точно не виновата в том, что оказалась беспомощной.

– Попробую, – смутилась Амелия. – Видела, как гувернантки делают.

Соня кивнула.

– Как справишься, берёшь полотенце, простыню, личные банные принадлежности, гребень, бельё, сорочку и платье, которое наденешь на ужин. И идешь ко мне. Поняла? – Соня вскинула бровь, ожидая ответа.

Амелия не решилась спорить с девушкой, которая обладает таким командным тоном.

Соня замерла в дверях, вспомнив важную деталь, и поморщилась.

– Приходи, если не боишься, – предупредила тихо и мягко прикрыла за собой дверь соседки, не сильно рассчитывая, что та придёт. Хотя, если нужда прижмёт…

Глава вторая

Соня давно разложила вещи, проверила комнату на предмет прослушивающих устройств, а также на наличие пыли, которую с детства не переносила. Аллергия. А любые зелья и современные препараты ей строго противопоказаны. После «поцелуя тьмы» Сонин организм не переносит никакого вмешательства в его процессы.

Банная комната располагалась на этаже, осталось собрать всё необходимое, что Соня и делала, когда в дверь робко постучали. Соня напряжённо замерла, вслушиваясь, и через «грани» разглядела за дверью силуэт Амелии Саттэм.

– Заходи, – крикнула, не оборачиваясь, продолжая складывать полотенце.

Девушка застыла на пороге, неловко отведя взгляд.

Соня вздохнула и обернулась.

– Давай сразу расставим всё по своим местам, – произнесла спокойно, обошла Амелию и закрыла дверь. – Что тебя беспокоит?

– У тебя глаза жуткие, – тихо призналась дочь лорда, не решаясь поднять голову. – Они… словно живые. Цвета переливаются, а на дне радужки будто клубится призрачная дымка. Они засасывают и лишают рассудка… если долго смотреть.

– Откуда знаешь? – хмыкнула Соня. – Долго смотрела?

Амелия вскинула взгляд и поджала губы.

– Нет. Так говорят…

Соня подошла к шкафу и придирчиво осмотрела купленные платья. Надо было, наверное, всё же принять участие, а не слепо доверять продавцам.

– А ещё говорят, что я брожу по улицам и ем маленьких непослушных детей. Как думаешь, правда? – ехидно протянула она и повернулась, держа светло-голубое платье со шнуровкой на груди. – Подойдет?

Амелия снова отвела взгляд и вздохнула. Находиться в этой комнате для неё настоящая пытка. Но почему-то она пришла. И не потому, что без помощи вряд ли разденется, она может обратиться к любой претендентке, и никто не посмеет отказать. Не потому, что мыться самостоятельно не умеет. При желании можно научиться, не так уж это и сложно. Просто Соня Райт сказала «приходи», и кажется, если ослушаться, то немедленно настигнет кара небесная. А может, даже и не в этом дело…

– Ну? – поторопила Соня, видя нерешительность Амелии Саттэм. – Только честно.

– Честно? – смутилась Амелия и сглотнула. – Не уверена, что тебе вообще пойдут платья… – Она ожидала какой угодно ответной реакции, но только не задорного смешка.

– Вот и я о том же, – поморщилась Соня, улыбаясь. – Говорила капитану… Надо было спорить. Может, черное тогда? Оно хотя бы будет сочетаться с… хм… узором на теле?

Амелия покачала головой.

– Оно будет не сочетаться, а подчёркивать. Нужно что-то нейтральное. Бежевое, кремовое, как твой костюм, жемчужное, можно попробовать светлую пастель.