Полина Корн – Императорский отбор. Поцелованная Тьмой (страница 10)

Соня вопросительно вскинула бровь.

– Узоры на твоём теле так меня вдохновили, – увлечённо улыбнулась мадам Лилит, ловко измеряя Соню. – А я ведь было отчаялась. В последнее время я испытывала только скуку и никаких новых идей в голову не приходило. А тут… Меня буквально озарило! И я решила создать собственную коллекцию эксклюзивной одежды. А назову её «Поцелуй Тьмы». Как тебе?

– Боюсь, вы прогорите, – вежливо ответила Соня, поворачиваясь, как модистке удобно.

Лилит издала смешок и записала размеры в альбом.

– Детка, когда ты победишь в отборе, ко мне выстроится очередь желающих приобрести эксклюзивное платье мадам Лилит.

– Что сделаю, простите? – мягко говоря, Соня немного удивилась.

– Ох, не притворяйся! – отмахнулась модистка и достала из сумки белые тряпочки. – Надень. – И пихнула тряпочки Соне в руки.

– Уверены? – засомневалась Соня, разглядывая полоски ткани.

– Это верх, это низ. Или ты решила позировать голой? – теряя терпение, поинтересовалась модистка.

– А разве это не одно и то же? – Впервые Соня не знала, как ей реагировать, но быстро взяла себя в руки. – Послушайте. Я не стану фотографироваться ни голой, ни полуголой. Всё же мы на императорском отборе – это раз. Во-вторых, это неприлично…

– Вот видишь, – лукаво улыбнулась Лилит. – Ты говоришь как принцесса и ведёшь себя соответствующе. А делаешь вид, что не желаешь победить в отборе.

– Но я не желаю, – ровно отозвалась Соня. – Зачем вам мои полуголые фотографии?

– Для вдохновения, – устало вздохнула модистка и потёрла виски. – Из-за тебя разболелась голова. Обещаю, что ни одна живая душа не увидит их. Клянусь.

– А фотограф? – не унималась Соня. – Вы можете гарантировать, что он никому ничего не скажет?

– Это мой брат, а не фотограф, – мягко усмехнулась модистка. – Обещаю, только для вдохновения. Или, может, ты хочешь часть прибыли с моей коллекции? – прищурилась она.

– Нет, – улыбнулась Соня. – Но вы пошьёте мне ещё одно бальное платье и несколько повседневных. Что скажете? Или ищите себе другое вдохновение, но учтите, я не дам своего согласия на использование моего тела как натуры.

– А ты коварная, – с уважением протянула Лилит и пожала Соне руку. – Идёт. Ещё одно платье и пара повседневных, а теперь марш фотографироваться.

Соня усмехнулась и влезла в тряпочки. Слава Небесам, они оказались не настолько коротки, как казались изначально.

Когда Соня встала в угодную начинающему фотографу позу, в комнату вошла Амелия.

– Ой, прости! – испуганно воскликнула она и хотела выскочить, но проворная модистка ловко придержала дверь.

– Заходи, милочка. Советовать будешь и подругу поддержишь. – Подхватила соседку под руку и усадила в кресло. – Смотри. Идеально ведь?

– Что конкретно? – прошептала Амелия, не зная, куда спрятать глаза. Голова всё больше вжималась в плечи.

– Рисунок, – беззлобно усмехнулась Лилит и обвела мундштуком тело Сони. – Он великолепен.

Амелия долго молчала, но, постепенно успокоившись, смогла рассмотреть то, чем так восхищалась модистка.

На теле Сони Райт были не просто черные выступающие тонкие вены, а это был настоящий рисунок. Замысловатый. Витиеватый. Переплетающийся. Он гармонично смотрелся на матово-бархатной коже Сони и совсем не вызывал отвращения.

– Он прекрасен… – шепотом повторила Амелия, завороженно разглядывая Соню. – Будто живой…

– Чувствую себя настенной живописью, – недовольно отозвалась Соня, стараясь сохранять спокойствие и терпение. Брат модистки слишком долго настраивал аппаратуру.

– Только… – Амелия вдруг поднялась и направилась к Соне. – Волосы надо распустить. Вот, – довольно улыбнулась она, поправляя пепельные локоны.

– Так действительно лучше, – деловито согласилась Лилит, закурив. – Ален, мне нужен кадр спиной и живот обязательно. А ещё возьми верхнюю часть крупным планом. Локоны идеально смотрятся.

– А не хотите ли вы заварить чай, пока я… позирую? – поинтересовалась Соня, склонив голову набок.

– А у тебя есть? О, другой разговор. Мы сейчас с Амелией всё организуем. А ты стой, детка, стой.

Амелия виновато улыбнулась Соне и принялась помогать модистке.

– А ты прошла все испытания? – поинтересовалась Соня, смирившись со своей участью модели.

– Почти, – отозвалась соседка, накрывая на стол под чутким руководством мадам Лилит. – Я смогла убедить нашу уважаемую модистку пошить платье, но с готовкой ничего не вышло. А потом принц предложил сыграть в шахматы, и я провалилась совсем. – Девушка не выглядела расстроенной.

– А принц…

– Он был в маске, да, – догадалась Амелия. – И мне показалось, вел себя естественно.

– Да, мне тоже так показалось, – согласилась Соня и повернулась спиной.

– А как ты выжила? – вдруг спросила модистка, ошарашив обеих девушек. Только Соня, в отличие от Амелии, быстро пришла в себя.

– Видимо, чудом, – усмехнулась она вполоборота. О том, что чудом был её собственный Дар, Соня не распространялась по некоторым причинам.

– А сколько, говоришь, тебя держали эти отмороженные нелюди? – Модистка не собиралась умерить своё любопытство, и даже выразительные взгляды Амелии не останавливали. – Я слышала, что три месяца, а в одном издании писали, что полгода. Но по некоторым данным службы безопасности известно, что ни одна из пятнадцати жертв не протянула больше трёх недель.

«Жертвы были простыми людьми. Без Дара», – подумала Соня с сожалением, но ответила другое:

– Я провела в плену у некромантов два с половиной месяца.

– А что… – Амелия запнулась. – А что они пытались сделать?

Фотограф махнул руками, что всё, и Соня поспешила за ширму.

– Вызывали из Разлома на Мёртвой земле тёмную материю и пытались меня ею напитать, сделав тем самым управляемое «орудие смерти». Мир, наверное, поработить хотели, – отозвалась Соня, натягивая костюм.

– Это ужасно, – прошептала Амелия, отведя взгляд.

– А меня удивляет, что ты спокойно об этом говоришь, – не согласилась модистка, задумчиво изучая рисунок на чашке.

Соня села в кресло и улыбнулась. Если бы только мадам Лилит знала, что каждый раз, когда Соня говорит о том, что с ней произошло, в памяти всплывают яркие образы, обрывки воспоминаний тех чудовищных дней, не говорила бы так. Просто Соня научилась с этим жить. Приняла себя новую. Поняла, что, только открывшись, она сможет завоевать расположение сослуживцев. И пожалуй, не замкнуться в себе стало для неё самым тяжёлым испытанием.

– Мне кажется, не стоит смущать Соню, – робко вступилась Амелия. – Думаю, ей неприятно об этом говорить.

– Милочка, это же Соня Райт, – легкомысленно отмахнулась модистка и сделала глоток чая. – Она получила императорскую награду за доблесть и мужество, когда выносила раненых товарищей с поля боя на перевале Сатороу. Эта девочка видела такое, что нам с тобой даже в страшных снах не привидится.

– А вы внимательно следили за моей жизнью, – натянуто улыбнулась Соня, начиная подозревать, а не один ли это из принцев под личиной эксцентричной модистки. От подобной мысли сделалось дурно. Она ведь почти обнажённая перед ней стояла…

– Не настолько, – беспечно отмахнулась Лилит. – Так, выходит, Тьма тебя не поглотила, как остальных, а прижилась? Как ты её приручила?

– Упорством, – вежливо ответила Соня, глядя чрезмерно любопытной модистке в глаза.

– Давайте уже выпьем чая, – предложила Амелия и протянула Соне чашку. – Если честно, я проголодалась.

Соня виновато вздохнула, ведь сама-то она пообедала, и протянула соседке вазочку с печеньем.

После ухода модистки и её тихони-братца Амелия попросила помощи.

– Сил нет, – призналась она со вздохом. – Кто придумал, что леди обязательно полагается носить платья в соответствии со временем суток?

– Этикет, – усмехнулась Соня и выглянула в коридор. – Поторопись. – Прошмыгнула в комнату соседки, дождалась, пока она войдёт, и прикрыла дверь на защёлку.

– Тебе не показалась мадам Лилит… какой-то подозрительной? – спросила Соня, перебирая наряды в шкафу. Амелия устроилась в кресле, скинула туфли и блаженно пошевелила пальчиками.

– Она довольно эксцентричная особа, – согласилась Амелия, задумавшись. – Не думаешь ли ты, что это один из принцев? Не могли же они так далеко зайти. – Она смущённо поджала губы и отвернулась к окну.

– Я уже ни в чём не уверена, – призналась Соня и достала элегантное платье насыщенного аквамаринового цвета, с вышивкой на лифе, к которому полагалась шаль из органзы. – Давай примерим это…

На ужин Соня спускалась одна. Уже по традиции девушек приветствовал церемониймейстер и громко объявлял о визите каждой. Соне любезно предложили занять место в первом ряду, рядом с Амелией, но девушки даже взглядами не обменялись. Конспирация.

Ожидание не сильно волновало Соню, а вот другие «невесты» заметно нервничали. На сцену чинно поднимались камеристки и выстраивались в одну линию. Ровно одиннадцать человек.

– Его Наследное Высочество Калем Соллар I, – объявил церемониймейстер, и девушки обратили взоры на арку. Соня в предвкушении ожидала, что выйдет модистка и её подозрения подтвердятся, но вышел принц. Всего навсего. Да, он был великолепен в своём чёрном мундире, расшитом серебряными нитями, с императорской лентой на груди и чуть взъерошенными волосами цвета спелой пшеницы, но всё же это была не модистка.

– Уважаемые леди! – Наследник обвёл девушек величественным взглядом и загадочно улыбнулся. – Не буду нагнетать обстановку и сразу перейду к сути.