Полина Граф – Монструм (страница 34)
На нужном этаже мы свернули несколько раз и оказались перед аркой. Это был вход в одну из башен. Как и другие, она была огромной, с узкой винтовой лестницей и нишами-помещениями. В каждой из них было по пять-восемь комнат, как раз на сотню протекторов. Мы начали подниматься, и, проходя мимо каждой двери, я отмечал на них знак определенного созвездия. Моя комната оказалась пятой по счету. Я сам понял, ведь на ней не нашлось знака. Дверь была слегка приоткрыта. При входе в помещение я увеличил радиус барьера.
Жилище было в меру просторным, уж точно больше, чем башня могла себе позволить, – явные манипуляции с пространством. Тут даже имелась небольшая ванная комната за стенкой, хотя система водопровода в Соларуме оставалась для меня загадкой. Стены состояли из каменных блоков, местами занавешенных синими портьерами. Вместо окон нашелся балкон с расписными стеклянными дверьми. А еще широкая кровать со столбиками, резной бельевой шкаф с зеркалами, полки для книг, рабочий стол. Возле стен стояли коробки и дорожные сумки, которые мне наверняка было просто лень разбирать. А может, я никак не мог смириться с мыслью, что останусь тут до конца жизни.
– Звезды, какой же здесь бардак! – негодующе воскликнул Дан, указывая на захламленный стол и разбросанную по полу одежду. – Почему никто не соблюдает элементарного порядка? Разве так не проще жить?
Фри скосила на него глаза.
– Ну уж прости, что мы не дотошные чистюли и не вытираем пыль из каждой трещины.
– А должны бы! – нравоучительно отозвался Дан.
Тем временем я оглядывал стол. Вещи на нем оказались перевернуты. Выглядело всё так, точно кто-то в спешке их перерыл.
– Я бы не стал устраивать такой хаос, – сказал я, сложив тетради в аккуратную стопку. – Сам терпеть не могу, когда что-то не на своих местах.
– Кто-то тут рылся? – предположил он.
Фри внимательно огляделась.
– Раз не ты тут все перевернул вверх дном, значит, это протекторы. Никто другой в Соларум попасть не может. Паскаль, вероятно, так слетел с катушек, что приказал обыскать твою комнату в поисках чего-то темного. Ты смотри, даже книги перерыли. Много же им работы ты оставил со всеми этими стопками. – Она усмехнулась. – Книги тебе всегда были ближе, чем люди.
Книги…
Я быстро подошел к прикроватной тумбочке. Там нашлось несколько фолиантов, взятых из Архива. Я поднял верхний том.
Протекторы с интересом наблюдали за тем, как я лихорадочно его листаю.
– Макс, понимаю, что ты у нас ботан со стажем, но сейчас не время зубрить, – сказала Фри.
– Не в этом дело, – прошептал я и, перевернув очередную страницу, с трепетом застыл. – У меня есть одна привычка. Если требуется о чем-то себе напомнить, то я ставлю себе памятку на будущих страницах читаемой на данный момент книги. Если я и хотел оставить для себя памятку, то мог сделать это только так…
«
Опять эти цифры и тот же загадочный «Лу», кем бы он ни был. Я показал запись остальным.
– Что это? Код? Номер? Уравнение? – Дан нахмурил лоб. – Может, какой-то шифр, который нужно разгадать с помощью математики?
– Нет, Макс не такой двинутый параноик, – сообщила Фри. – Он бы не стал настолько мудрить, ведь и так ничего не понятно.
Вместо ответа я вытащил из кармана сложенный листок, который ранее обнаружил в дневнике, и протянул протекторам. Те принялись его изучать, а я решил выйти на воздух. С балкона открывался хороший обзор на растущий перед Соларумом лес. Кроны деревьев колыхались подо мной, сияли призрачной синевой и напоминали морские волны. Будто стоишь на вершине и смотришь на Млечный Путь, что мостом навис над Землей.
– Макс, что это? – спросила Фри, когда они закончили рассматривать листок. – Прошлое Скорпиона? И наше устранение сплита!
– И кто такой Лу? – требовательно вставил Дан.
Протекторы вышли на балкон и встали у меня за спиной. Я сжал в кулаке подвеску-звезду и ощутил такую непреодолимую горечь, словно все внутри опустело.
– Будто бы мне известно, – тихо сказал я. – Это все, что есть. И записи доказывают, что я действительно что-то знал. Возможно, даже о красном спектре.
– Но как такое возможно? – Дан подошел ближе. – Ты лишь протектор, который всего три месяца назад оказался в мире Эквилибриса! И уже начал строить авантюры, не снившиеся и большинству заоблачников?
– Звучит как минимум глупо, – согласно кивнула Фри.
– Но тогда как все это объяснить? – Я резко на них оглянулся. – И еще этот Скорпион не дает мне покоя.
Дан протяжно выдохнул.
– Что-то связанное с прошлым Паскаля. Вы не общались, насколько я помню. Да он почти ни с кем и не говорит, у него своя атмосфера. Но, может, стоит как-то о нем разузнать.
– Но только не пока он Смотритель, – напомнила Фри.
Я показал им подвеску.
– Вы не знаете, откуда это у меня?
Протекторы вгляделись в звезду.
– Похоже на амулет, – предположил Дан. – Так иногда делают – наделяют украшения всякими свойствами с помощью манипуляций. Ну, там, сопротивляемостью мглистой черни или еще чего.
Я двинулся обратно в комнату.
– Все это бессмысленно.
– Но ты хотя бы понял, что эти цифры что-то значат, – попыталась приободрить меня Фри.
– Да, но только они нам ничего не дают. Возможно, они предназначены не для меня, а для этого Лу. Пойдемте отсюда. Пора на встречу с Меморой.
Во время спуска Дан не сдержался и решил задать еще один терзавший его вопрос:
– А вот мне интересно. Сможет ли Макс пройти апогей-посвящение, имея при себе только два осколка родной души?
– Должен бы. – Фри перепрыгивала сразу через пару ступеней. – Осколок с разумом же при нем.
– А как это посвящение происходит? – спросил я, сжимая в руках лук.
– Очень просто, вот увидишь, – воодушевленно ответил Дан. – Трудно, только если сделать это в неправильный момент. А он придет, когда ты сам будешь уверен.
– А почему я не прошел его раньше?
– Не считал, что готов, – ответила Фри.
– Что оно вообще дает?
– Ты станешь полноценным люмен-протектором, – сказал Дан. – Получишь созвездие на небе, станешь вечно молодым, как звезды, будешь использовать Свет на полную мощность. Возможно, даже сможешь создавать кровное оружие из своего же эфира. Будет интересно взглянуть, какое получится у тебя.
Я кивнул. Мне тоже было любопытно, ведь оружие, созданное прямиком из души, всегда отражало ее облик. Черный камень и розы у шпаги Дана, въевшаяся копоть на мече Сары…
– Это же манипуляция без меток, нет?
– В каком-то смысле – да. Но при апогей-посвящении мы буквально вживляем в себя долю звездного эфира, а создание оружия и доспехов – одна из способностей звезд. Эти вещи – как отражение души. Хотя протекторам перепала лишь привилегия с оружием, на доспехи не хватило. Да и не все наши могут создавать кровное оружие. Но вот мне, разумеется, это удается.
Сделав еще несколько шагов, я ощутил, как волосы на затылке встают дыбом. Стало необычайно холодно, будто мы углублялись в плотный туман. Было не похоже, что и другие это заметили. Огонь в груди, до того долгое время спавший, неожиданно загудел и заметался. Что-то происходило.
Я застыл на месте в бессильной попытке не поддаться накатившему ужасу.
– Вы чувствуете это?
– Что? – не понял Дан.
Зато Фри прекрасно меня поняла. Паника льдом застыла на ее лице.
– Она здесь. Как она может быть здесь?!
Я обернулся и увидел, как из-за угла неспешно выплывают вихри темного дыма. В руке Дана возникла шпага, он встал перед нами. Я натянул стрелу на лук, Фри достала оба клинка.
– Это невозможно, – прошипел Дан. – Тьма не может пробраться в Соларум!
Но она была здесь. Нечеткое тело Мглы предстало перед нами. Она стояла, а волны дыма живым шлейфом исходили от ее кожи. Существо рокотало, но я был не в состоянии разобрать его слов.
– Кто ты? – Дан смело указал на нее оружием.
– Приземленные… – прерывисто донеслось от Мглы. – Глупые приземленные…
– Что тебе нужно?! – спросил я.
– Куда ты дел ее?! – прорычала она в ответ так громко, что захотелось отступить. – Что ты сделал со сферой?!
Мы остались стоять, наблюдая, как голова Мглы медленно качается из стороны в сторону.