Полина Довлатова – Невеста для босса. Куплю тебе новую жизнь (страница 2)

Обхватываю себя ладонями за плечи и начинаю методично раскачиваться на стуле, как самая настоящая шизофреничка.

Знаю, что истерикой я себе никак не помогаю, но взять себя в руки не получается.

Я не прощу себе, если Машка потеряет место в этой клинике. Ни за что на свете я не могу допустить, чтобы её перевели в обычную районную больничку. Мы с ней это уже проходили. Маша лежала там в палате на пять человек как овощ и к ней за день могли вообще ни разу не подойти.

Если бы я тогда не нашла для неё эту клинику, то эти коновалы её бы угробили в конце концов, я точно знаю. Во всяком случае, заниматься бы с ней там точно никто не стал.

А Маше нужна ежедневная тренировка и процедуры. Без них она на ноги не встанет.

Два года назад, мы попали в аварию. Я, Маша и наши родители. Отец и мама погибли на месте. А Машка, моя младшая сестра, получила перелом позвоночника. Ей тогда было всего четыре года…

И только я отделалась лёгким испугом. Можно назвать это так, потому что ушибы и шрамы на ногах нельзя считать серьёзными травмами.

Сама не понимаю, как такое могло произойти. Можно было бы назвать это везением, но у меня язык не поворачивается…

— Так, Стрельникова, давай успокаивайся и без психов подумаем с тобой, что можно сделать. Истерика ещё никому не помогала решить проблемы, — подруга ободряюще хлопает меня по плечу и облокачивается локтём на стойку.

— Даже не представляю что тут можно придумать. Ну разве что ограбить банк или продать почку, — устало выдыхаю.

Вытаскиваю из комнатки для уборочного инвентаря швабру и начинаю драить пол. Проблемы проблемами, но я хочу поскорее закончить смену и пойти домой.

Помимо должности официантки, мы с Евой на двоих делим ставку уборщицы. Дополнительные деньги никогда лишними не будут. Особенно, когда сторонних дотаций ждать больше неоткуда. Не знаю, что там с семьёй Покровской, она никогда не откровенничала на эту тему. Но она полгода назад въехала в пустующую комнату коммунальной квартиры в которой я живу, и за это время я ни разу не видела, чтобы кто-то её навещал или хотя бы просто звонил, чтобы поинтересоваться как она.

— Не, почка не вариант, — уперевшись локтём в барную стойку, рассуждает подруга. — К тому же они стоят не так дорого, как тебе кажется. На первое время на оплату хватит, а потом что? Вторую почку уже не оттяпаешь. А других парных органов, которые можно было бы продать у тебя нет.

— Поджелудочная? Орган, конечно, не парный, но без неё вроде как можно жить.

— Пф, — закатывается глаза. — Я тебя умоляю. Ты думаешь, на тех дошираках, что ты жрёшь вместо нормальной еды, от твоей поджелудочной что-то ещё осталось?

— Ну тогда остаётся банк…

— Можно, конечно, попробовать. Но слишком геморойно. И в капроновых калготках на голове дышать тяжело.

Останавливаюсь на середине зала и, вытерев тыльной стороной ладони пот со лба, смотрю на Покровскую.

— Я даже не стану тебя спрашивать, откуда ты это знаешь…

— Вот и правильно, не спрашивай, — соскакивает с барного стула и подходит ко мне. — А если серьёзно, Лиз, то тебе нужно найти новую работу с зарплатой выше, чем в этом гадюшнике. Подожди, я тебе сейчас покажу, — достаёт из кармана рабочего передника мобильный телефон и открывает в поисковике сайт вакансий. — Я и сама уже, честно говоря, подумываю о смене работы. Надоело всяких алкашей по ночам обслуживать. Короче, я тут наткнулась на одну вакансию в строительном агентстве недвижимости ГорКонсалт. Помощник руководителя. Зарплату они предлагают прям оооочень заманчивую. На оплату Машиного лечения должно хватить.

— Ого, — присвистываю, смотря на сумму оклада, который они предлагают.

Нет, я у себя на работе, честно говоря, тоже неплохо зарабатываю. Преимущественно за счёт чаевых, конечно. За два года, что я здесь работаю, я успела усвоить одно — пьяный мужик, как правило, гораздо более щедрый чем трезвый. А если ему ещё улыбаться, то можно получить очень даже приличную прибавку к окладу.

Все чаевые, которые я зарабатываю, а также часть официальной зарплаты и пол ставки уборщицы идут на оплату Машиной клиники., конечно, чаевые среди этого всего составляют бóльшую долю. Не будет чаевых — я не смогу платить. Поэтому приходится засовывать свой характер в одно место и улыбаться клиенту. Даже если вместо этого неимоверно хочется двинуть по его пьяной роже.

— Сумма соблазнительная, скажи? — подруга толкает меня локтём в бок.

— В этом-то вся и проблема, Ев. Там претенденток на такой лакомый кусок тьма тьмущая будет. Мне с моим портфолио там явно делать нечего.

— Слушай, объявление выложено три дня назад, — тычет пальцем на дату под вакансией. — И оно всё ещё актуально. Значит шансы у тебя есть.

— А, ну тогда тем более я туда не пойду, — вкладываю мобильный обратно Еве в руки и снова берусь за швабру.

— Это ещё почему?

— А потому что, Ева, — закатываю глаза. — Ну ты включи мозги. Если за три дня эта фирма не смогла найти секретаршу на вакансию, значит что-то с ними не так.

— С ними — это с кем? — вздёргивает брови и непонимающе на меня смотрит. — С секретаршами?

— Нет, Ева, с фирмой. С фирмой что-то явно не так, раз за три дня на такой лакомый кусок не нашлось претендента.

— Что например?

— Да откуда я знаю? — всплёскиваю руками. — Ну, может, лохотрон какой-то. Разводилово одним словом. Я, знаешь, в своё время по таким собеседованиям набегалась. Читаешь вакансию на сайте, там всё так красиво написано. Шикарные условия, большая зарплата. А приходишь потом на собеседование, и там вместо нормальной фирмы — однодневка какая-то, нацеленная тупо на то, чтобы у тебя бабло выкачать и отправить домой со словами «мы вам позвоним». Ноги убери, — подталкиваю подругу шваброй, чтобы отошла и продолжаю драить полы.

Спать хочется нереально просто. Вчера после смены я ездила проведать Машу в клинику и провела там полдня, а вечером снова в бар. Так что я ни черта не выспалась. Очень злая, уставшая и голодная как собака. Ещё и новость эта про увеличение стоимости как вишенка на грёбанном торте из говна!

— Ты не права.

— Чего? — приподнимаю голову и смотрю на Еву.

— Фирма не однодневка, это самый крупный застройщик в нашем городе. Практически все новостройки построенные за последние пять лет — это их рук дело. Я про них в интернете прочитала, — тычет мне в лицо статьёй из интернета.

— И что? — отвечаю, быстро пробежавшись взглядом по строчкам. — Это ничего не меняет. Если за три дня они не нашли человека на вакансию, значит, есть какой-то подвох. Если фирма не липа, то, значит, требования у них к соискателю завышенные и никто не может им соответствовать.

— Так, Лиза, хватит, — выхватывает у меня из рук швабру и откидывает её в сторону. — Тебе в конце концов нужны деньги или нет?!

— Нужны, — выдыхаю.

— Ну тогда ноги в руки и бегом на собеседование! В конце концов, за просмотр деньги не берут, знаешь такое выражение? Сходишь, посмотришь, попробуешь. А вдруг они тебя возьмут? Такой шанс терять нельзя, тем более, что других вариантов всё равно нет.

Чёрт, и что я здесь делаю?!

Сидя на кожаном диване растерянно оглядываю большой светлый холл. Мраморные полы, большие панорамные окна… За стойкой ресепшн сидит секретарша и по одному вызывает в кабинет девушек, претендующих на должность.

И, надо сказать, я тут выгляжу как инородное тело. Да я и чувствую себя как инородное тело. Как, блин, прыщ на чистой заднице! Особенно, когда смотрю на остальных претенденток одетых в деловые костюмы в офисном стиле.

На мне тоже офисная одежда. Только её внешний вид так и кричит об уровне моего дохода. Дешёвая белая блузка из сомнительного хлопка, которую мы с Евой купили в подвальном магазинчике рядом с нашим домом и юбка, оставшаяся у меня ещё со времён старшей школы. Ну, потому что я считаю, что идти и покупать новую ради должности на которую меня пока не взяли, да и вообще не факт что возьмут — расточительство. Тем более в моём случае, когда каждая копейка на счету.

Но да, Ева всё же права — мне кровь из носа нужна эта работа. Если меня не возьмут, то я даже не представляю где ещё брать деньги. До конца месяца осталось две недели. Ровно столько длится испытательный срок на должности личной помощницы руководителя в ГорКонсалт, который они обещают сразу оплатить. И в баре как раз оклад должны будут выплатить к этому сроку. Плюс у меня отложена некоторая сумма неприкосновенного запаса. Небольшая, но если сложить всё вместе, то на оплату Машиного лечения должно хватить.

— Стрельникова Елизавета Алексеевна, — вздрагиваю от неожиданности, когда секретарша с ресепшн произносит моё имя. — Проходите, пожалуйста. Третья дверь направо. Седьмой кабинет.

Отлично! Семёрка же у нас вроде счастливое число? Или нет? Тройка? Бог любит троицу, что-то такое, кажется, говорят…

Боже, Стрельникова, о чём ты вообще сейчас думаешь?

Судорожно выдохнув, поднимаюсь со своего места и медленно иду в указанном мне направлении к кабинету с заветной цифрой. Не потому что никуда не тороплюсь, а потому что чёртова школьная юбка мне мала. Давит везде где только можно, и я из-за этого не могу нормально идти.

— Садитесь, пожалуйста, заполните пока анкету. Кирилл Сергеевич скоро подойдёт, — девушка с ресепшн кладёт передо мной лист со стандартными вопросами и шариковую ручку и удаляется, оставив меня в кабинете одну.