Полина Диева – Непорочная практикантка (страница 26)

Ярослав заметил изумление в моих глазах и тут же сбросил звонок. До глубокой ночи я пыталась связаться с ним. Набирала номер вновь и вновь, но дождалась ответа только под утро.

— Почему ты не сказал мне, что тётя Люся вернулась? Почему звонок сбросил? Почему не дал с ней поговорить?

— Она приехала ненадолго и не хотела общаться с тобой. Это её решение.

— Когда она уедет?

— Не знаю. Я за ней не слежу. Может быть, уже уехала.

— Где она живёт? Она же сдала свою квартиру? Ты предложил ей пожить у нас?

— Даш, отстань. Я твоей тёте в няньки не нанимался. Она взрослая женщина. Живёт, наверное, у своей подруги какой-нибудь. А, может, приехала на один день. Ложись спать, поздно уже.

Да нет у неё подруг! Кроме как в квартире Ярослава ей негде остановиться. К тому же я чётко видела, что она была одета в свой любимый домашний халат. Кто будет снимать уличную одежду, заехав на пару часов чайку попить? Нет… Она ночевала с моим мужем, но он почему-то скрыл это от меня.

Я открыла сайт авиакомпании и купила билет на ближайший рейс. Не могу упустить возможность попытать дражайшую тётушку гаденькими вопросиками. Как минимум, она должна объяснить мне, какого лешего пока я была в больнице, ей пришла в голову занимательная идея, переехать ближе к природе.

Самолёт приземлился в Москве поздно вечером. Я вызвала такси, доехала до дома, открыла дверь своим ключом и бесшумно зашла в квартиру. Темно. Тихо. Сняла обувь, на цыпочках обошла все комнаты. Тётушки нигде нет. Ярослава тоже. Чёрт! Только зря прервала отдых. Она либо уехала, либо остановилась у неизвестной подруги, как и говорил мой муж. Если второе, то её телефон, должно быть включён.

Я нажала кнопку вызова, и… он звонит где-то в квартире! Включила везде свет. Да! Большая чёрная сумка, валяющаяся на полу в коридоре. Звук доносится оттуда. Расстёгиваю молнию, заглядываю внутрь и… в ужасе пячусь назад.

Глава 40

Огромный баул до отказа набит чёрными плащами с капюшонами. Где-то среди них валяется телефон. Получается, тени мне и Диане не привиделись и одной из этих теней был мой муж! Мой муж и его друзья убили десятки людей, а сейчас они прикончили тётю Люсю. Может быть, держали всё это время где-то в заточении, пытали, проводили свои мерзкие ритуалы… Почти задыхаюсь от страха и возмущения. Мерзкие ублюдки! Как они посмели?

Мелкая дрожь по всему телу. Сердце бешено колотится. Надо звонить в полицию. Нет! Лучше самой доехать до ближайшего участка. Ярослав может вернуться в любой момент. Я схватила сумку, собралась выходить из квартиры и… столкнулась с ним в дверях.

— Что ты делаешь?

— Ничего.

Он прёт на меня как таран, заставляя вернуться в квартиру.

— Почему ты вернулась?

— Мне… мне там надоело. Я соскучилась.

Не узнаю свой голос. Он стал каким-то утробным, с заметной хрипотой.

— Соскучилась, говоришь? Зачем тебе моя сумка?

— Я… Мне…

Ничего не приходит на ум. Я боюсь его. Очень. Ярослав не выпустит меня отсюда живой.

Бросила баул на пол и попробовала прошмыгнуть мимо него. Не вышло. Он схватил меня за руку и захлопнул дверь.

— Куда ты собралась?

Смотрит на меня, как исчадье ада.

— Прогуляться хочу.

— На улице очень холодно, — почти не моргая, следит за каждым моим движением.

— Отпусти меня, пожалуйста, — слёзы текут по щекам, в голосе появились детские интонации.

— Нет. Гулять ночью по Москве не безопасно. Ты заглядывала внутрь сумки.

Это не вопрос — утверждение. Я кивнула и побежала на кухню. Мой муж убил кучу людей и меня тоже убьёт. Мне нужно хоть как-то защитить себя.

Хватаю большой нож для мяса, собираюсь развернуться, но Ярослав наваливается на меня сзади. Его рука сильно сживает моё запястье.

— Положи нож!

Мотаю головой, пытаюсь вырваться.

— Положи нож, я тебе говорю. Ты можешь пораниться. Я не хочу делать тебе больно.

Какая трогательная забота. Меня угораздило выйти замуж за невероятно чувствительного убийцу. Теперь понятно, почему он усыпил всех своих жертв, прежде чем убить их. Бедняге не хочется смотреть на страдания людей.

— Почему ты это сделал? — не выпускаю нож из рук и продолжаю брыкаться. — Что с моей тётей?

— С ней всё в порядке. Я отвёз её домой. Даша успокойся.

— Успокойся? — хохочу как ненормальная. — Ты предлагаешь мне успокоиться?

— Ты пила свои таблетки?

— Таблетки? Причём здесь они? Вы с друзьями убили всех тех людей в сауне, посадили невинную женщину в тюрьму, а меня… — я разрыдалась.

— Всё. С меня хватит. Если ты сейчас же не отпустишь нож, мне придётся сжать твою руку сильнее. Останутся синяки и кровоподтёки.

Боль в запястье становится сильнее, кисть немеет, нож буквально выскальзывает на столешницу. Ярослав тут же убирает его в ящик и заслоняет опасные предметы своим телом.

— Мне теперь ножи от тебя прятать придётся?

Говорит строго, но мягко. В его глазах недоумение и лёгкое раздражение. Я смотрю на него, как загнанный в угол зверь.

— Ты убьёшь меня? — очень стараюсь быть дерзкой и не показывать страха.

Мольбы и просьбы о пощаде не помогут. Теперь он знает, что я прознала о его преступлении.

— С чего ты решила, что я собираюсь убить тебя?

Улыбается… и мурлычет, как кот над банкой со сметаной. Лицемерная сволочь! Посмотрим, какое оправдание ты придумаешь.

— Чёрные плащи. Я видела их в сауне. Они снились мне ночами.

— Ты копалась в моих вещах?

— Сумка стояла на проходе.

— Ясно. Ты не ответила на вопрос — пьёшь таблетки.

— Да. Ты не ответил на мой вопрос о плащах.

— На этот вопрос доктор ответил ещё во время твоей госпитализации. Тени в сауне — всего лишь твои фантазии. Галлюцинации. Вымысел.

— Не ври мне, — шиплю на него, как змея. — Я говорила с той девушкой, которую вы выставили убийцей. Знаешь, что она мне сказала? Приведения в сауне. Чёрные фантомы без лиц и без рук, с огнями. О, да… Она рассмотрела вас лучше, чем я.

Зачем? Зачем я всё это ему говорю? Неужели так сложно было броситься ему на шею, изображая радость от долгожданной встречи. Сказать, что не открывала сумку, а в руки взяла, чтобы убрать её с прохода. Всё так просто и обычно. Улыбаться, лебезить, покрывать его тело поцелуями и смотреть влюблёнными глазами. Тогда бы он, возможно, сохранил мою жизнь и…

Но меня понесло. Я просто не смогла остановиться.

— Ты нашла в сумке плащи и решила, что я с друзьями убил твоих коллег?

Ярослав перестал улыбаться и медленно пошёл прямо на меня. Бежать некуда. Сзади стена. А он всё ближе и ближе. Я чувствую его дыхание, с лёгким ароматом коньяка и дорогих сигар. Зажмуриваюсь и…

Ничего не происходит. Слышу, как он наливает воду в стакан.

— Держи и присядь, — звук придвигаемого ко мне стула. — Ты права. Я с друзьями действительно был в той сауне.

Приоткрываю левый глаз, сажусь на стул и зажмуриваюсь снова. Стакан с водой игнорирую.

— Твоя тётка позвонила мне и попросила понаблюдать за тобой. Она сказала, что последнее время ты ведёшь себя очень странно. Связалась с каким-то парнем, забросила учёбу, устроилась в непонятную контору. Специфику твоей новой работы выяснить не составило труда. Я не стал рассказывать тёте Люсе о том, чем вы там занимаетесь на выходных. Но про видео, которое снял Влад она и без меня знала. А ещё она заметила, что у тебя участились провалы в памяти. Ты смотрела повторы сериала, думая, что смотришь их впервые. Забывала, что ела на ужин. Мыла чистую посуду. В то время ты почти не выходила из дома, и все эти странности твоего поведения невозможно было не заметить. А потом у тёти Люси пропали запасы снотворного и мы поняли, что ты планируешь втайне от самой себя нечто страшное.

Я слушала его и не верила своим ушам. Что он несёт? Нет! Этого просто не может быть. Страх отпустил, уступив место ужасу. А Ярослав продолжал говорить.