Полина Диева – Без права на измену. Ад в Раю (страница 18)

***

Всю неделю я читала книгу, от встречи с Настей отказалась, прикинувшись больной, да и с Костей почти не общалась. Мне нравилось быть наедине с собой, но время текло неумолимо быстро. Возвращение мужа нельзя отсрочить или отменить. Валерий был добр ко мне в ту ночь и хочется надеяться, что его хорошее отношение останется неизменным. Мне кажется, я нравлюсь ему немного. Вот только, даже если я права, это мало что меняет. От судьбы не убежишь. А если твою судьбу определили сильные мира сего, остаётся одно — тянуть время. И надеяться, что Костя не обманет.

Он так смотрит на меня, когда я прогуливаюсь у дома. Или ем ужин, приготовленный им. Или просто без дела слоняюсь по длинным коридорам. Иногда он заговаривает со мной первым, но почти всегда ждёт инициативы от меня.

— Ты слишком засиделась дома, — за два дня до возвращения мужа, Костя разбудил меня на рассвете.

— Я спать хочу, отстань, — пробормотала я и перевернулась на другой бок.

— Выспишься в следующей жизни. Бери ручку и пиши приглашения на поздний завтрак этим женщинам, — он протянул мне листок с напечатанными на нём именами и адресами.

— Кто это? Ты говорил, что мне не нужно ни с кем общаться.

— Теперь нужно, Даш. Пиши.

Глава 28

— Вот адрес кафе, в котором я забронировал вам столик.

— Зачем? Кость, ты издеваешься надо мной? Какое сейчас время? Муж приказал тебе отправить меня на дружеские посиделки?

— Нет. Валерий Александрович должен думать, что ты сама решила выйти в люди. Смотри, красным отмечены те жёны, с которыми ты будешь вынуждена встретиться после его возвращения. Постарайся быть особо милой с ними, но не доверяй ни одной. Никому не доверяй, но особенно им.

— Кто они?

— Они… — Костя смутился. — Я не могу сказать. Просто будь осторожна, хорошо?

— Не хорошо! Сначала ты говоришь одно, потом врываешься в мою спальню и говоришь другое. Почему я вообще должна выполнять твои указания? Ты не мой муж. Я выше тебя по статусу и не обязана подчиняться. Уходи, я хочу спать.

— Какой же ты ребёнок, — произнёс он без капли злости в голосе. — Понимаю твоё недоверие, но разве тебе самой не надоело сидеть дома? Ты же сама хотела найти подруг. Что изменилось за последние пять дней? Встретишься со своей Настей, поболтаете о всякой ерунде, попьёте кофе и разойдётесь. Согласись, гораздо проще прийти на мероприятие, если ты часть участниц уже знаешь лично. Тем более, мероприятие планируется необычное.

— Какое? — я села в кровати, забыв прикрыть обнажившуюся грудь одеялом.

— Похороны, — коротко ответил Костя.

Вот теперь я окончательно проснулась. Как мило со стороны моего мужа, без предупреждения так подставить меня! Прощанию с усопшими в книге, данной мне Костей, было отведено много объёмных глав. Церковь, метод погребения, даже количество родственников влияет на правила поведения.

— Кто он?

— Протестант, — Костя сразу понял суть моего вопроса. — Двое взрослых детей, пять внуков, вдовец. Не сложно, но опасно. Ему было 99 лет, так что…

— Необходимо избегать излишней трагичности, ибо долгие лета жизни достойны уважения и радости за усопшего, поэтому улыбаться не только дозволяется, но и является необходимым условием для каждого присутствующего на мероприятии, — процитировала я учебник.

— Молодец. Хорошо подготовилась. Сегодня ты на встречу пригласишь его дочь и выразишь ей сожаление. Вот, — он протянул мне свежий выпуск утренней газеты. — Мужчина умер внезапно. Остановилось сердце. Об этом мало кто знает и, вероятно, ты спровоцируешь на ошибку тех, кто не может ошибаться.

— Кого? — я всё ещё не до конца проснулась.

— Женщин, занимающихся провокациями. Вряд ли они с утра пораньше станут читать свежие новости и почти наверняка закидают тебя вопросами о той ночи на глазах у официантов. Это серьёзное нарушение. Очень серьёзное. После такого большинство из них займутся собственной репутацией, им будет не до тебя.

— Уфф, какой ты милый. Даже не ожидала. Вот только, что если дочь покойного не придёт?

— Она придёт, не волнуйся.

Откуда он всё это знает? Простой охранник, особенно пониженный до водителя женщины, не имеет доступа к приватной информации, касающейся людей из Платинового, Золотого и Серебряного списков. Да, о смерти старика Костя прочитал в газете, но почему он так уверенно утверждает, что дочь деда захочет встретиться со мной спустя всего несколько часов после смерти отца?

— Хорошо. Я сделаю, как ты скажешь.

Мне не потребовалось много времени, чтобы принять окончательное решение. Конечно, вот так внезапно, без подготовки лезть в логово змей очень не хочется. Зато хочется проверить моего водителя. Уж больно сложную схему он предложил. И выгодную мне. Вдруг его помощь не попытка втереться в доверие, обмануть и запутать, а вполне реальное желание вытащить меня из будущей передряги. Я просто не могу позволить себе не использовать такой шанс.

Быстро написав три десятка писем, я запечатала их в жёлтые конверты. Настю не пригласила. Пусть обижается, но ей и без того худо. Если сейчас она нарушит протокол скорби, даже беременность не спасёт её от наказания.

— Готово, — я с довольным лицом запечатала последний конверт и передала стопку писем Косте. — Ты не приготовил мне кофе, — лучезарно улыбнулась, чтобы замаскировать скрытый приказ.

— После возвращения Валерия Александровича тебе придётся самой готовить кофе не только себе, но и ему. Даш, мне не хотелось огорчать тебя, но ты помнишь первый завтрак, приготовленный мной?

Зря он мне напомнил о той проклятой ночи. Только настроение испортил. Улыбка сползла с моего лица, я нахмурилась.

— Дочитай книгу до конца, пожалуйста, и… Прямо сейчас учись вести себя подобающе.

Ясно. Кофе он мне готовить не станет. А ещё начнёт вести себя, как полный придурок. Жаль. Мне нравилось быть под его ненавязчивой опекой. Хоть бы Валера в аварию попал или, на худой конец, с лестницы свалился. Почему время пролетело так быстро?

***

Подготовка к позднему завтраку с моими новыми «подругами» откровенно затягивалась. Я никак не могла подобрать подходящую одежду и сваять на лице нужное выражение. Человек пожилой — чёрный и тёмно-фиолетовый цвета не уместны. Впрочем, как и постельные. Слишком яркие тоже нельзя. Юбка должна быть как минимум до щиколоток, грудь необходимо прикрыть. Мы с Костей купили кучу барахла, но из всего имеющегося под ситуацию подходило только одно вечернее платье. Вот только на поздний завтрак его не наденешь! Я буду выглядеть как дура.

Стоп! Какое мне дело до того, что подумают эти курицы? Сейчас есть проблемы поважнее. Я решительно натянула несуразное платье, взглянула на часы и поняла, что пора выходить. Костя терпеливо ждал меня внизу.

— Хорошо выглядишь, — его взгляд скользил по моему обтянутому красным шёлком телу. — Готова?

— А что, если никто не приедет? — самой стыдно за свои нелепые переживания, но как же глупо я буду выглядеть на бранче в дорогом ресторане, если останусь одна!

— Приедут, — он взял меня за руку.

Мурашки побежали по коже. Я даже прикрыла глаза на мгновение, чтобы насладиться моментом. Как же хочется чувствовать тепло его ладони вечно!

— Ты в порядке? — он заметил моё замешательство.

— Да. Поехали.

Путь до ресторана занял чуть более пятнадцати минут. Костя припарковал машину и даже не посмотрел мне вслед. Обидно. Я шла на высоких каблуках по мостовой и чувствовала, как с каждым шагом сердце начинает биться быстрее. Возникло желание развернуться и сбежать, но мне сейчас нельзя потакать собственным слабостям. Только вперёд. С гордо поднятой головой. Я ускорила шаг, открыла дверь ресторана и обомлела…

Глава 29

Внутри единственного зала ресторана стоял единственный длинный стол, изящно сервированный разнообразными закусками. Вокруг него сидело ровно тридцать женщин разных возрастов, которые не сводили глаз с дверей. Вернее, с меня. Но и до моего прихода все они явно были сосредоточены и не отвлекались на разговоры.

— Доброе утро, — очень хотелось посмотреть на часы, чтобы убедиться, что я не опоздала.

— Доброе, — одна пожилая тётушка буквально накинулась на меня и расцеловала в обе щёки. — Как долго мы ждали возможности встретиться с тобой. Присаживайся, угощайся, рассказывай.

— Я думала, этот ресторан открыт для всех, — осмотрела зал и не увидела ни одного официанта.

— Был открыт. Мы решили, что лишние люди помешают нашей дружеской беседе, Даша. Можно, ведь, называть тебя просто по имени, верно?

Я кивнула, пытаясь опознать осиротевшую сегодня женщину. Как назло ни одна из присутствующих в зале дам, не была похожа на ту, чью фотографию мне показывал Костя. Наверное, она не пришла.

— Кофе, шампанское? Было очень страшно? — все начали суетиться вокруг меня.

— Кофе, пожалуйста, и… я хотела бы познакомиться с вами поближе.

Женщины начали наперебой называть свои имена. Я даже не пыталась их запомнить, просто слушала, стараясь не пропустить нужное. И вот! Она всё-таки пришла, как и обещал Костя. Теперь понятно, почему я не смогла её узнать — слишком яркий макияж для сироты. И платье до неприличия короткое. А ещё выражение лица на удивление счастливое. Даже не верится, что она совсем недавно потеряла родного отца.

Впрочем, глупо винить её в этом. Сложно горевать о потере человека, которого ты почти не знаешь. Мужчины Платинового списка не уделяют внимания собственным детям, особенно девочкам. Их жизнь слишком насыщена и интересна, а объём доступных развлечений почти не ограничен.