Полина Дельвиг – Рыжая 4. Тупиковое звено. Часть 2 (страница 6)

– Можно было уехать и начать новую, честную жизнь.

– Иван, не помнящий родства? Нет, голубушка, подозрителен такой человек был, темная лошадка, поди знай, чего от него ожидать можно! Тогда люди прекрасно понимали, откуда такие Иваны берутся. Понимание сущности и предназначение летописи рода не давало обществу деградировать. Вот отменили родословные в Октябре, и сами видите, чем дело кончилось.

– Ну не знаю… – Даша осторожно взяла чашку и сделала глоток, – Мне все же это анахронизмом каким-то представляется. Монархия… В наше-то время!

Миллер добродушно рассмеялся:

– Я же с этого и начал: каждый человек определяет для себя, что ему притягательнее. Вы не придаете этому значения – прекрасно, вы свободны в своих поступках, и это то, что никогда не коснется вас. Ведь вы же не прыгаете с парашютом. Но ваше безразличие к генеалогии означает, что вам и не надо входить в этот мир – он корысти не любит. Не прощает.

– Не прощает? – Даша почувствовала себя неуютно. Сразу же вспомнились последние события.

Но генеалог, видимо, имел в виду иное.

– Очень легко, голубушка, превратиться в посмешище. В молодости тщеславие еще простительно, но вот к старости эта страстишка способна и почтенного человека превратить в дурака. Еще Руссо справедливо заметил, что если тщеславие и сделало кого-то счастливым, значит, этот кто-то был дурак.

Вступительная часть немного затянулась, но Даша не знала, как перейти к сути дела. Впрочем, Миллер и сам все понял.

– Так как же звали вашего деда?

Придвинув сахарницу, она уцепила щипцами кусочек сахара.

– Барон Вельбах…

– Что?! – Чашка выскользнула из рук хозяина, жалобно звякнула и разбилась о край стола. – Что вы сказали?

Рука застыла в воздухе.

– Повторите, что вы сейчас сказали! – Старый генеалог подался вперед, казалось, еще чуть-чуть, и встанет со своего кресла.

Спокойной оставалась только монументальная домработница. Пронзив перепутанную гостью тяжелым взглядом, она принесла с кухни ведро и веник и принялась убирать осколки.

Даша сглотнула:

– Я говорю, мой дедушка…

– Это я уже слышал! – Миллер салфеткой попытался оттереть брюки. – Повторите его имя.

– Вельбах?

– Вот именно. – Генеалог потряс салфеткой в воздухе. – Вельбах! Нет, это невозможно, совершенно невозможно!

– Но… почему? – Даша растерялась еще больше.

– Да потому, что последний русский барон Вельбах скончался в Париже в тысяча девятьсот тридцать третьем году, оставив сиротой младшую дочь. А единственный сын его – Николай – погиб от полученных ран в одна тысяча девятьсот шестнадцатом году. Во время Первой мировой войны.

Осведомленность Миллера произвела эффект разорвавшейся бомбы.

Даша побледнела, затем ее бросило в жар, руки ходили ходуном.

– Не совсем так. – Она наконец опустила щипцы. – То есть, с одной стороны вы абсолютно правы, но у меня есть достоверные сведения, что Николай Вельбах остался в живых и переехал на Дальний Восток…

– Исключено.

– Почему?

– Потому что существуют свидетельства очевидцев. Барон Андрей Николаевич фон Вельбах был смертельно ранен в бою и захоронен в общей могиле под…

– Простите, что перебиваю, – Даша приложила ладонь к груди. – Вы что, помните биографии всех остзейцев?

Полумрак комнаты не позволял рассмотреть лицо старого генеалога, но все же ей показалось, что Миллер на секунду смешался. Достав чистый платок, он протер уголок глаза.

– Разумеется, не всех. Однако, что касаемо членов угасших родов, тут я, можно сказать, собаку съел… – он помолчал. – Этой темой я занимаюсь всю свою жизнь. И как специалист заявляю вам: совершенно невозможно, чтобы Николай фон Вельбах выжил. Кто-то решил подшутить над вами.

Даша устало откинулась на спинку кресла. Конечно, приятно оказаться более осведомленной, чем лучший специалист, однако это означало, что ничего нового Миллер сообщить ей не сможет.

– Этот кто-то – баронесса Вельбах, родная сестра Николая Андреевича. Она сама разыскала меня и упросила найти всех мужских потомков своего брата, дабы передать одному из них свое состояние. Согласитесь, странный юмор.

Миллер вытянул шею.

– Как вы сказали? – Но тут же махнул рукой. – Не повторяйте, я все прекрасно слышал. Она нашла вас сама?

– Ее адвокаты.

– Хм. – Миллер склонил серебристую голову и прикрыл глаза жилистой рукой. – Допустим, это правда. Но почему тогда баронесса фон Вельбах стала разыскивать потомков брата только сейчас? Спустя столько лет?

Даша развела руками:

– Она так же, как и вы, как и все остальные, даже предположить не могла, что ее брат выжил и имел детей.

– Что же случилось?

А несколько месяцев назад ей в руки попала фотография Николая Андреевича, датированная тридцать восьмым годом…

– Всего лишь фотография? – В голосе Миллера зазвучало сомнение. – А вам не кажется, что это слишком…

Даша покачала головой. Она поняла, что хотел сказать генеалог.

– Не кажется. Потому что адвокаты Марьи Андреевны послали запрос на Дальний Восток и там подтвердили факт существования Николая Андреевича Вельбаха и его службы во Владивостоке.

– Черт побери… – Старый генеалог выглядел потрясенным. – Как же я мог… Ах я, старый дурак!

Даша поспешила его успокоить:

– Да не стоит вам так убиваться. Это вовсе не ваша вина – просто время такое было. А представьте, какие чувства испытала бедная Марья Андреевна!

– Да уж, могу себе представить. – Миллер о чем-то напряженно думал. Он выглядел как человек, решающий для себя что-то очень важное. – Дарья Николаевна, возможно, я повторяю, возможно я смогу вам помочь. – Предупреждая вопрос, он поднял сухую ладонь. – Вы подождете меня немного?

Даша молча кивнула. От волнения она не могла говорить.

– Тогда угощайтесь, я скоро вернусь. – Он развернул свое кресло и выехал из комнаты.

Стараясь не смотреть в сторону Маневич, Даша потянулась к самовару.

4

Миллер отсутствовал минут пять. Все это время женщины хранили молчание и давились сладким. По крайней мере Даша – точно. Заслышав скрип половиц, она готова была зарыдать от счастья.

Генеалог выглядел деловито.

– Скажите, как звали вашу бабушку?

– Какую именно?

– Разумеется, ту, которая вышла замуж за Николая Вельбаха.

– Лидия. Лидия Михайловна.

Миллер испытующе смотрел на свою гостью.

– Вы уверены в этом?

– Что? – Даша растерялась. – В каком смысле «уверена»?

– Ее звали так с самого рождения?

– Насколько мне известно, да.

«Странный вопрос…»