Полина Белова – Воспитанница института для благородных девиц (страница 58)
— Хорошо, что всё обошлось! — вздохнула Кора.
— Да! И хорошо, что господин поверил мне и не оставил Вас в подземелье на эту неделю, — согласно закивала Дора.
— На какую неделю? — что-то я сегодня плохо соображаю.
— Ну как же… Пока Его Высочество принц Арнольд не выздоровеет и не улетит домой. Лекари сказали: через неделю.
Я буду сидеть в своей комнате целую неделю? Нет!
Я выскочила на террасу, под дождь, и посмотрела через перила балюстрады вниз. Высоко. Холодно. Мокро. Глупо.
Вернулась в комнату, плотно прикрыв дверь и устроилась в кресле у камина, согреваясь.
Я привыкла быть постоянно чем-то занятой: работой, репетициями или учёбой. Как часто бывало, что я мечтала хоть о минутке отдыха и завидовала ничегонеделанию некоторых знакомых ровесниц! Сегодня для меня открылась новая истина — безделье может стать сущим наказанием. Я встала, потопталась туда-сюда по комнате, посмотрела на дождь и мокрый сад через стекло каждой из шести дверей, покрытых тонкими стекающими ручейками косых дождевых капель.
Почему Арнольд не рассказал брату, что я тонула? Мне не пришлось бы сейчас так мучиться в заточении! Я могу понять ревность Зория и его ярость. Прямо скажем, наша с Арнольдом поза была очень провокационная. Но ведь этому есть объяснение! А этот нехороший спаситель молчит!
Спустя какое-то время, мы со служанками, не спеша, разбирали сундук с подарками. Не то, чтобы мне хотелось этим заниматься, но больше решительно нечего было делать.
Кора, по одной, доставала вещи и приносила их мне. Я сидела в кресле у камина. С равнодушной миной осматривала каждый подарок, иногда брала его, крутила-вертела вещь в руках, осматривала со всех сторон и возвращала служанке. Даже, если мне что-то очень нравилось, показывать свой восторг не хотелось из вредности.
Я решила заняться разбором сундука не потому, что хотела сама рассмотреть подарки. Нет! Это служанки мои изнывали от желания потрогать и полюбоваться поближе на такие красивые и редкие вещи.
После моего осмотра, Кора передавала вещь Доре, которая располагала её в нише.
Бриллиантовый комплект Дора предварительно уложила в шкатулку, которая запиралась на ключ. Золотые часы на изящной подставке, заняли место на столике у кровати. Ткани: белый фастиан, блестящий дамаст с атласным переплетением розовых и салатовых нитей в цветочном узоре на матовом фоне и шелковый узорчатый дамаск, Дора засунула на самую верхнюю полку ниши. Позже сошьём из них наряды по последней моде Андарии.
Я вертела в руках изящный витой браслет в виде змейки с изумрудными глазками, удивляясь скрупулёзной работе мастера, который смог придать золоту такую живую и натуральную форму.
Вошла Сара.
— Понравился? — со странной интонацией прозвучал её вопрос, когда она увидела браслет в моих руках.
— Тонкая работа, — ответила я, с прищуром глядя на свою несостоявшуюся убийцу.
— Да, тонкая. Я колебалась между этой змейкой и массивным золотым обручем с рубинами. Подумала, что твоим тощим ручкам больше подойдёт лёгкий вариант, — презрительно скривила губы Сара.
— Ты? Этот сундук собирала ты? — я была в шоке.
Почему я решила, что это подарки Зория? Да потому что никто другой даже в голову не пришёл! И не только мне! Я покосилась на служанок. Кора и Дора безмолвно жались возле ниши, явно мечтая стать невидимками. Они даже головы вниз опустили.
— Ну да. Почти, — пожала плечами Сара.
Она не врёт?
— Это что, извинение за попытку убийства? — растерянно спросила её.
Сара зашипела не хуже прообраза той змейки, которую я по-прежнему вертела в руке:
— Шшш-ша! Что за глупости? Какое ещё убийство?! Я ничего не знаю!
— Ну не сама же я себя в бассейн толкнула? А кроме тебя в купальне больше никого не было. — обвиняюще ткнула я пальцем в её сторону.
Сара сделала пару широких шагов и нависла надо мной, опершись на подлокотники кресла.
— Моё слово против твоего! Ты, тщедушная хилая человеческая особь, которая в первый же день в доме своего мужа оказалась голой под другим драконом! Не понимаю, почему господин не превратил тебя в грязную кучку пепла! Не понимаю!
— А я не понимаю, почему женщина, которая вчера пыталась меня утопить, сегодня свободно входит в мою комнату. Это ты должна сидеть взаперти, а не я! И ещё не понимаю, зачем ты подарила мне эти подарки, — я пыталась сохранять хладнокровие, а это было нелегко с перекошенным от ненависти лицом Сары над головой.
— Ты не дождёшься от меня подарков. Я могу подарить тебе только смерть! А этот хлам я помогала Зорию выбирать для тебя в сокровищнице. — Сара выпрямилась и с отчаянной злостью в голосе проревела — Чем только ты заслужила у него такую милость… Не понимаю!!! Ты — тощая уродина! Человек! Я была его единственной женой не один год! Он меня обожал. Знаешь, сколько ещё красивых и знатных дракониц ему предлагали взять? А он отказывался! Всегда! Потому, что у него была я!
Мне хотелось закрыть уши руками и не слушать.
— Не понимаю, почему ты позволяешь себе разговаривать со мной в подобном тоне. Уходи! Убирайся вон! — я тоже кричала, уже совершенно не опасаясь Сары.
Что-то, а такое чувство, как ревность, я наблюдаю с детства. И сейчас мне было кристально ясно, что Сара безумно ревнует. Я и сама чувствовала боль от её слов. Значит, и я ревную… Что ж. Нам не быть подругами с этой женщиной. Никогда. «В этом доме останется жить только одна из нас.» — вдруг пришла мне в голову мысль, потрясшая меня.
— Посмотрим, как долго ты проживёшь… — снова поставив руки на подлокотники моего кресла, тихо-тихо прошипела мне на ухо Сара, подтверждая её.
А потом, она с силой оттолкнулась от кресла, резко развернулась и вышла. Меня же от её толчка закачало так, что я испуганно подумала, что сейчас перевернусь вверх тормашками и сломаю шею!
— Какая Вы смелая, госпожа! — с восхищением протянула Кора.
— Вам нужно быть осторожнее! Госпожа Сара хитра, расчётлива и способна на всё. У нас в доме её боятся все слуги, — хмурила брови Дора.
— Не понимаю, почему она выбирала мне эти подарки, — я с удивлением разглядывала браслет змейку. — Это какой-то местный ритуал от первой жены?
— Да, нет. Что Вы! Это подарки господина. Просто помогала выбирать Сара. — пояснила Кора.
— А почему не он сам?
Служанки лишь пожали плечами. У них, как и у меня, не было ответа на этот вопрос.
Глава 47
Прошло пять дней.
Не знаю каких дров бы я наломала, если бы встреча с Зорием случилась в эти дни. Всякие были мысли: изрезать в мелкие лоскуты все подаренные ткани, разбить часы, сжечь книгу, забросить с террасы подальше в сад украшения. В общем, было горячее желание, по возможности, испортить, уничтожить или выбросить все подарки из сундука. Но… Первой схватила в руки книгу, подбежала к камину и… не смогла. Погладила корешок, выпуклые витые буквы заглавия на драконьем языке: «История Андарии». Эта прекрасная книга не виновата, что её даритель такой… нехороший дракон. Бархатный переплёт был украшен драгоценными камнями. А сбоку была специальная застёжка, на которую книга закрывалась.
«История Андарии» потом благодарно скрасила первые два дня моего заточения. Текст был украшен такими великолепными художественными миниатюрами, орнаментами и иллюстрациями, что, рассматривая их, я не раз возблагодарила Богов за то, что не позволили мне сжечь такую уникальную работу великих мастеров своего дела.
На третий день я достала из ниши ткани. Ну, как достала? Со злостью сбросила их с верхней полки, потянув за край рулона. Вот, сейчас выстелю ими пол на террасе! Упав с высоты, рулоны покатились и развернулись, накрывая ковёр дорогими разноцветными шелками и мягким белым фастианом. Ткани были прекрасны! В общем, ещё три дня я с упоением кроила и шила себе наряды. Благо, у нас в институте занятия по швейному делу были с первого по выпускной класс ежедневно!
В целом эти пять дней моего заточения в своей комнате, несмотря на беспокойные размышления о Зории и наших отношениях, можно было бы даже назвать приятными, если бы не Сара. Руки чесались, подкараулить её у двери и стукнуть чем-нибудь тяжелым по голове. Первая жена дракона с милой улыбкой заходила навестить меня по нескольку раз в день и с удовольствием шептала всякие гадости. Гадости она говорила тихо, а вот нормальные слова — громко.
Драконице, которая охраняла меня, за дверью, было слышно:
— Добрый день, дорогая Александра! Как ты себя чувствуешь? Хорошо ли назначенные служанки заботятся о тебе?
А я слышала более полный вариант:
— Добрый день,
Коре и Доре, кроме прислуживания мне, первая жена Зория каждый день давала ещё какие-то задания по дому. Поэтому женщины прибегали, наскоро обслуживали меня, убирали в комнате, подавали обед либо стелили постель, и убегали работать в другие места. А я оставалась скучать одна.
И, если бы в эти дни ко мне зашёл младший принц, я бы, как минимум, высказала бы всё, что думаю о нём: эгоист, самодур, тиран, дурак, тупая ревнивая ящерица, бабник!
— Убирайся отсюда! — естественно кричала я в ответ Саре.
А потом слушала, как восхищается охранница добротой Сары и как возмущается моей грубостью. Дора уже успела рассказать мне, что слуги начинают жалеть бедную Сару, которую ревнивая вторая жена чуть ли не третирует.