Полина Белова – Невеста из тумана (страница 38)

— Лепестки в масле поставь пока в кладовой, на полке с травами. Продолжим с ними работать через неделю. Розам нужно время, чтобы передать маслу свой аромат, — объяснила я подружке и попросила — Через пару дней, как настоятся, отвары свеклы и ягод нужно процедить в отдельные горшочки и хранить в холодном месте. Сделаешь без меня?

Фиса с готовностью кивнула.

— Отлично. Значит пока всё. Продолжим через неделю.

Спать я пошла очень довольная. А утром попросила Астю перед работой снова заскочить к её жениху.

— Утро доброе! А я вчера получил задание сделать два десятка швабр. — первым поприветствовал меня Тоний, едва завидев. — Управляющий приходил.

Не теряя времени, я очень попросила у жениха Асти сделать мне пару десятков очень маленьких коробочек с крышечками.

— Сделай по нескольку штук разной формы: продолговатые, круглые, овальные. Хорошо бы как-то украсить, хоть немного. — Я нарисовала Тонию приблизительный вид коробочек для будущей помады и румян.

— Не представляю, что можно положить в такую крошечную деревянную шкатулочку? — невероятно удивился мужчина моему заказу, но выполнить его не отказался.

Они с Астей вчера после ужина успели поболтать и с чего-то решили, что это я своим заступничеством перед лаэрдом спасла едва не утраченное вознаграждение старшей горничной и теперь жених Асти рад был меня отблагодарить. Ладно, пусть так. Главное, нужные коробочки через неделю будут.

Второй день работы горничной давался мне полегче. Я уже знала, что делать и чего ждать. Мы с Астей дружно вымыли назначенный нам участок для уборки на этаже для слуг. Сегодня, кстати, ещё три пары горничных мыли пол со швабрами и очень благодарили меня.

Перед тем, как переодеться к обеду, я нагло сбегала к водопаду в пещере и обмылась, пусть и холодной водой. При такой работе, как у меня сейчас, очень трудно привыкнуть купаться всего раз в неделю.

Сегодня, после дневной трапезы, гаспада Рона поручила нам с Астей убирать комнаты лаэрда и главного управляющего.

Я переоделась в рабочую форму, и пошла к покоям лаэрда, про себя сетуя, что после такой обжираловки не могу прилечь хотя бы на пол часика. От бесподобно вкусной еды невозможно было оторваться. Я объелась. И теперь чувствовала себя колобком из-за раздувшегося живота или тем самым сказочным теремком, который вот-вот треснет, так как в нём, кроме мышки, лягушки, зайчика, лисички и волка уже обосновался и медведь.

— Еля, поторопись! — нестрого подогнала меня старшая.

Поплелась вслед за напарницей, быстрее переставляя ноги. Вот как я сейчас буду работать?!

Совсем не удивилась, когда мы с Астей застали лаэрда в его покоях. При чём, моей старшей сразу было приказано выйти и без приказа не входить.

Оставшись наедине с хозяином замка посмотрела на него насуплено. Вчерашнее происшествие с его дочерью в моей душе почему-то оставило обиду не столько на Лисию, сколько на её отца.

Меченый подошёл ко мне почти вплотную, аккуратно коснулся кончиками пальцев шишки на лбу.

— Болит?

Кивнула.

— Лисия сказала, что ты не захотела взять у неё украшение, а попросила разрешения сделать мазь. Тебя учили лечить? Ты — дочь знахарки или целителя?

— Нет. Я научилась делать только пару мазей, для красоты.

— Ах, для красоты… Знаю-знаю… Женщины вечно что-то выдумывают. Обожают занимаются чем-то подобным. Моя вторая жена всегда умывалась молоком, а третья регулярно обмазывалась мёдом с ног до головы. Что ж, я уже предупредил Гариса, что ты можешь брать в кладовой всё, что пожелаешь.

— Правда? Спасибо. — обрадовалась я.

— И ещё. Через три дня я еду по делам в Становую и собираюсь взять тебя с собой. Ты сможешь увидеться с родителями.

Я растерялась…

Вот она — возможность попасть в деревню! Вот он — шанс сбежать, о котором я мечтала. Лаэрд сам везёт меня туда, где я могу попробовать найти помощь у родственников, или, если не найду их, просто, улизнуть и скрыться. Но я оказалась совсем не готова… Надо же как-то собраться…Составить план действий…

Мысли заметались, как голодные тигры в клетке. Чёрт! Страшно!

И вдруг малодушно подумалось: «Здесь, в замке, у меня есть какое-никакое положение, по местным меркам, даже, завидное. Имеются намётки на дополнительный заработок от продаж помады и румян собственного изготовления. Потом, опять же, что немаловажно, обильная кормёжка дважды в день, надёжная крыша над головой… а дело к зиме идёт!».

Непосредственно сам секс с лаэрдом меня уже не пугает, даже, наоборот, я можно сказать, вчера распробовала это дело, пусть и с помощью вина. Мне кажется, теперь я бы даже согласилась на то, чтобы стать любовницей хозяина замка, если бы только в его душе присутствовала хоть капля этой самой любви. А быть Меченому временной игрушкой, грубо говоря, сменной подстилкой — нет, не хочу и не буду! Я не собираюсь настолько не уважать себя!

Вот только… Если просто сбегу, не к родным уйду, то что со мной будет? Да ничего хорошего! В этом диком мире красивую одинокую девушку — ограбят, изнасилуют, убьют. Нет. Решено. В деревне буду искать родных. Не найду — вернусь обратно. А найду… — буду решать, что делать, по обстоятельствам. Так себе план…

Пока я стояла столбом, переваривая новость о поездке в родную деревню, и решала, что буду делать, напористые мужские руки начали по-хозяйски гулять по моему телу, ловко и умело раздевая. Я очнулась от размышлений в одних панталонах!

— Не хочу. У меня сегодня голова болит. — капризно пищу, отталкивая от себя руки и голову мужчины, которую он склонил к моей груди собираясь целовать.

— Чем я могу облегчить твою боль? — шепчет мне в ухо Меченый, снова обнимая и прижимая к себе.

— Возможно, если бы я выспалась… — очень толсто намекаю, вздыхая и выбираясь из цепких объятий.

Спать реально хочется. Во-первых, ночью из-за возни на кухне с помадой мало спала, а во-вторых, действительно, переела в обед. Хочу сиесту!

У Ристара делается такое удивлённое лицо! А я, вдруг, решительно иду к его постели и ложусь сверху, на покрывало, свернувшись клубочком. Закрываю глаза. Жду. Не исключаю вероятности, что сейчас мне достанется на орехи, но почему-то бесшабашно рискую.

— Я лягу прямо здесь. Посплю немного. Приходи через пару часиков. — мурлыкаю почти нежно.

Слышу шаги по направлению к кровати. Зажмурилась сильнее, напряглась. Жду реакции лаэрда на свою наглость. Мамочки, что я творю!!?

Вдруг чувствую: он накрывает меня пледом. Снова шаги. Теперь они удаляются. Хлопок закрывающейся двери.

Ушёл?! В самом деле?! Оставил меня спать?

Глава 33.

— Десять больших ложек пчелиного воска потри на вот этой терке — дала я задание Фисе, а сама принялась сооружать водяную баню.

Как хорошо я помнила то, что мы с Юлькой творили в юности в азартной погоне за красотой! Даже странно, что вся последующая жизнь в прежнем мире вспоминается лишь урывками, оставив со мной навсегда лишь самые важные или взволновавшие минуты.

Аккуратно процеживаю подогретую и смешанную с красителем смесь масел через ткань, похожую на марлю и сложенную в несколько слоев, добавляю подготовленный воск и все вместе ещё разок прогреваю на водяной бане, в самом конце не забываю добавить розового масла для приятного аромата. Скоро первую розовую массу можно будет раскладывать по коробочкам. Я решила, что буду использовать одинаковые шкатулочки для одного оттенка. Надо ещё нарезать маленьких и тонких полосок бумаги или, если не найду, простой ткани, чтобы убирать излишки помады, как делали красавицы в исторических дорамах. Я обожала китайские и корейские сериалы… Теперь больше ни одного не увижу… Загрустила на миг, но тут же переключилась на другое, потому, что стараюсь гнать от себя подобные мысли. Бессмысленно сокрушаться о том, чего не в силах изменить. Если в прежней жизни я умерла там, на остановке общественного транспорта, то получить шанс ещё пожить, при чём, в молодом, здоровом и красивом теле — разве, не подарок судьбы?

Сегодня мы с Фисой сделали только один оттенок — нежно розовый. Получилось одиннадцать коробочек. Если с этой пробной партией всё нормально будет, и я смогу хорошо распродать помаду, тогда мы с Фисой развернёмся! Самые разные, даже, насыщенно алый, оттенки сделаем.

Пока работали, я снова вспоминала свою позавчерашнюю поездку в Становую. До сих пор не могу в себя прийти.

Я представляла себе деревню, ну, как обычную нашу деревню, только без столбов с проводами, то есть, электричества! А оказалось — всё не так. Становая — это, я бы сказала, большой старинный город, раскинувшийся на площади гораздо большей, чем огромные замковые постройки лаэрда.

Располагалась эта деревня-город в долине реки Илуга, той самой, которая брала начало в скалах возле замка. Тот в водопад в пещере, в котором мы купаемся — тоже Илуга, её начало, исток. Это мне, кстати, лаэрд рассказал. Во время нашей очередной близости, в ночь перед поездкой, удовлетворённый и довольный, он внезапно царственно позволил называть себя по имени, когда мы наедине. Я на это, кстати, промолчала, только зубами скрипнула, но разрешением воспользовалась.

Часть дороги, перед въездом в деревню, я ехала верхом вместе с Ристаром, сидя впереди него, на луке седла. Однако, в отличие от первого неприятного опыта в лесу, в этот раз под мою попу он подмостил подбитую мехом полу собственного плаща, сложенную в несколько раз, так что устроилась я очень удобно, спиной прислонившись к мужчине, и в его надёжных согревающих объятьях.