Слушать книги Полина Барскова (2)

На этой странице Вы можете бесплатно слушать аудиокниги Полина Барскова онлайн. Также Вы найдете и других авторов книг схожих с Полина Барскова

Последние

Романы, стихи, проза

Марина Степнова - Правила жизни. Литературный номер

*НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ БАРСКОВОЙ ПОЛИНЫ ЮРЬЕВНЫ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА БАРСКОВОЙ ПОЛИНЫ ЮРЬЕВНЫ.В августе 1965 года британская группа The Beatles выпускает свой пятый студийный альбом – Help! Одна из песен на пластинке – романтическая баллада Yesterday. Три года назад финансовый ресурс 24/7 Wall Street назвал Yesterday лучшей песней в истории человечества – основываясь на цифрах продаж, положении в хит-парадах, узнаваемости и количестве кавер-версий (которых у Yesterday, к слову, больше полутора тысяч). До появления стриминговых сервисов подсчитать количество прослушиваний песни было невозможно, однако согласно ряду предположений песню Yesterday за последние 57 лет могли прослушать более 10 миллиардов раз. Среди этих десяти миллиардов вполне мог быть хотя бы раз, когда под эту песню кто-нибудь родился, умер, влюбился, напился, расстался, женился и развелся, подрался, заснул и проснулся, занимался любовью, вел машину, завтракал, обедал и ужинал, летел в самолете, ехал в метро, плакал, смеялся, развешивал белье, учился, занимался спортом, ругался, мирился, богател и разорялся, танцевал и просто молчал. Словом, из нарезки только этой песни, скорее всего, можно склеить целую человеческую жизнь.Вместе с тем, кажется, нет более близких и взаимно влияющих друг на друга областей культуры, чем музыка и литература. Трек Дэвида Боуи «1984» вдохновлен одноименным романом Оруэлла. Патрик Бэйтмен в «Американском психопате» постоянно слушает музыку и пускается в пространные рассуждения о важности того или иного альбома в современном мире. Мик Джаггер настолько вдохновился булгаковским «Мастером и Маргаритой», что написал песню Sympathy for the Devil. Молодой преступник Алекс, герой «Заводного апельсина» Берджесса, ценит в жизни только две вещи – ультранасилие и Девятую симфонию Бетховена. В этом специальном литературном номере мы связали прозу современных русскоязычных авторов и размышления рок-музыкантов, композиторов и критиков о том, как музыка влияет на судьбы людей и как из музыкальных произведений складываются наши жизни.Сергей Минаев. Главный редактор “Правила Жизни”

Романы, стихи, проза

Полина Барскова - Вдовцы

*НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ БАРСКОВОЙ ПОЛИНЫ ЮРЬЕВНЫ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА БАРСКОВОЙ ПОЛИНЫ ЮРЬЕВНЫ.У этого рассказа две сюжетные линии, переплетенные друг с другом. Первая – переживание рассказчицей смерти собственной матери, умной, сильной, блистательной женщины. Вторая – жизнь композитора Дмитрия Шостаковича, написавшего легендарную Седьмую симфонию, много значившего для своей матери и также пережившего утрату – собственной жены. Рассказ стилистически разнообразен и выверен, полон культурных отсылок и насыщен метафорами.Дата написания: 22 июля 2022 года

Электронные книги (5)

Разное

Полина Барскова - Живые картины (сборник)

Для окончательно свободного и окончательно одинокого «экзистенциального» человека прощение является сложной задачей. Сложной не только потому, что требует единственной формы ответственности – перед самим собой, но и из-за того, что зачастую приводит к чувству вины «прощателя». Эта вина становится единственным, хотя и мучительным, основанием его существования, источником почти недостижимых слов о том, что прощение – это и бедствие, и искушение, и безумие, и наказание тела, и ложь, и истина, и преступление, и, в конечном итоге, непрощение. Движимая этой непростой задачей прощения, проза Полины Барсковой демонстрирует с помощью этих почти недоступных слов, что прощение может быть преобразовано в последнюю доступную для «экзистенциального» человека форму искусства – искусство видеть людей через страшный исторический мелкоскоп и замечать их в огромном, спасительном приближении.

Обучение

Полина Барскова - Седьмая щелочь. Тексты и судьбы блокадных поэтов

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ БАРСКОВОЙ ПОЛИНЫ ЮРЬЕВНЫ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА БАРСКОВОЙ ПОЛИНЫ ЮРЬЕВНЫ. Обсуждение блокадного письма важно хотя бы для того, чтобы подтвердить: даже в условиях блокадного бедствия велась значительная, многофункциональная и разнообразная работа словесности, направленная на описание, осознание и отражение блокадного опыта. Восстанавливая эту работу сегодня, мы ставим перед собой задачу создания языка, который позволит говорить о блокаде не тем, кто ее пережил, а теми, кто несет ответственность за ее память и не желает, чтобы она была забыта. Изучая творчество блокадных поэтов, мы замечаем, что они искали язык, способный облегчить боль жертвы истории и запечатлеть ее, стараясь примирить эти, на первый взгляд, противоречивые задачи.

Историческая литература

Полина Барскова - Сибиллы, или Книга о чудесных превращениях

Новая проза Полины Барсковой – о связях человека и места его обитания, об их утрате, поиске и мучительном их восстановлении. В ее основе – история Доротеи Мериан, художницы, которая приехала в Россию по приглашению Петра в 1718 году и стала наставницей первого поколения русских акварелистов и граверов и хранительницей Кунсткамеры. Это история о ее связи с матерью, великим энтомологом, художницей и путешественницей Сибиллой Мериан, которой принадлежит открытие метаморфоза у насекомых. А еще это история о Петербурге, который поначалу был только репликой Амстердама и лишь постепенно приобрел свои собственные черты и свою особую судьбу. Но, может быть, самой важной частью этого целого является попытка автора рассказать свою историю об утрате города и обретении себя, поиске языка и собственном превращении.

Романы, стихи, проза

Полина Барскова - Вещь, полезная для злых и добрых

«Милости просим. Заходите в пестрый мир нового русского счастья… Вы и сами не заметите, как в погоне за его призраком окажетесь в сладком уединении, в чужом городе – однако ненадолго; как поколотите замучившего всех гада, как будете ждать рождения нового человека, как встретите брата из армии, жадными ложками будете глотать свадебный торт, запивая испанским хересом, – словом, заживете жизнью героев истории».Произведение входит в сборник «Счастье-то какое!»

Биографии, мемуары

Наталья Громова - Блокадные после

Многие свидетели блокады Ленинграда, пережившей смертельный период, видели в городе что-то совершенно новое, претерпевшее критические изменения. Эти изменения требовали от современников их изображения и осмысления. В настоящее время исследователи уделяют значительное внимание блокадному периоду, но говорится немного о городе в момент, когда стало понятно, что блокада преодолена и предстоит период восстановления и осознания произошедшего, период продолжительного прощания с теми, кто не выжил. Этот сборник посвящен исследованию послеблокадного времени в культуре и истории. Участники задаются вопросами: каким образом современники воспринимали и изображали облик города после блокады и ежедневную жизнь в нем? Как отличалось это изображение в цензурной и неподцензурной культуре? Как отличалось это изображение в текстах блокадников и тех, кто не находился в блокаде? Послеблокадная эпоха - это субъективно воспринимаемый момент и способ его представления, но также это и весь период последствий, целая эпоха: ведь можно рассматривать все, что произошло в городе после блокады, как результат этого периода.