Пол Миллерд – Невидимый сценарий жизни. Как вырваться из оков навязанных установок и найти свой путь (страница 3)

Еще одной причиной, привлекшей нас с Ранжи, был престиж. Он не очень конкретен, но должен привлечь к тебе внимание как к впечатляющему человеку. Пол Грэхэм, основатель инкубатора стартапов и ментор для тысяч молодых людей, считает это уловкой. В его понимании престиж – «мощный магнит, который против твоей воли меняет даже то, что раньше приносило тебе радость».

Ранжи и я попались на удочку привлекательных историй о престижных должностях в стратегическом консультировании и юриспруденции. Эти обещания слишком хороши, чтобы быть правдой для амбициозных молодых людей, которые хотели перенести академические успехи в реальную жизнь. Философ Алан Уотс убежден: «Потребность в безопасности и чувство небезопасности – одно и то же» и «Мы ищем безопасность в укреплении самих себя. Мы хотим эксклюзивную и особенную защиту». И это действительно то, что я искал.

На выпускном курсе жажда эксклюзивного престижа взяла верх, и я начал разрабатывать план преодоления границ «нетипичных соискателей».

В погоне за престижем

Я очень хотел стать своим. Как сказал К. С. Льюис в 1944: «…у каждого человека в определенные периоды жизни возникает желание попасть во внутренний круг важного для него социума и вместе с ним страх быть оставленным вне него».

Перед началом выпускного курса я составил список престижных консалтинговых компаний. Это был мой внутренний круг, куда я хотел попасть. В список также вошли инвестиционные банки, технологические стартапы и хедж-фонды. Я не придирался к типу работы, важен был ее престиж. Почти все свое время я проводил за поиском компаний, подготовкой писем и отправкой резюме. К сожалению, большинство моих попыток оказались неудачными. У меня были хорошие данные, но компании искали выпускников лучших заведений.

Из нескольких сотен компаний я прошел всего несколько собеседований. Это позволило заглянуть в тайный мир «внутреннего круга». Одно из собеседований привело меня в Северную Каролину, где я принял участие в «супердне» для инвестиционного банка. Супердень – это двухдневное испытание, которое включает в себя обеды, неформальные беседы с сотрудниками и другими интервьюируемыми и, наконец, несколько официальных собеседований на второй день.

После регистрации в отеле я отправился в бар неподалеку. Спустя 15 минут я обнаружил, что среди группы из 30–40 человек я один из немногих «нецелевых» соискателей. Я почувствовал себя незваным гостем. Некоторые кандидаты упомянули о своем плане «Б», когда они могли бы связаться со своими друзьями, уже работающими в компании. Я заинтриговал их тем, что попал на собеседование, но никто не видел во мне угрозу. Студенты из Университета Вирджинии, Дьюка и Корнелла, светились уверенностью, и теперь я понимаю: они уже были внутри круга. Все это лишь формальность, и единственное, о чем они беспокоились, – бейджик какой именно компании они будут носить.

На следующий день я прошел восемь получасовых собеседований. Но мы с интервьюерами заранее знали, каким будет результат. Через пару дней я получил только отказы, и к концу семестра каждая компания в моем списке была вычеркнута.

И все равно, даже после такого опыта, неловкий взгляд на внутренний круг меня мотивировал. Теперь я не только хотел попасть в эксклюзивный мир, но и сделать это с размахом, без чувства неуверенности в себе.

Хотя я не попал в круг «своих», я продолжал работать над запасным планом – работой в разработке программ для General Electric's (GE). На тот момент GE обладала хорошей репутацией в мире бизнеса. К тому же они не искали выпускников элитных школ и были заинтересованы в найме таких людей, как я – активных студентов обычных заведений.

На выпускном курсе я попал к ним на стажировку и получил возможность вернуться в качестве инженера после выпуска. Тем не менее летом, когда я впервые заразился идеей престижа, я узнал о Программе Менеджмента Финансов. Этот внутренний круг GE – первый шаг к успеху в компании. Хотя стажировка была в инженерии, я прошел несколько финансовых курсов, подал заявку на программу и убедил кураторов, что это – мой идеальный путь развития. После получения оффера я отменил все другие собеседования. GE не был идеальным внутренним кругом, к которому я стремился, но стал хорошим началом в сложившихся обстоятельствах.

Зачем кому-то разбираться с таким количеством вакансий? Простым ответом было бы то, что мне нравился процесс поиска работы. Более сложный и честный ответ – я попался на удочку достигаторства в обществе, где одна из лучших вещей, которые ты можешь сделать, это максимизировать свой потенциал. Все друзья строили грандиозные планы на жизнь после выпуска, и я хотел им соответствовать. Моя работа в GE восхищала окружающих, что мне очень нравилось. Я чувствовал себя особенным. Меня не волновало, что я никогда не работал в финансах и ни разу не посещал Огайо, где находилась компания. Из всех вариантов трудоустройства эта работа была лучшим вариантом чего-то престижного, к чему я тогда стремился.

После выпуска я отправился в двухдневную поездку в Огайо с кузеном Брайаном. Помню две вещи из поездки: песню Hey There, Delilah по радио каждые 40 минут и ужасное чувство тревоги. В первый раз в жизни мне нужно было обжиться где-то за пределами привычного окружения Коннектикута. Переезд в новый город для работы в крутой компании вроде GE будоражил, но внутри я чувствовал: это не то, чего я действительно хотел. Я притворялся, что был рад начать этот путь, но хотел большего.

Чувство, будто я не в своей тарелке, быстро переросло в желание сбежать. На момент моего трудоустройства GE исполнилось 100 лет, и возраст начал сказываться на процессах. Я не мог представить свою карьеру в этом месте даже на два года. Всем было безразлично. Мои коллеги работали за одними и теми же столами десятками лет и больше интересовались будущей пенсией, чем текущими проектами. Они признавались, что без выгоды от этой работы давно бы уволились.

Моя программа включала в себя шестимесячный процесс, и я еле продержался два месяца. Я решил уволиться во время поездки в Джексонвилл, Флорида, в свою вторую командировку. Позвонил другу Майку, который чуть позже должен был переехать в Бостон по работе. «Эй, Майк, если я вдруг перееду в Бостон в июне, может, съедемся?» Он обрадовался. Договорились. Бостон – место, где у меня было больше шансов попасть во внутренний круг более крупных компаний, еще и быть ближе к друзьям и семье.

В Джексонвилле я сделал вторую попытку. Подал резюме в большинство компаний, что отказали год назад. Удивительно, но я получил работу мечты. Да, именно так. Спустя месяц после переезда во Флориду я стал исследователем в McKinsey & Company, компании на вершине моего списка.

Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. И я ощущал свое достижение совсем иначе, чем окружающие. Другие видели впечатляющую работу, умный карьерный ход. Я считал, что мне просто повезло после года выгорания, неуверенности в себе и жгучего желания сбежать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.