Пол Макоули – Сады Солнца (страница 89)
Все в зале молча стояли и наблюдали за тем, как эскадра выписывает дугу, утыкающуюся в Титан.
– Не успеют, – с угрюмым удовлетворением заметила Эбби Джонс.
Через тридцать секунд головной корабль столкнулся с зерном. В разлетающемся кольце раскаленного добела газа сверкнул лед. Взрыв пожрал половину массы одетого в лед корабля. Сияние разгорелось еще ярче, когда сдало поле, удерживающее плазму в камере реактора. Но новая звездочка быстро потускнела и начала обрушиваться внутрь себя, огибая Титан и направляясь прямо к Сатурну. Затем вспыхнул второй корабль, за ним – третий.
Над залом повисла тяжелая тишина. Последний корабль остался невредимым и шел к цели. Но он глубоко нырнул в дымчатую атмосферу Титана, и тяжело поврежденная в бою ледяная оболочка лопнула. Часть обломков описала яркие параболы в атмосфере, окутанные раскаленным паром, и врезалась в поверхность северного полушария, создав цепочку новых кратеров. Другие обломки прошли атмосферу без сильных повреждений и, словно куски распавшейся кометы, закувыркались в шлейфе газов к Сатурну, поспешили за остывающими облаками плазмы – всем, что осталось от трех кораблей.
Наконец напряжение спало. Все бросились обниматься, закричали. Мэси тискала Пита Бакалейникофф, незнакомцы обнимали ее. А затем она оказалась перед Рафаэлем, а тот привлек ее к себе и прошептал:
– Мне нужна помощь. Я могу рассчитывать на вас?
– Конечно.
– Хорошо. Я возвращаюсь домой. И очень бы хотел, чтобы вы отвезли меня.
– Прямо сейчас?
– Пожалуйста. Если мы не отправимся прямо сейчас, мы пропустим все веселье, – сказал Рафаэль.
Мэси улучила момент переговорить с Эбби Джонс, сказала, что должна лететь, спросила, хочет ли Эбби заглянуть на Нефеле – навестить сына и внуков, посмотреть на сделанное и узнать планы на будущее. Эбби сидела на мешке с бобами с планшетом на коленях, выглядела смертельно усталой – но спокойной, решительной и сосредоточенной. Она ответила, что полетит, как только сможет, но пока здесь и вообще в системе Сатурна слишком много неотложных дел.
– Надо поставить нормальное правительство, установить связь с другими городами, запустить корабли, – загибая пальцы, говорила Эбби. – Еще нужно помириться с правительством Камелота и вообще всеми, кто пытался спасти шкуры нейтральностью…
Мэси, сидящая по-турецки перед ней, загнула и пару своих пальцев:
– Управиться с «призраками», гарантировать, что европейцы и тихоокеанцы не отступятся от соглашения…
– …И убедить их отправится по домам, – добавила Эбби, – и найти способ начать переговоры с бразильцами в системе Юпитера. Люди Каллисто, Ганимеда и Европы тоже заслуживают свободы. Мы планировали, обсуждали и спорили, что делать, когда настанет этот день. Он настал, и всем нужно заниматься быстро и сразу. Мэси, береги себя. Спокойно возвращайся домой и позаботься о том, чтобы мой сын не кинулся в какую-нибудь головоломную экспедицию. Позаботься о том, чтобы он дождался меня.
Уже миновала полночь, но никто в городе не спал. Люди сидели в открытых кафе, в парках, толпами и группками шатались по улицам, смеялись и пели, бродили рука об руку. Собравшиеся в парке встали кругом и били в барабаны, прыгали и скакали, словно обезумевшие балетные танцоры.
Над плоскими крышами старых жилых домов в черном небе вспыхивали фейерверки. Одетые в скафандры Мэси и Рафаэль поехали на трайке в индустриальную зону. Затем их подхватил один из роллигонов, перевозивших в город груды оружия и боеприпасов. Мэси прилетела на «Слоне» с Япета на Диону. Буксир был заправлен и обеспечен всем необходимым, в грузовой отсек поместили посадочный модуль. Мэси пристегнулась к противоперегрузочному креслу в рубке, запустила проверку системы и спросила Рафаэля, куда он хочет лететь.
– На орбиту вокруг Сатурна, приблизительно в ста семидесяти тысячах километров от него.
– Край кольца F?
– Скорее, немного за краем кольца. И я бы предпочел, если бы вы отклонились от плоскости экватора градусов на десять.
– И вы не собираетесь рассказывать мне зачем? – осведомилась Мэси.
– Думаю, достаточно сказать, что случится необыкновенное. Чудесное.
Мэси повозилась с ИИ навигатора, протестировала его, затем стартовала. Это был ее первый настоящий самостоятельный полет на «Слоне». Она пошла прямо вверх из мелкого гравитационного колодца Дионы, ускорилась в направлении Тетиса. После того как буксир обогнет ледяную луну, он окажется на правильном курсе и с нужной скоростью, чтобы выйти на орбиту в нужном месте и под углом, о каком говорил Рафаэль.
Мэси очень нервничала. ИИ вычислил параметры полета и вводил их в системы корабля, но она знала: если случится непредвиденное, выбрать лучший образ действия она не сможет. Так что, когда после короткого маневра при выходе на орбиту включился коммуникатор, сердце Мэси ушло в пятки. Похоже, с ней захотела поговорить одновременно вся система. Мэси отправила ворох посланий Рафаэлю, спросила, может ли он ответить хотя бы на часть их.
– Ответы уже есть, – казал Рафаэль. – Мэси, посмотри на кольца.
Широкие дуги колец остались под орбитой «Слона», изгибаясь, уходили в огромную черную тень Сатурна. А в ней загорались крошечные звезды, облако их, вытягивающееся в линию. Мэси проверила показания датчиков, направила спектрометр на звездочки. Несомненно, это луны-астероиды, толкаемые масс-двигателями, выходят из плоскости колец. И идут они – к Солнцу.
– Зерна, – определила Мэси.
– Именно так.
– А груз на них – это же компоненты для поселений-пузырей? Мы сами построили такой. Нашли его чертежи в Общей Библиотеке.
– Мы тоже – но мы существенно модифицировали его, – сообщил Рафаэль. – Когда астероиды достигнут предназначенных орбит, строительные роботы используют оставшуюся массу, чтобы выстроить поселения-пузыри. Внутри их другие роботы создадут сады из материала библиотеки ДНК и углеродного материала – тысячи садов, все разные, все обращающиеся сразу за «снеговой линией» в поясе астероидов.
– Для кого эти сады?
– Для всех, кто захочет жить там. Мэси, Шри – великий человек. Да, ее гений оторвал ее от других людей, но она – величайшая из гениев генетики всех времен. Она превзошла даже Авернус. Это ее последний дар человечеству. Теперь – время доставить меня домой. На Янус. У нас еще много работы там.
Мэси снова проконсультировалась с навигационным ИИ. Когда наконец курс был рассчитан и включилась тяга, Мэси сказала Рафаэлю, что сможет уравнять скорость с Янусом, но из-за наклона теперешней орбиты «Слона» для выхода к Янусу нужно описать пару петель вокруг Сатурна.
Застегивающий скафандр Рафаэль сказал, что это не важно. Посадочный модуль доставит его в нужное место.
– Мэси, простите меня, но пока Шри не принимает гостей, – добавил андрогин. – Когда-нибудь – возможно. Но не сейчас. Можно мне попросить о последнем одолжении?
– Конечно. Думаю, у каждого из нас перед вами кармический долг размером с Луну. Я бы хотела сократить мой до комфортного размера как можно скорее.
– Если вы когда-нибудь повстречаете Авернус, пожалуйста, передайте ей, что она будет желанным гостем в любое время. Шри верит, что ей нужно о многом поговорить с Авернус.
– Если увижу – обязательно передам. Хотя я не уверена, послушает ли она меня.
– Мэси, вы спасли ей жизнь. Авернус послушает, – заметил Рафаэль.
– А я думала, вы попросили меня подвезти потому, что я понравилась вам, а не потому, что я знаю кого-то нужного.
– Мэси, вы – сила. Пусть вы не столь могущественны, как Шри или Авернус, но вы – сила в своем праве. Я уважаю вас за это. И, возможно, когда-нибудь мы узнаем друг друга в достаточной степени, чтобы называться друзьями.
Рафаэль прошел через шлюз, с легкостью обогнул корпус, направляясь к люку грузового шлюза. Через пару минут посадочный модуль выплыл в облачке газа. В нескольких сотнях метров от «Слона» включился химический движок модуля, и тот, сбрасывая скорость, исчез вдали. Янус превратился из искорки в наполовину затененную бугристую глыбу, затем «Слон» миновал его, идя под небольшим углом к плоскости колец. Мэси проследила в телескоп за модулем. Он пошел к маленькой луне, заскользил к огромной сети, натянутой между пилонами в несколько сотен метров высотой, ударил в нее – а она обволокла модуль. Пилоны согнулись, амортизируя удар.
Мэси опять справилась с навигатором. Она собиралась описать петлю вокруг Титана, вернуться к Сатурну, обогнуть его и тогда уже набрать скорость, достаточную для выхода из гравитационного колодца планеты-гиганта. Оставалось еще двадцать минут до того, как двигатель затолкнет буксир на траекторию, нужную для рандеву с Титаном. Мэси использовала эти минуты для того, чтобы написать сообщение Ньюту и близнецам.
Мэси написала, что летит домой.
Часть шестая
Существовать полнее – это все больше объединяться[4]
1
Похороны стали самыми многолюдными и торжественными из всех случившихся в Париже на Дионе со дня его основания. В просторном парке на северной окраине города, созданном лишь полгода назад, собралась половина населения и множество гостей с поселений Дионы, городов и поселений других лун Сатурна. На Большом Лугу образовалась огромная толпа. Люди устраивали пикники, разговаривали, собирались группками и танцевали под музыку, передаваемую по общему каналу, медитировали, встав в кружки, гоняли в футбол и пятнашки, поднимались в маленьких одно- и двухместных дирижаблях, плывущих под куполом, будто стая тропических рыб. В центре огромного сборища, вокруг балдахина над погребальным ложем сошлись представители всех городов и поселений каждого обитаемого спутника Сатурна, Юпитера и Урана и новых поселений в поясе астероидов, послы Великой Бразилии, Евросоюза, Тихоокеанского сообщества, нескольких меньших наций Земли, ученые, «зеленые святые», гении генетики, бывшие коллеги и друзья мертвой. Уважение к ней было настолько велико, что все решили явиться лично или послать представителя-человека, а не аватар. Явилась даже пара приунывших «призраков», разговаривавших друг с другом на особом языке жестов.