Пол Макоули – Сады Солнца (страница 64)

– Мистер Ифрахим, это не слишком тонко. Вы теряете хватку.

– Я думал, мы уже достигли той стадии, когда можно опустить словесные увертки, – заметил Лок.

Мэси угрюмо и настороженно – как обычно – посмотрела на него.

– Если хотите выяснить, отчего «призраки» ведут себя так, – спросите у них самих.

– Ясно, что они хотят всего лишь похвастаться своей силой и решимостью, – сказал Лок. – А заодно позаботиться о том, чтобы ваши друзья не получили выгоды от переговоров. Обидно, правда?

– Простите? – произнесла Мэси.

– Ваши друзья здесь, потому что они захотели быть здесь. Они поверили в то, что они – фронтир человеческой эволюции. Передовое слово, зерно, из которого вырастут тысячи утопий. Но вы-то здесь случайно. Вы сумели как-то наладить свою жизнь. И, честное слово, я этим поражен и восхищен. Вы гораздо крепче и предприимчивей, чем я полагал. Но разве вы по-настоящему хотите именно такой жизни?

– А разве хоть кто-то из нас получает то, чего хочет по-настоящему? – спросила Мэси. – Мистер Ифрахим, как насчет вас? Думаете, вас достойно наградят после всех ваших трудов?

– После трудов я уйду в отставку. Мы с капитаном Невес вернемся на Землю. Мы поженимся, откроем консультационную фирму в Бразилиа. Мисс Миннот, вы когда-нибудь бывали в Бразилиа? Некоторым не нравится климат. Мол, слишком сухо и жарко. Для других слишком многолюдно. Но если хватает денег, Бразилиа – хорошее место для жизни.

– Уверена, вы будете счастливы, – сказала Мэси.

– Я не был на Земле с самой войны. Я очень скучаю по ней.

– Мистер Ифрахим, почему бы вам не сказать прямо, чего вы хотите от меня? Или вы явились только для того, чтобы глумиться?

– Вы полагаете, я задумал что-то гнусное? – осведомился Лок.

– Судя по моему опыту – да.

Лок улыбнулся наивной колкости. Мэси ему без малого нравилась. Шри Хон-Оуэн однажды спросила, верит ли он в судьбу. Конечно, трудно не верить в то, что нельзя управлять местом и временем своего рождения. Возможно, это и есть судьба или просто случайность. Но сама жизнь – всего лишь то, что ты сам решил из нее сделать. Однако так и хочется поверить, что именно судьба переплела жизни Мэси Миннот и Лока Ифрахима в двойную спираль – как у ДНК. Ветви, дополняющие друг друга. Светлая и темная половины. Мэси – тень Лока.

– Я не хотел лететь сюда, – признался Лок. – Мне приказали сопровождать дипломатов, потому что Эуклидес Пейшоту – я уверен, вы его помните – хотел получить сведения из первых рук, а заодно наказать меня. И вот я здесь – наблюдатель, отстраненный от переговоров. Я не могу влиять ни на миссис Повоас, ни на ее начальство. Но это не значит, что я хочу краха переговоров. Если позволите, я кое-чем поделюсь с вами. Официально альянс не различает вас и «призраков». Но есть и те, кто вполне понимает ваши трудные и деликатные отношения с соседями, которые многочисленней, лучше вооружены и намного агрессивнее вас.

– И какое «тем» до нас дело? – осведомилась Мэси.

– Конечно, у вас достаточно причин не доверять альянсу. Но времена меняются. Атака на Уран была самовольством самовлюбленного эгоиста, понесшего самое тяжкое наказание за свою дерзость. Кое-кто из нас верит в то, что война с дальними – не в наших интересах. Единственное, что можно вынести из этих переговоров, – так это возможность продолжить их.

– Мистер Ифрахим, возвращайтесь на Землю. Живите спокойно и счастливо. И не пытайтесь изображать здесь всемогущего бога.

– Мисс Миннот, я всего лишь делюсь с вами парой наблюдений. Я не хочу никому навредить.

Они посмотрели друг на друга, будто любовники, впервые увидевшие друг друга нагими. Затем Мэси пожала плечами.

– Разговоры бессмысленны. Мы уже поговорили с Томми Табаджи – и что получили?

– Мне кажется, это не совсем верно, – заметил Лок. – Вы же потратили немало времени и сил, чтобы построить эту станцию и встретиться на ней с альянсом.

– Мы хотим найти способ договориться. Нам мало пустых слов, – сказала Мэси.

– Слова – наш инструмент. Без них как бы мы могли прийти к согласию? – изрек дипломат и прыгнул в пустоту, полетел вдоль длинного лонжерона.

Лок двинулся к модулю, который занимал вместе с капитаном Невес. Но на полпути его перехватила Сада Селене, свалилась просто из ниоткуда, затормозила, ухватившись за тонкий нейлоновый шнур, натянутый вдоль лонжерона. Она сделала сальто и встала на ноги перед Локом, словно пират, берущий на абордаж чужой корабль, – такая высокая, стройная, величественная в чисто-белом комбинезоне. Тонкие холодные губы растянулись в усмешке.

– На вашем месте я бы не стала рассчитывать на Мэси Миннот, – посоветовала Сада. – Вряд ли она простила вас за Радужный Мост.

– А вас она простила за ее похищение?

– Она научилась жить с этим. Все Свободные дальние научились жить рядом с нами. Мы все – здесь и вместе. Деться некуда.

– Тем не менее они равноправные партнеры на переговорах, – заметил Лок.

– От них немалая польза. Прежде всего, вы гораздо охотнее говорите с ними, чем с нами. И вряд ли вы проделали такой путь, чтобы встретиться с нами одними.

– Если бы вы одни определяли, с кем нам встречаться, не сомневаюсь, что ваши умозаключения были бы совершенно верными.

– Хм, – сказала Сада Селене. – Кстати, мы прослушиваем все разговоры. Мы вообще слушаем все.

– Я и вообразить не мог бы нечто иное, – заверил Лок.

– Так вот, вы сказали Идрису Барру, что будущее очень зыбко и неопределенно. Но вы ошиблись. Будущее – не туман. Его можно и нужно направлять в должное русло. И зарубите на носу: мы сделаем ради этого все.

С тем Сада Селене оттолкнулась и уплыла прочь, промчалась мимо Лока в черную округлую путаницу ветвей огромного дерева в центре спутника-пузыря, где устроили себе жилище «призраки».

Лок посчитал угрозу пустой – как и прочие угрозы Сады Селене. К несчастью, он ошибся.

Ранним утром его разбудила капитан Невес и сказала, что «призраки» исчезли. Они вывели из строя подслушивающую аппаратуру, расставленную дипломатами, прорезали шлюзы в стене спутника и улетели. Большинство ушло на свой корабль, двое пытались прошмыгнуть на бразильский фрейтер. Морпехи перехватили их, «призраки» взорвали себя и повредили корабельный корпус. Разгерметизировалась часть жилого отсека, повреждена система жизнеобеспечения. Проводится срочный ремонт, корабль готовится к отлету.

– Мы уходим прямо сейчас, пока не случилось худшее! – сказала Невес.

Ее угрюмое лицо в зеленоватом свете жилого модуля казалось пепельным. В правом ухе – пилюля-антенна коротковолновой рации.

– Но неприятности уже случились, – возразил Лок. – Почему бы нам не переждать тут, пока не отремонтируют корабль?

– Это приказ! – буркнула капитан Невес и пропихнула Лока сквозь щель в стене.

Созвездие блуждающих огоньков поселения отключили, густую тьму рассеивал лишь мягкий свет жилых модулей, рассеянных по лонжеронам. На внешней оболочке – пятна света. Роботы искали следы саботажа. Капитан Невес оттолкнулась и, таща любовника за собой, поплыла к большой сети перед входом в главный шлюз. Там отделение морпехов в полном боевом облачении наблюдало за тем, как Свободные дальние надевают скафандры.

Лок ухватил линь у края сети, подтянулся вдоль него к капитану морпехов и спросил, что происходит.

Капитан уставился на дипломата сквозь золоченую лицевую пластину и процедил в микрофон:

– Сэр, мы держим этих ради вашей защиты.

– В заложниках? Сэр, это не очень хорошая идея! Они не имеют ничего общего с чудовищной тупостью «призраков»! – громко выговорил Лок, надеясь, что его услышат Свободные дальние. – И, что еще хуже, «призраки» относятся к ним не лучше, чем к нам. И не лучше, чем к самим себе, если уж на то пошло. Им наплевать на собственную жизнь и смерть.

– Сэр, надевайте скафандр, – приказал капитан. – Мы эвакуируем поселение.

– Капитан, отпустите их, – попросил Лок. – Нам не требуются заложники, но может понадобиться их доброе отношение.

– Идите к другим гражданским. Мы сейчас эвакуируем вас.

Лок пропихнулся сквозь толпу, забившую пузырь шлюза, встал перед Сарой Повоас и спросил, одобрила ли она взятие Свободных дальних в заложники.

– Мне следовало догадаться, что вы встанете на их сторону, – прошипела она.

– Я пытаюсь спасти нас от ошибки!

– Вы пытаетесь спасти вашу сделку с ними, чтобы набить карманы, – заметила Сара. – Мистер Ифрахим, не думайте, что я не заметила ваших усилий.

– Мисс Повоас, возможно, я смог бы преуспеть там, где вы потерпели крах.

Лок сказал бы и больше, но его схватила капитан Невес, развернула, пихнула к шкафу со скафандром, расстегнутым на груди и спине и походящим на разрубленного топором человека, и приказала одеваться.

– Они же совершают страшную ошибку! – запротестовал Лок.

– Так не делай ее еще хуже!

Опершись друг на друга, они разделись до нижних комбинезонов, влезли в скафандры, застегнулись и проверили системы жизнеобеспечения. Морпехи выкрикивали имена, выводили названных по одному. Как показалось Локу, его с Невес специально оставили последними. Где-то под ложечкой комом скопился страх, тяжелый, как тошнота.

Сквозь прозрачную стену камеры было видно, как Свободные в разноцветных скафандрах балансируют, словно акробаты на колышущейся сети, а морпехи в тяжелой боевой броне хватаются за веревки и пытаются держать дальних под прицелом. Лок догадался переключиться на общий канал и услышал, как Идрис Барр пытается объяснить капитану, что Свободные желают улететь на своем корабле.