Пол Кофе – Бюро сновидений. Вприпрыжку по мирам (страница 4)

– А вот и мы, сударыня. Рад приветствовать в нашем Бюро сновидений.

– Сударыня? – скривилась Дарья. – Вы что тут, блины печете?

– При чем тут блины? – хлопнул глазами профессор, и его пенсне чуть не выпало.

– Все ясно… – Студентка переглянулась с Дэном. – Вы застряли где-то в конце девятнадцатого. Хоть электричество-то у вас есть?

Парень неловко кашлянул.

– В этом доме, – осторожно начал он, – немного необычные традиции.

– Необычные? – не понял профессор. – О чем речь, Аврора?

– Молодежь намекает, что мы примерно так на столетие отстали от жизни, – пояснила сестра. – Что мы почти что ровесники динозавров.

– О нет, не думаю, – снова заулыбался Нестор. – Дэн сказал, что вы его однокурсница, тогда вам, наверное, будет интересно взглянуть на мою новую лабораторию. Там используются самые последние технологии.

Дарья отложила анкету и пошла вместе с профессором. Аврора и Дэн, чуть отстав, двинулись следом.

– Если он будет показывать свое оборудование каждому встречному, – шепнула на ухо Дэну Аврора, – его изобретение скоро перестанет быть единственным в своем роде.

– Не волнуйся, – ответил Дэн. – Я работаю с профессором уже давно и выяснил, что понять свое изобретение может только он сам. Он не так наивен, как ты думаешь.

– Блажен, кто верует! – закатила глаза Аврора.

В лаборатории профессор уже читал лекцию, вовсю расписывая суть работы аппаратов «Сновидца». Дарья, что показалось Дэну непривычным, слушала его с интересом. На ее изможденном лице даже проступил нездоровый румянец.

Но то, что Дэн принял за любопытство, оказалось готовящимся наступлением.

Едва профессор сделал паузу, чтобы набрать в легкие побольше воздуха, как в лаборатории раздался какой-то странный икающе-нервный скрежет. Оказалось, Дарья Хлюпина так смеется. Все трое: Нестор, Аврора и Дэн, замерли.

– Путешествия в другие миры? Захват предметов и существ из сновидений? Вы либо чокнулись, либо помешались на книгах Герберта Уэллса. И это ты называешь наукой, Деляга?

– Меня зовут Дэн… – устало промолвил парень.

– Что… Что это значит? – смутился профессор, хлопая глазами.

– Это значит, – ответила за всех Аврора, – что наша дорогая гостья сейчас развернется на сто восемьдесят и зашагает к двери. Мы понимаем, что сложно поверить в то, что мы делаем, но смеяться над изобретением Неси никому не позволим!

– Да и пожалуйста, – фыркнула студентка. – Шайка чокнутых!

Лицо профессора начало быстро наливаться кровью. Аврора потерла руки и выругалась.

– Так, хватит! – рявкнул на них Дэн. – Никто никуда не пойдет! Профессор, вы так удивлены, как будто в первый раз слышите это от клиентов. Аврора, я понимаю, что это твой брат. Но хватит его во всем опекать! – Он повернулся к гостье. – Знаешь, Даша, ты такая же чокнутая, как и мы! Ты не спишь уже несколько недель и срываешься на всех встречных! Несмотря на то, что ты нагло оболгала меня и моих друзей, мы еще хотим помочь тебе. И я думаю, никто больше не отнесется к твоей проблеме серьезно!

Он ожидал, что девушка снова рассмеется и уйдет, хлопнув дверью. Но Дарья не шелохнулась. Только в глазах ходячей сомнамбулы зажглась какая-то мысль.

– Вы… Вы что, правда можете мне помочь? – Ее голос дрогнул, и она нервно хихикнула. – Но у меня даже денег нет. Что вам от этого?

Профессор, уже оправившийся после тирады Дэна, привычным жестом поправил пенсне.

– Ваш случай уникален. Никому и никогда не случалось изучать сонный паралич. Он возникает слишком внезапно и длится неопределенное количество времени. В вашем случае у нас есть шанс узнать о нем побольше и прекратить ваши муки. Кроме того, наша лаборатория единственная в мире, где на сон можно повлиять изнутри.

Дарья молчала, переводя недоверчивый взгляд от профессора к Дэну и обратно. Прочитав на их лицах полную решимость и не увидев ни тени насмешки, она медленно кивнула.

Аврора громко прокашлялась.

– Я очень рада, что здесь собрались сплошь врачи да ученые, – сказала она. – Но, может быть, кто-нибудь объяснит мне, что значит этот проклятый сонный паралич?

– О, – тихо сказала гостья. – Я бы могла много чего о нем рассказать…

Профессор пригласил всех подняться в гостиную. Вместе с Дэном они зажгли проектор и отыскали нужную коробочку с диафильмами.

– Сонный паралич известен человечеству с давних пор, – начал рассказ Нестор. – И это неудивительно, учитывая, что наш мозг почти не изменился со времен появления первых Homo Sapiens, а срединный мир всегда возвращается к исходной форме.

Сонный паралич проявляется как странное состояние, в котором спящий человек оказывается как бы между сном и явью, будто застревая между мирами. При этом спящий может видеть комнату, в которой уснул, осознавать, что это его комната, но паралич, случившийся с ним, не дает возможности нормально дышать и шевелиться.

Дарья передернула плечами.

– Отвратительное чувство, – добавила она.

– Безусловно, – кивнул Нестор. – Невозможность вдохнуть, приступ тяжести в груди вызывают неминуемые мысли о скорой смерти. Говоря проще, человеку кажется, что он сейчас задохнется. Но и это еще не все…

Профессор начал листать яркие слайды.

– Давление на грудь часто сопровождается жуткими образами существ, сидящих поверх человека. Они будто бы душат его, нависая сверху и заглядывая в глаза. Обездвиженная жертва может лишь бессильно смотреть на то, как монстр убивает ее.

На первой картинке был изображен полуобнаженный сатир с бараньими рогами.

– В разных странах зловещий дух приобретал образы, как правило, связанные с местной культурой. В средневековой Европе считалось, что паралич вызывает инкуб – коварный демон-соблазнитель.

Он перелистнул слайд, демонстрируя всем лохматую ведьму с пустоглазой костяной маской на месте лица.

– В Скандинавии ее называли Мара.

Еще слайд.

– В Турции спящего душил Джинн. – Нестор щелкнул колесиком. – В Таиланде – местный пакостник Пхи Ам. В Мексике – мертвец. В Непале – зубастый Кхайак. Я не берусь судить о том, существуют ли духи, но если это существа из срединного мира, то на них явно влияло сознание спящих.

– В таком случае я предпочла бы инкуба, – мрачно отметила Дарья. – Но снится мне всякая пакость.

– Кто именно, сударыня?

– Порой это сложно понять. Он темный, с горящими глазами, и кажется, у него есть то ли корона, то ли рога.

Профессор почесал в затылке.

– На ум приходит образ черта или демона.

– И вы, ученый, в это верите? – усмехнулась гостья.

– А с чего вы взяли, что ученый не может верить во что бы то ни было? Он такой же человек, как и все. Есть то, что поддается холодному уму, сударыня, и то, что может распознать только сердце. Однако я не только верю – я знаю. Мы с моим коллегой видели в срединном мире множество самых необыкновенных существ с самыми необыкновенными намерениями. Впрочем, есть ученые, которые склонны думать, что чудовище, являющееся во время сонного паралича, – ничто иное, как галлюцинация. Сонный паралич чаще возникает у людей, которые любят спать на спине. Это может повлиять на дыхание. Остановка дыхания приводит к гипоксии мозга. Отсюда и жуткие образы. Кроме того, во сне наше тело выделяет нейромедиаторы, которые парализуют работу ряда скелетных мышц. Это нужно затем, чтобы ночью, во время сновидения, человек не вставал и не ходил по комнате. Мы нередко чувствуем эффект этих веществ, когда только проснулись и не можем встать с постели. Именно они вызывают неподвижность и беспомощность при сонном параличе.

– Такое объяснение гораздо реальнее.

– Реальнее… – чуть улыбнулся Нестор. – И все же вы предпочли бы инкуба?

– Ну, я тоже не идеал, – развела руками Дарья, ее тон стал преувеличенно важным, почти издевательским. – Вот если бы я видела всех ваших необыкновенных существ с необыкновенными намерениями…

– Что ж, это вполне можно устроить. С Гермесом вы уже знакомы, но он не произвел на вас должного впечатления. Мой ассистент сейчас продемонстрирует вам другой экземпляр. Дэн, не мог бы ты отвести нашу гостью наверх и показать незабудку?

– Сию минуту, – дразнясь, поклонился Дэн и указал Дарье на винтовую лестницу.

Когда они скрылись за люком в потолке, Аврора, которая сидела всю презентацию молча, повернулась к брату.

– Неся, я понимаю твою собачью преданность каждому, кто попал в беду. Но не кажется ли тебе, что эта барышня не только не заслуживает помощи, но и не раз дала понять, что не желает ее принимать.

– Каждый заслуживает помощи, сестренка, – ответил профессор и поднял вверх указательный палец. – Вся эта неотесанная грубость и подозрительность нашей подопечной лишь говорит о том, что она чувствует свою беспомощность и не умеет просить о поддержке.

– Ну, это ты у нас психоаналитик, – пожала плечами Аврора. – Только помни, старичок, что вы собираетесь проникнуть в ее сон, кишащий монстрами. И Дэн, как обычно, будет рисковать своей жизнью.

– Проникнуть в ее сон? – удивился Нестор. – Это исключено. Если чудовище, вызывающее паралич, существует, оно может причинить реальный вред нашей гостье. Да и Дэну, конечно, тоже.

– Тогда каким образом ты решил провернуть это дельце?

– Я предполагаю, что существо, мучающее нашу клиентку, находится где-то на границе двух миров: яви и сновидения. Это значит, мы сможем изловить его, как только оно проявится в нашем мире. Для этого нам достаточно, чтобы клиентка просто задремала.