Пол Кемп – Повелители ситхов (страница 6)

— Да, размышляю.

Император вновь повернулся к Вейдеру спиной — вполне сознательный жест с его стороны.

— Поделись мыслями, ученик.

— Я размышлял о том, чему вы меня когда-то учили. Об отношениях мастера-ситха со своим учеником, — не колеблясь ответил Вейдер.

— И? — спросил наставник.

Вейдер опустился на одно колено и склонил голову:

— И я чувствую могучую силу вокруг себя, учитель.

— Хорошо, — кивнул Император. — Очень хорошо.

Выждав несколько мгновений, Вейдер поднялся и занял свое место за спиной наставника.

Оба они ожидали прибытия Орна Фри Таа, марионеточного делегата Рилота. Цели аудиенции Вейдер не знал — учитель не сказал ему ничего сверх необходимого.

Вскоре двое императорских гвардейцев, наверняка предупрежденные о прибытии сенатора по встроенным в шлемы комлинкам, двинулись к двустворчатым дверям, намереваясь их открыть, но прежде чем они успели это сделать, Император шевельнул пальцем и распахнул двери с помощью Силы. Свет из соседнего помещения подсветил сзади широкий силуэт дородного сенатора-тви'лека. Несколько мгновений он стоял неподвижно, словно пришпиленный к месту взглядом Императора, а может, просто набирался смелости, чтобы ступить через порог.

— Входи, сенатор, — произнес Палпатин голосом, каким обычно обращался к маленьким и слабым, кого легко можно было напугать.

— Конечно, конечно, — закивал Таа, вперевалку входя в зал в украшенных вышивкой одеждах. Бросив взгляд на гвардейцев, он на мгновение замедлил шаг, когда двери с грохотом закрылись за его спиной.

Остановившись перед троном, он поклонился так низко, насколько позволял его живот.

— Приветствую вас, Император, — сказал он. На его морщинистой голубой коже блестел пот, взгляд нервно перескакивал с Вейдера на Палпатина и обратно. Его хриплое дыхание было столь громким, что могло почти сравниться со звуками, которые издавал респиратор Вейдера.

— Как поживаешь, друг мой? — спросил Император.

— Все хорошо, — выдохнул Таа и тут же добавил: — Все хорошо. Но не слишком, мой Император. Мне известно, что производство спайса на Рилоте значительно замедлилось ввиду… некоторых прискорбных событий, но…

— Под «прискорбными событиями», — спросил Император, наклоняясь вперед, — ты подразумеваешь террористические атаки движения «Свободный Рилот»?

Таа шмыгнул носом и нервно облизнул заостренные зубы. Его лекку дрогнули.

— Да, мой Император. Это фанатики, которым задурили голову, и своим безрассудством они подвергают риску весь мой народ. Но… — он перевел дыхание, — я считаю, что тви'лекские силы безопасности и имперские войска, подотчетные моффу Морс, держат ситуацию под контролем, и производство вскоре возобновится в полном объеме.

— Увы, — вздохнул Император, — я не разделяю твоего оптимизма, сенатор. Как и твоего высокого мнения о моффе Морс.

Вид у Таа стал такой, словно его стукнули по голове. Кожа сенатора потемнела, он моргнул, сглотнул и отступил на полшага.

— Но ведь…

— Поскольку я не считаю, что «ситуация под контролем», я принял решение.

В глазах Таа вспыхнул страх. Он посмотрел на Вейдера, потом снова на Императора.

— Мой повелитель…

— И решение таково: мы с повелителем Вейдером будем сопровождать тебя во время официального визита на Рилот и проведем соответствующее расследование сами. Я сообщу моффу Морс о нашем прибытии.

Таа облегченно выдохнул:

— Я… даже не знаю, что сказать.

— Тебе незачем что-то говорить, — ответил Император. — Решение принято. И планирование нашей поездки уже «под контролем».

— Конечно. — Таа уставился в пол, поправляя складки одежды на животе. — Но зачем мне возвращаться на Рилот? Возможно, я мог бы лучше послужить вам здесь, мой Император?

— Не думаю, — отрезал тот. — Твое присутствие там станет неоценимым. Уверен, народу Рилота пришла пора по-настоящему почувствовать себя частью Империи. Ты не согласен?

— О, конечно, конечно, — закивал посетитель, тряся подбородками.

— Похоже, ты еще не до конца убежден в моей правоте, мой старый друг.

Таа столь резко замотал головой, что его мясистые уши развернулись словно крылья.

— Нет-нет. Я просто… — Голос его упал до шепота. — Просто… там довольно неуютно.

— Уверен, ты справишься, сенатор, — полным презрения голосом проговорил Император. — Мы все отправимся вместе на борту «Губителя».

Таа поднял взгляд, и его широкая физиономия беспокойно сморщилась. Ему явно хотелось найти повод отказаться, но он предпочел не озвучивать своих мыслей.

— Можешь идти, сенатор, — распорядился правитель Галактики.

— До свидания, мой Император, — поклонившись, ответил Таа. — До свидания, повелитель Вейдер.

Как только двери за ним закрылись, Палпатин обратился к ученику:

— Каково твое мнение о сенаторе, друг мой?

— Он вас боится, что вполне естественно, но он не столь робок, как кажется. Он сделает все, что ему прикажут, чтобы сохранить оставшуюся власть и привилегии, но не более того. И в первую очередь его будут заботить собственные интересы, а уже потом — интересы его народа и Империи.

— Гм… Значит, хочешь сказать, что он… лоялен?

— Учитывая сказанное — да, я бы счел его лояльным.

— Учитывая сказанное — да. Согласен с твоей оценкой. И из этого я делаю вывод, что Орн Фри Таа — не предатель Империи.

— Вы подозревали его в предательстве?

— Либо его, либо кого-то из его окружения. Он не казался мне вероятным кандидатом, но никогда не знаешь, чего ждать. Кто-то снабжает террористов из так называемого движения «Свободный Рилот» информацией о том, что происходит в столице, — на это указывает угон корабля, который ты сумел предотвратить. Предатель наверняка где-то в окружении Таа.

Вейдеру следовало сообразить, что Император, как обычно, опережал его на шаг.

— И именно потому мы отправимся на Рилот? — спросил Вейдер. — В качестве приманки? Зачем так рисковать, если я могу попросту убить Таа и все его окружение? Таким образом мы уничтожим предателя.

Император покачал головой и встал. Гвардейцы тотчас же поспешили со своего поста к дверям, заняв места по обеим сторонам от него, и Вейдер последовал за ними к выходу. Солнце отбрасывало на крыши Корусанта последние лучи, погружая зал в глубокий мрак.

— Но так мы не уничтожим корни предательства, — сказал наставник. — И не сможем раскрыть масштаб измены, которая, подозреваю, простирается намного дальше окружения сенатора.

— Понятно, — кивнул Вейдер. — Тогда я полечу один. Нет никаких причин подвергать вас риску.

— Есть, — возразил Император. — Мы должны выкорчевать нелояльность с корнями, вынудив ее увянуть и умереть на глазах у всех.

— В назидание другим.

— Да. В назидание остальной Империи.

— Крайне необходимая мера, — согласился Вейдер. После преобразования Республики в новую Галактическую Империю очаги хаоса вспыхивали то тут, то там. Большая часть бывшей Республики приняла власть Империи без возражений, но по всей Галактике таились многочисленные банды бойцов Сопротивления и остатки сепаратистов. Движение «Свободный Рилот» было среди них самым активным и печально известным.

— Воистину, — ответил Император. — И этот урок должен преподать я. К тому же, друг мой, мы слишком давно не путешествовали вместе. Извести моффа Морс, что Орн Фри Таа возвращается на Рилот с официальным визитом и что он прибудет на борту «Губителя». Но ей не следует сообщать, по крайней мере пока, что сенатора будем сопровождать мы.

— Да, учитель.

— Ты ведь уже бывал на Рилоте, повелитель Вейдер?

Вопрос вызвал из глубин памяти Вейдера старые воспоминания о войне.

— Давно, учитель. Еще до того, как я научился мудрости.

— Конечно.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Чам сидел один в своем тускло освещенном жилище в импровизированном подземном лагере, откуда он вел партизанскую войну против Империи. Подобных тайных баз у него было несколько по всему Рилоту. Он потратил годы на то, чтобы собрать войско, развернуть собственную сеть, запастись кораблями и оружием, закладывая основу для главного удара. И теперь, похоже, ему представилась возможность, на какую он не мог даже надеяться.