Пол Филиппо – Рот, полный языков (страница 111)
Скрестив на груди чешуйчатые руки, капитан Стормфилд стал гордо ждать ответа Агассиса.
А тот оглядел напряженные лица. Они что, правда думают, будто он поверит в эту смехотворную байку? Сам барон Мюнхгаузен не выдумал бы такой нелепицы. Они что, дурачат его, чтобы в последний момент застать, так сказать, со спущенными штанами?
— Извините, это займет всего минуту, — сказал капитан Стормфилд, взял черпак и зачерпнул плошкой воды из ведра возле бортового иллюминатора. Оттянув высокий ворот свитера, он полил свои ясно видные жабры.
Глаза Агассиса сделались круглыми, как у ночного лемура (Nycticebus tardigrandus). И только несколько оправившись, он сказал:
— Береговая охрана предоставила в мое распоряжение большой вооруженный крейсер. Я затребую его на завтрашний вечер.
9
Моби Дагон
Во всем своем великолепии Агассис позвонил в дверь дома № 10 по Темпл-плейс, роскошного особняка, известного как «Корт», обители целомудренной и очаровательной Лиззи Кэри. Он облачился, насколько смог, по-военному: красный сюртуки шаровары Burschenschaft [151], членом которого он был двадцать лет назад в Гедельберге. Чуть тесновато, подумал он, глядясь дома в псише [152]. Но в давнем студенческом мундире он все еще выглядел импозантно, а сегодня ему требовалось все мыслимое присутствие духа.
Был полдень того дня, когда ему предстояло схватиться с готтентотским колдуном в рыбацком городке Марблхед, и Агассис пришел попрощаться с дамой, которую любил и за которой ухаживал. Хотя он твердо был уверен, что вернется к ней целым и невредимым — в конце концов, что останется от примитивного суеверия, едва на него прольется ослепительный свет науки? — он не смог удержаться и не расписать красочно, как пожертвует собой ради восстановления справедливости.
Уже через несколько минут Агассис стоял на коленях подле возлюбленной, держа в своих руках ее маленькие ручки, а она лежала на оттоманке в гостиной. Длинные темные локоны подрагивали от обуревавших ее чувств, пока Агассис излагал (разумеется, тщательно отредактированную) версию того, что он узнал и что собирается предпринять.
— О, Луи, мне так страшно!
— Не бойтесь, моя дорогая. У меня достанет храбрости для нас обоих.
— Я не могу отпустить вас одного, Луи. Если с вами что-то случится, я, несомненно, умру от горя. Лучше мне погибнуть вместе с вами в челюстях какого-нибудь морского чудовища, чем жить без вас хотя бы минуту!
— Вы правда так думаете, дорогая?
— Да, Луи, думаю… всем сердцем. Агассис решился быстро.
— Тогда вы отправитесь со мной, дорогая Лиззи. Вы будете подле меня, как истинная подруга, укрытая могучим щитом моей любовной заботы. Сможете быстро переодеться в прочное платье, подходящее к данному случаю?
— Я надену туалет, в котором была, когда мы ловили бабочек, а папе скажу, что мы снова отправляемся в такую экспедицию. Меня не будет всего час или два.
Верная своему слову Лиззи была готова в условленный срок. Вскоре они уже вышли из повозки у штаб-квартиры Агассиса в Восточном Бостоне.
— Наш корабль прибудет с минуты на минуту, дорогая. Давайте подождем внутри.
В доме Агассиса царило безудержное веселье.
Подняв бокалы с шампанским, Догберри, Пуртале, Жирар, Буркхардт, Сонрель и Мориц и Эдвард Дезоры распевали хором «Черная Лулу». Вокруг, издавая нечленораздельные боевые кличи, шаркал в танце вождь Каймановая Черепаха.
— Что это значит? — загремел Агассис.
— Из типографии доставили нашу последнюю монографию, — объяснил Дезор.
Агассис схватил верхний экземпляр. На титульном листе значилось:
РАЗЫСКАНИЯ О ПИТАНИИ БАТИТЕРОИДНЫХ
Ярость северным сиянием застила Агассису глаза. Он уже приготовился обрушить всю мощь своего гнева на бесстыдного Дезора, но невозмутимый Дезор бросил многозначительный взгляд на Лиззи и сказал:
— Вам пуговицы недавно пришивали, Агасс?
Агассис сдулся, как проткнутый воздушный шар.
— Touche [153], Эдвард. Мы поговорим об этом позже. Сейчас мне нужно уехать.
— Не волнуйтесь, мы все едем с вами. Вы что, всерьез решили, будто я позволю вам присвоить всю славу себе? Э нет, ваши верные помощники вполне заслужили быть с вами в этот исторический момент, в анналах естественной философии наши имена запечатлелись вместе с вашим.
Тут, взмахнув луком и стрелами, вождь Каймановая Черепаха вдруг выказал способность к цивилизованной речи, объявив:
— Вождь Каймановая Черепаха желает бок о бок с Великим Белым Отцом Луи биться против Уишпоша [154]. Большого Бобра давно пора хорошенько вздуть.
Осознав бесполезность споров, Агассис только сказал:
— Что ж, посмотрим, прибыл ли наш корабль.
Вся экспедиция гордо прошествовала на лужайку, откуда открывался прекрасный вид на оживленную гавань.
Точь-в-точь драккар неукротимых викингов, которые плавали в Ньюпорт задолго до отплытия Колумба из Испании, в бухту входил разведывательный корабль береговой охраны «США Бибб» [155].
Собственно говоря, «Бибб» был малым трехмачтовым клипером, построенным компанией «Кеннард и Уильямсон» в Балтиморе. При своих размерах — сто сорок три фута длиной, водоизмещение — четыреста девяносто четыре тонны, корма выступает над водой на одиннадцать футов, а нос — на семнадцать, — он по сравнению с мастодонтами, которые строили в то время в доках Маккея, показался бы карликом. Но сейчас клипер являл собой внушительное зрелище. Нет сомнений, он поселит ужас в сердцах Т'гузери и его сообщников из Марблхеда.
Одна его особенность уже сейчас внушила страх — или но крайней мере отвращение — Агассису: на носу корабля 1фасовалась полногрудая, весело раскрашенная русалка.
Бросив якорь на некотором расстоянии от берега, «Бибб» спустил на воду шлюп. Вскоре он уже причалил, и на берег сошел капитан «Бибба».
Этот мужественной наружности молодой человек решительно поднялся по склону. Агассиса с первой минуты приятно удивила его спокойная деловитость.
— Лейтенант Чарльз Генри Дэвис [156] прибыл в ваше распоряжение, сэр. Могу я заметить, профессор Агассис, что прочел все ваши труды и возможность сопровождать вас в этом походе считаю высочайшей для себя честью, пиком моей пока недолгой карьеры.
Эта похвала несколько возместила Агассису гнусное обращение, которое он был вынужден стерпеть от своего помощника. Он выпятил грудь.
— Будьте уверены, лейтенант, ваши услуги будут по достоинству отмечены в анналах вашего народа и вашей расы. Мы поплывем ради преумножения славы науки и культуры белой Америки.
В этот момент на палубе «Зи-Коэ» возникли две позорные личности: Якоб Цезарь и его черномазая готтентотка. Оба были только частично одеты.
— Эй, на «Биббе»! Мы быть пошти готовы! Айн момент!
На лице лейтенанта Дэвиса отразилось недоумение, и Агассис поспешил объяснить:
— Они… э… эксперты в тактике врага, с которым нам предстоит встретиться. Я решил взять их с собой…
Тут из каюты «Персика-Долли», которая со вчерашнего вечера стояла на якоре возле шхуны бура, высунулась готова капитана Стормфилда. Марблхедец расчесывал волосы чем-то, похожим на колюшку (Gasterosteus aculeatus) с тремя хвостами.
— Я за вами своим ходом пойду, капитан. Сдается, нам может пригодиться запасной корабль — так, на всякий случай. Постараюсь вас не обгонять!
— Он знает местные воды… — дрогнувшим голосом сказал Агассис.
Понадобилось две ходки, чтобы перевезти на «Бибб» двенадцать членов разношерстной экспедиции. Но наконец все поднялись на борт. «Бибб» снялся с якоря, поднял паруса и вышел в сверкающие на солнце алмазным блеском воды Бостонского залива, «Персик-Долли» двинулась следом.
Лейтенант Дэвис провел Агассиса по своему кораблю, не забыв упомянуть о его вооружении.
— У нас на борту несколько пушек средней огневой мощи. Но, учитывая описанный вами характер искомого противника, я взял на себя смелость пригласить на борт умелого гарпунщика. Позвольте мне его представить.
Лейтенант Дэвис подвел Агассиса к угрюмому бородачу, который аккуратно сворачивал веревку, прикрепленную к тяжелому и опасному с виду инструменту своего ремесла.
— Профессор Агассис, это мистер Мелвилл, мой близкий друг. Мне удалось уговорить его оставить на денек-другой свою ферму в Питтсфилде, а ведь распашка еще не закончена. Мистер Мелвилл обошел все моря и океаны, плавал в том числе и на легендарном «Акушмете» [157]. У него зоркий глаз и твердая рука, которые, без сомнения, будут нам как нельзя кстати. К тому же мистер Мелвилл разделяет вашу склонность к писательству. Быть может, вы читали что-нибудь из его мемуаров? «Тайпи»? Или, может, «Ому»? [158]
— Едва ли. У меня нет времени на развлекательное чтение любого рода. Вашу руку, мистер Мелвилл!
Мелвилл протянул мозолистую лапу.
— Зовите меня Герман.
Обменявшись парой фраз о привычках различных китообразных, Агассис оставил моряка, по совместительству писателя, чтобы вернуться к своей экспедиции.
Своих товарищей из Европы он застал за игрой в кости с несколькими морскими волками. Пухленький Мориц как раз собирался бросать.
— От каждого по способностям, каждому по потребностям! Да выйдет семь!
Полуденный рацион грога уже выдали, и потому настроение было оживленным и праздничным. Бросив мрачный взгляд на Дезора, Агассис прошел мимо.
К немалому изумлению Агассиса, вождь Каймановая Черепаха нашел еще одного представителя своего народа, с которым мог поболтать, — татуированного красного великана с узлом волос на затылке [159].