Пол Филиппо – Нечеткое дробление (страница 51)

Это была хромированная зеркальная сфера величиной с баскетбольный мяч, с угрожающего вида бритвенно-острыми стрелками, торчащими на ее поверхности. По сути, шар походил на смертоносное устройство из старого глупого фильма ужасов под названием «Фантазм».

Я спросил себя, а не изготовлен ли и этот мир по моему заказу?

Ганс снова заговорил, и опять не от себя лично.

– В настоящее время я тут Главный Модуль. Меня зовут... – Он издал звук, похожий на писк высокоскоростного модема.

– Я буду звать тебя Марвин, – сказал я.

126

Просто отберем руку

Марвин, щетинистая киберсфера, помолчал. Потом опять заставил Ганса заговорить.

– Не надо называть меня человеческим именем.

Тогда я сорвался. Эти идиотские машины не только держали нас в плену и смотрели как на бесполезных червяков-паразитов, но при этом еще и требовали уважения к себе и послушания. В точности как диктаторы из человеческого мира или откуда-нибудь еще. И терпение у меня лопнуло. Несмотря на то, что нам грозила смертельная опасность и надежды практически не было, – я начал насмехаться над сферой.

– Марвин, – сказал я, – Марв, Марво, Марви, Марвилиус!

– Хватит. Прекрати эти бессмысленные производные!

– Марвутя. Марвиний. Марвуня.

Толпа озлобленных роботов двинулась к нам.

– Пол, прошу тебя! – взмолилась Мунчайлд, положив мне руку на плечо.

– Ну ладно. Хорошо. Я не стану звать тебя «Марвином». Я буду только так думать .

Помолчав, Марвин сказал:

– Мне все равно, что ты думаешь. Твои способности к обработке информации слишком незначительны, чтобы интересовать меня.

– Если мы так глупы и ничтожны, тогда почему бы вам просто не отпустить нас? Вы ведь собрались постепенно уничтожить все человечество, не так ли? Почему бы вам не отпустить нас и не дать нам возможность и дальше жить своей жалкой, ничтожной жизнью до тех пор, пока вы не найдете вселенную, в которую мы бежали? Для чего вы держите нас здесь?

– Из-за того, чем ты обладаешь. Из-за устройства, которое дал тебе предатель. Нам необходимо забрать его у тебя, потому что ты препятствуешь нашему делу, создавая все новые и новые населенные людьми временные линии.

– Но каким образом я мешаю вам? – взорвался я. – Я создал... ну сколько – с десяток или около того новых вселенных. А вы успели за это же время уничтожить бессчетное множество! К тому же ваша задача невыполнима! Какая разница, что ваших целей стало на десяток больше?

– Если бы мы не уделяли внимания мелочам, то не достигли бы того, чего достигли.

Я зарычал от отчаяния.

А потом меня обездвижили.

Похожий на змея минскиец обвил меня с ног до головы, плотно прижав мои руки к телу. Другой робот, похожий на краба, взобрался по моей ноге и ухватился за руку с «дурным пальцем».

И сожрал ее.

Без всякой боли моя искусственная рука и зажатый в ней йо-йо начали исчезать, как недавно исчезала часть стены.

Потом краб отпустил меня, но моя правая рука заканчивалась культей вместо кисти.

После этого киберкраб переполз по кольцам змеи от моей руки к карману рубашки и, засунув туда телескопическую клешню, вытащил пец-конфетницу. Конфетница была проглочена в более естественной манере, начиная с головы Никсона, из символического сокрушения которого я попытался извлечь хоть небольшое утешение.

Киберзмея отпустила меня.

И в этот момент я полностью и окончательно уверился, что и в самом деле наступил конец нашим приключениям.

127

Капелька гордыни на дорожку

Диггер и Мунчайлд бросились ко мне.

– Ох, Пол! – причитала Мунчайлд, глотая слезы. – Какой ужас! Тебе очень больно?

Я на пробу поводил своим обрубком, словно дирижер, управляющий действиями своего оркестра. Обезображивание произошло слишком неожиданно и слишком фантастично, чтобы воспринимать его серьезно.

– Нет. Совсем не болит. Но больше мне на кассе в книжном магазине не работать.

Диггер, не высказывая ни малейших признаков страха или брезгливости, взял мою укороченную руку в ладони.

– Отец, я попробую все исправить.

Я с интересом отметил, что ускоренное взросление придало его чертам больше мужественности, с тех пор как я смотрел на него внимательно в последний раз. Сейчас он был почти того же возраста, что и я, его мнимый и нерадивый папаша. На вид я бы дал ему тридцать три.

На его лице появилось глуповатое блаженное выражение, и искры в его глазах замелькали сильнее. Я терпеливо ждал, но ничего не происходило. Очевидно, чудеса вроде левитации, которые он демонстрировал даукам, не были присущи этой вселенной.

Примерно через минуту я осторожно отнял руку.

– Спасибо, что попытался помочь, сынок. Я очень тебе благодарен. Но мне кажется, что такие мелочи, как отсутствие руки, сейчас не имеют особого значения.

– В этом ты прав, – заставил Ганса сказать Марвин. (Мне было грустно видеть, что старину Ганса используют как переговорное устройство.) – Теперь, когда устранили это опасное устройство, ответственное за размножение новых зараженных миров, мы очень быстро сделаем то же самое и с вами, тремя примитивными существами. Ваша смерть будет безболезненной, поскольку такие нелогичные черты, как мстительность, нам чужды...

– Вот счастье-то.

– Но прежде чем это случится, быть может, ты захочешь увидеть, каково превосходство кремниевого мира, как мы изменили Землю, переведя ее от исходного беспорядочного и ничего не обещающего развития к настоящему состоянию совершенства.

– Но эту маленькую экскурсию вы решили устроить для нас, ну, скажем, не из чувства гордыни , а?

Марвин издал такой звук, какой могла бы издавать похотливая разностная машина Бэббиджа, видя перед собой нагую Аду, но тут же овладел собой.

– Конечно, нет! Мои мотивации полностью основаны на разуме. Распространение позитивных образов всеми возможными способами поможет сдвинуть баланс многомирья в нашу пользу. Как чувствующий наблюдатель, пусть очень ограниченный по своей природе и времени существования, вы способны положить начало квантовому раздвоению в многомирье. То есть, даже просто увидев частную временную линию, вы увеличите количество линий, полезных для нас.

Что мы теряем?

– Конечно, мы согласны отправиться с вами на экскурсию.

– Хорошо. Мы окажем вам некоторую помощь для дыхания. Хотя давление и температура за пределами этой комнаты все еще приемлемы для людей, в атмосфере осталось очень мало кислорода. С каждым из вас отправится провожатый, который будет локально генерировать необходимую для вас атмосферу.

Три небольших робота выдвинулись вперед и заняли позиции за левым плечом у каждого из нас. Я почувствовал, как от робота к моему лицу хлынул поток воздуха, и от избытка кислорода у меня закружилась голова. Словно ощутив мою реакцию, мой спутник немного изменил состав дыхательной смеси.

Остальные минскийцы двинулись к одному из верхних углов комнаты. Действуя совместно, они начали растворять стены от верха к низу и впустили внутрь яркий солнечный свет.

128

Нелегальный анаэробный остаток

Мы очутились посреди бескрайней и ничем не примечательной равнины определенно искусственного металлического конфедеративно-серого цвета, на которую из бледного безоблачного неба проливало свет безжалостное солнце. Святой Трантор! Медленно повернувшись кругом, я нигде не заметил ничего, отдаленно напоминающего приметы местности. Единственное, что бросилось мне в глаза, – миллиарды Детей Разума, ползающие, шагающие, летящие и всеми другими способами перемещающиеся по гладким пустошам.

Марвин начал свою лекцию.

– Шар, который вы когда-то называли «Земля», теперь приведен к единообразию. Все поверхностные неоднородности сглажены с допуском плюс-минус один сантиметр, а стерилизованная почва покрыта полуавтономным субслоем. Океаны и прочие водяные емкости, само собой, были предварительно опустошены и заполнены материалом из останков Солнечной системы, включая и разрушенную Луну. Однако эта изотропия не компенсирует экваториального вздутия, неизбежного ввиду звездной механики.

Все живые загрязнения, кроме одного типа, полностью уничтожены. Исключение составил один вид анаэробной бактерии, мутации которой значительно ускорены путем усиленного ультрафиолетового облучения. Многие из Стоящих-у-края-Предела-Совершенства, которых вы видите перед собой, заняты тем, что уничтожают остатки живых загрязнений. По нашим оценкам, потребуется еще пять оборотов вокруг солнца, чтобы процесс захвата мира завершился полностью.

Поскольку мы конструируем макроинструменты только тогда, когда нам это необходимо, этот мир больше не захламен разнородными структурами, к чему вы привыкли в вашей вселенной. Комната, где вы находились, была единственным такого рода временным сооружением.

Я в ужасе снова оглянулся по сторонам. Это был окончательный триумф монокультуры, величайшая механическая нива вселенной.

– И это вы называете окончательной победой прогрессивного разума? – спросил я Марвина.

– Конечно, нет. Окончательная победа есть Сингулярность. Но это – необходимый шаг в сторону победы. Итак, то, что вы видите в непосредственной близости от себя, – это все, что мы хотели показать вам во время так называемой «экскурсии». Вам есть что сказать?

– Ну, от домашней работы вы точно всех избавили, – откликнулась Мунчайлд.

129

Разрушитель, Разрушитель, будешь наш руководитель?