Пол Дискейн – Стрелок. Наследие. Книга вторая (страница 9)

Блондин пришел в себя, приложил платок к носу и завопил,

– Чего стоите? Мочите его!

Парни переглянулись и набросились все разом.

Мелкий уворачивался от ударов, пригибался, отскакивал, кулаки мелькали со всех сторон и все мимо. Парень не пытался атаковать, тратя все силы на защиту, но вот Голубоглазый пропустил удар в бровь, скорость стала меньше, сзади прилетело по голове, затем кто-то ударил ногой в спину, и парень упал. Сразу посыпались удары: били в живот, голову, его топтали ногами. Столько злости было в этом, все смотрели, и никто не пытался заступиться. Дынька кричала и била маленькими кулачками по сетке, её подруги звали на помощь. Добряк стоял в стороне, опустив голову. Ему было стыдно, но он так и не сдвинулся с места.

Из дверей на площадку выскочил Тоскер, с идеально уложенной причёской, как у японских воинов, выругался, схватил за шкирку двоих парней и дёрнул назад. Те завалились и покатились по песку. Третьему ударил ногой в живот и оттолкнул. Последний увидел, кто перед ним и поднял руки вверх, все знали, что не стоит связываться с Самураем.

– Эй, парень, как ты? – Тоскер присел около Стивена: лицо разбито, щека порвана, глаз заплыл, но продолжал гореть синим. Парень не двигался, только грудная клетка слегка поднималась. «Дышит», – Тоскер посмотрел на мнущегося рядом Добряка. – Ну что смотришь? Не вступился за друга? Трус.

– Да я не дерусь…

– А мне плевать, дерешься ты или нет, ты должен был заступиться за него, даже ценой жизни. В этом и есть смысл дружбы, а ты жалкое ссыкло! Бери его и неси в медпункт.

Патрик бережно поднял парня, прижал к себе, пачкая светлую кофту кровью, и понес в школу. Люди расступались, тоже чувствуя себя виноватыми. Тоскер поднялся и громко сказал.

– Какие же вы слабаки… Запомните, бой – это искусство, он должен быть честным. Вот этого мальчишку сегодня избили ВЫ! – Тоскер водил указательным пальцем по толпе, направляя на каждого. Тот, на кого указывал палец, стыдливо опускал голову. – И победил он честно, – самурай встретился глазами с Дынькой, девочка пыталась сдержать слезы. Он подошел к забору и тихо сказал, чтобы слышала только она.

– С ним все будет хорошо, хочешь, что-нибудь ему передам?

Голос у нее дрожал, да и понятно, девочка была на грани, чтобы не разрыдаться.

– Да, скажи ему, что меня зовут Мия.

Тоскер улыбнулся кончиком губ, подмигнул ей и пошел внутрь здания.

Последствия

Енот зажимал платком нос и ждал, когда Тоскер повернется к нему и что-нибудь скажет, но парень просто проигнорировал его, даже не взглянув, это было еще больнее и обиднее: «Лучше бы он наорал на меня или ударил, ненавижу это чувство», – блондин пытался вытеснить чувство вины злобой: «Вот же мелкий гадёныш, опять выставил меня слабаком, я отомщу, он еще будет валяться у меня в ногах и просить прощения, сучёнок. Я устрою ему ад!»

Блондин встал, отряхнул одежду, завязал шнурок и стараясь ни на кого не смотреть пошел в комнату. Он поднялся по лестнице, проверил, никто ли за ним не идет, на цыпочках прокрался по коридору, еще раз проверил слежку, постучал в дверь учительской и не дожидаясь приглашения, вошел. Мисс Райли поливала цветы, когда увидела побитого племянника, банка выпала и разбилась, она схватилась за сердце,

– О, нет, Брайн, что случилось? Кто тебя так?

– Тетя, я увидел, как Стивен Дискейн перелезает через забор со стороны женского общежития. Я просто сказал, что должен доложить тебе, а он ударил меня. Я закрывал лицо, но он сошел с ума, он бил и кричал, что убьёт меня, если расскажу.

– Вот зараза, а я ведь знала, что от него стоит ждать неприятностей, его выгнали из прошлой школы за драку. Где он сейчас?

– Друзья увидели, как меня избивают и помогли, мы справились с ним только вчетвером, сейчас он в медпункте.

– Не переживай, дорогой, когда он оттуда выйдет, сразу отправится на чердак, а я подниму вопрос о его исключении. Молодец, что рассказал все, ты же мой любимый племянник, – женщина погладила блондина по голове. – А сейчас иди в столовую, возьми лед и приложи к носу.

– Спасибо тетя, – белобрысый прижался к женщине и крепко обнял.

Добряк нес мальчика и в первый раз в жизни испытал это чувство, злость, злость на самого себя, Добряк говорил вслух.

– А ведь правду сказал Тоскер, я трус, прости меня, Стивен. Мальчик то приходил в себя, то снова отключался, он лежал на крепких руках здоровяка, руки и ноги безжизненно болтались. – Я просто испугался, если бы я был смелее, то, возможно, ты сейчас был в порядке, – Добряк перематывал в голове этот момент, представляя, как бы он поступил, если бы можно было вернуть все назад. – Я бы встал и сказал:” Эй уроды, отвалите от моего друга, кто поднимет на него руку, будет иметь дело со мной! Вам понятно? Да вот так бы я и сказал».

Патрик донес парня до медпункта и ногой постучал в дверь, послышалось движение, и медсестра в белом халате открыла, увидела мальчика и сказала.

– Быстро клади его на кушетку и выйди.

Добряк сразу послушался и не стал спорить.

– Дети-дети да что с вами не так? Откуда в вас столько злобы? – Одри начала разрезать одежду, неизвестно, сломано что-то или нет, нужно минимизировать движение. По всему телу были, начинающие темнеть, гематомы и кровоподтеки, девушка набрала из раковины теплую воду и аккуратно начала смывать кровь. «Столько старых шрамов, кто же тебя так?»

Медсестра Одри

Парень пришел в себя и открыл глаза. «Никогда не видела такого голубого цвета».

– Тихо, мальчик, лежи и не двигайся, меня зовут Одри, мне надо понять, сломано что-то или нет, понимаю, что больно, но это важно, попытайся оценить, что болит сильнее.

Стивен понимающе моргнул и стал анализировать свое состояние. Сначала он пошевелил пальцами рук, кистями, слегка согнул в локте, дальше ноги, кажется, ничего не сломано. Парень облизнул сухие губы, и медсестра тут же налила воды в стакан, приподняла голову и влила немного в приоткрытый рот.

– Спасибо.

Он говорил тихо. – Кажется, ничего не сломано, голова только кружится.

– У тебя сотрясение, организму нужен полный покой, закрой глаза, – Одри аккуратно начала вытирать лицо, затем обработала раны обеззараживающим средством и заклеила ссадины пластырем. Когда все было сделано, дала парню успокоительное и Стивен уснул. Одри, уставшая вышла из кабинета, на полу, рядом с дверью, облокотившись на стену сидел огромный парень.

– Доктор, как он?

– Сложно сказать, сейчас он спит.

– Можно я с ним посижу?

– Нет, нельзя, иди к себе и приходи завтра, – Одри быстро направилась к директору и столкнулась возле кладовки с мисс Райли, та была в бешенстве, говорила отрывисто, не скрывая отвращения,

– Где он? Медсестра поняла, кого имеет в виду Грымза, так девушка называла смотрительницу про себя, и наоборот, приторно сладким голосом, ответила,

– Вы, наверное, про бедного мальчика, которого избили? Если да, то я обработала ему раны, дала ему успокоительное и он сейчас спит. Я понимаю, что вы переживаете, но через несколько дней, думаю, он поправится. А пока что, распорядитесь, чтобы ему приносили еду в медпункт и побольше жидкости.

Грымза противно оскалилась.

– Вы не смотрите, что он невысокий и щуплый, этот ЗЛОЙ, мальчик, напал на беззащитных учеников, угрожал им, а потом побил. Как только он поправится, то отправиться на чердак. Передайте ему это, – мисс Райли ударила каблуками, развернулась, как солдат, и ушла обратно в свой кабинет.

Вечером

Вечером, после ужина у учеников было свободное время, и многие сегодня собрались в комнате отдыха, пообщаться и посмотреть фильмы. Это было просторное длинное помещение со столами вдоль стен, большим цветным телевизором и мягкими креслами возле него. За эти места всегда была борьба, некоторые даже оказывались в кабинете директора из-за спора.

Сейчас в них удобно расположились: Морти, глава Демонов – Шейх, красавчик с бронзовым загаром и черными глазами, Кислый со своей дурацкой ухмылкой и маленькими бегающими глазками и Тоскер с причёской, как у самурая. Сегодня целый день все обсуждали две новости: ночное убийство и вчерашнюю. Кислый достал щипчики для ногтей и начал подстригать.

– Я тут, случайно услышал от чего умер Ла Вега, ему оказывается горло прокусили, вырвали кусок зубами, и он истек кровью. Еще у него были переломаны пальцы и прикиньте, это же сделал, кто-то из нас.

– Точно не я, – поржал Шейх. – Я в тот день около девяти улёгся спать.

Морти подозвал невысокого парня, попросил переключить канал на телевизоре, затем широко зевнул и сказал.

– Вот ты уснул, а твой сосед вышел из комнаты и убил Ла Вегу, а сегодня ночью тебе голову отрежет. А, кстати, кто твой сосед?

– Бульдога от меня отселили за травку, теперь я живу с Мексикашкой этим, Муэртэ Оурхи… Забыл, как его зовут, я дал ему кличку – Начос. А вообще он нормальный парень, из водки и каких-то трав делает такую вкуснятину, потом, как-нибудь, дам попробовать. Его недавно приняли в клан Изобретателей.

– А я бы не отказался сейчас выпить, – присоединился Тоскер. – Может есть у кого в заначках?

– Недавно Грымза шмон проводила, все запасы конфисковала, – сказал Морти. – Надо наведаться к Железному, у него в баре точно есть.

Шейх сразу ожил.

– А погнали сейчас! Сегодня он дежурит, отвлечем его и немного позаимствуем.