Пол Андерсон – Талисман (страница 56)
У Славы была слабая надежда, что в этот раз осьминог подскажет ему, где искать Валерия и Косинчука. Не следовало упускать эту возможность, тем более что подводная лодка еще не была готова к погружению.
Слава начал допрос спрута, предварительно включив магнитофон:
— Мудрец, от твоих ответов зависит жизнь твоих учителей. Понимаешь?
«Да».
— Попытайся вспомнить, что они говорили, перед тем как уйти из «колокола». Они упоминали о том, куда идут?
«Нет».
— А о том, что будут делать? Может быть, один из них сказал: «Нужно осмотреть ущелье»?…
«Нет».
— Или так: «Отснимем рыб, крабов…»
«Нет».
– «Заснимем участок дна»?
«Нет».
— О чем же они говорили?
«Об освоении мира».
— Мира или моря?
«Вы называете это морем, я — миром. Они говорили об освоении мира и о том, что осьминоги могут помочь людям».
— В чем?
«Разводить плантации водорослей и стеречь стада рыб. Строить для людей большие «колоколы» на дне. Охранять людей…»
— От кого?
«От других людей, которые придут на кораблях. Мы сможем прикреплять мины к кораблям».
— Ты знаешь, что такое мина?
«То, что приносит смерть».
«Каким образом он мог узнать о минах? — подумал Слава. Неужели Евг и Валерий ему объясняли это?» Он услышал:
«Люди рассказали. Это очень интересно. Можно убивать не по одному, а сразу много…»
Чтобы отвлечь октопуса от опасной темы, Слава спросил:
— А ты хочешь помогать людям?
«Да, да, да! Охранять их и ставить мины. Быть разведчиком и пастухом. Носить приборы. Находить что-то и говорить с людьми. Знать, чего они хотят. Делать то, что они хотят. Не советовать им. Люди не нуждаются в советах. Выполнять то, что прикажут. Ставить мины. Ставить их так, чтобы другие люди не знали…»
Аркадий Филиппович положил руку на плечо Славы, прося разрешения о чем-то спросить. Он истолковал взгляд Славы как положительный ответ, и спросил:
— Значит ты, Мудрец, хочешь убивать людей? Почему? Ты не любишь их?
«Люблю. Сделаю то, что людям нужно».
Слава следил за осьминогом, наблюдал, как пульсирует воронка. Он недоумевал: «Как спрут разговаривает? Чем? Его мускулистая глотка с клювом не годится для этого. Допустим, он произносит слова с помощью воронки. Но тогда она хотя бы должна быть на поверхности, а не в воде…»
Он увидел, как осьминог приподнял воронку над водой, и почувствовал то же неприятное ощущение, как и в «колоколе», но значительно слабее. Спрут уставился на него, стал раздуваться, менять окраску. Слава услышал обрывки чужих мыслей: «Не думай об этом! Не могу… Вас слишком много здесь, двурукие!.. Крабы!»
Спрут съежился и затих. Одновременно исчез «буравчик» в Славиной голове…
Щелкнул выключатель магнитофона. Слава спрятал аппарат в чехол и быстро пошел в каюту. Невероятная догадка гнала его. Он захлопнул за собой дверь, повернул ключ. Тотчас послышался стук. Пришлось открыть. Вошел Аркадий Филиппович. Слава спросил:
— Вы тоже заметили?
— Что?
— Его воронка была в воде. А мы слышали слова… Да ведь воронкой и не произнесешь сложную фразу…
— Я заметил другое, — сказал Аркадий Филиппович.
Слава не стал спрашивать, что именно заметил следователь. Он торопливо включил магнитофон. Услышал шелест пленки в тех местах, где должна была звучать речь осьминога, и бросился на палубу, к бассейну.
Осьминог отвечал на вопрос Тукало, но тотчас повернулся к Славе, хотя тот не успел раскрыть рта.
«Мудрец, ты знаешь, где твои учителя? Где те двое?» — подумал Слава и услышал ответ:
«Не знаю. Уже говорил. Не знаю».
Люди удивленно смотрели на осьминога. Они не слышали Славиных вопросов и не могли понять, кому отвечает спрут.
«И все-таки ты знаешь. Даже если они не говорили, куда идут, то думали об этом. Ты не можешь не знать. Почему же не говоришь? Значит, ты не друг, а враг людей?»
«Друг, — ответил Мудрец. — Я не хочу причинять людям боль».
«Но если ты не скажешь, мы можем не успеть к твоим учителям. Там, где они находятся, — опасно».
«Вам незачем спешить. Я предупреждал их, но люди не нуждаются в советах…»
«Это тебе сказали они?»
«Да. И я ничего не мог поделать».
Слава почувствовал, как у него перехватило дыхание.
— Ты хочешь сказать, что их уже не спасти? Они погибли?
Люди изумленно обернулись к нему, настолько неожиданным показались им его слова.
«Да», - ответил осьминог.
Слава отпрянул, побледнел, оперся о поручень. Аркадий Филиппович встал на его место и, в упор глядя на спрута, сказал:
— В таком случае скажи, где искать их трупы.
«Ничего нет. Трупов нет».
Аркадий Филиппович поправил сползающие очки. Его голос звучал бесстрастно:
— Мы хотим видеть место их гибели.
«Зачем?»
— Так нужно. Люди всегда так поступают. А ты ведь наш помощник?
«Не знаю, где они погибли. Знаю, что их нет».
— А почему они погибли?
«Пошли не туда. Пошли без меня».
— Куда же все-таки они пошли?
«Не знаю».