Пол Андерсон – Сказочная фантастика. Книга вторая (страница 77)
— Ты служишь врагу. Я не могу доверять тебе. Сдавайся! И я потребую только одну-единственную услугу. А потом заставлю залезть назад в ту бутылочку и буду держать тебя там до окончания поисков. Иначе мне придется убить тебя. Чтобы оставить Мозговой Коралл без помощников.
Бинк не был уверен, что сможет привести угрозу в исполнение. Хватит ли у него духу?.. Ему не хотелось лишать Хамфри жизни. Но если новая схватка неминуема...
— Выбирай! — нетерпеливо произнес Бинк.
Волшебник ответил не сразу. Может быть, советовался с другим разумом. Наконец он заговорил.
— Гоблины не могут прийти — слишком светло; к тому же, они ненавидят Мозгового Коралла. Прочих доступных ресурсов не осталось. Я не могу парировать твой шах.
Он опять умолк. Бинк догадался, что слово «шах» имеет отношение к манденийской настольной игре под названием «шахматы», в которую иногда сам с собой играл Король Трент. «Шах» был прямой личной угрозой. Очень удачный термин!
— Коралл бесчестен, — продолжал Хамфри уныло. — Но я держу данное слово. Я думал, что мое предыдущее предложение тебе все еще в силе, и не предполагал, что грифон снова нападет на тебя.
— Хорошо бы верить тебе, как оно было. Но я не стану, — сказал Бинк. Гнев его уже утих, но осторожность оставалась. — Могу лишь дать тебе честное слово.
— В данных обстоятельствах твое слово лучше моего. Я принимаю твои условия.
Бинк опустил меч, но вкладывать в ножны не спешил.
— А как с големом? — спросил он. — На чьей стороне он?
— Он... Он один из нас, как ты и подозревал. Ты только что вынудил меня это признать. Ничего не скажешь — ты очень хитер, Бинк.
— Хватит лести! С какой стати Гранди сподобился вдруг помогать мне?
— Так мне велел Коралл, — ответил голем.
— А зачем Кораллу помогать сражаться против самого себя? Будь ты на стороне Кромби, он мог и победить!
— Но мог и проиграть, — сказал Хамфри. — Коралл тоже серьезно недооценил тебя, Бинк. Он считал, что как только твой талант будет нейтрализован (а он оставался все время дьявольски сильным и уклончивым), тебя можно будет довольно легко одолеть чисто физически. А вместо этого — чем больше давили на тебя, тем с большей яростью и умением ты сражался. И то, что поначалу представлялось несомненным, оказалось под угрозой. Поэтому вероятность одолеть тебя силой у Коралла значительно понизилась. Зато шанс победить тебя убеждением увеличился.
— Убеждением? — недоверчиво воскликнул Бинк.
— Коралл соответственно определил тебе голема в друзья: он должен был стать его агентом в твоем лагере. И если бы ты выиграл битву и убил меня, то у тебя остался бы «друг», к советам которого ты бы прислушивался, во всяком случае — готов был бы прислушаться.
— А я не готов! Я с самого начала не доверял голему, переметнувшемуся в другой лагерь. И я бросил бы его в озеро, как только он бы меня предал. Но сейчас у меня есть более важное дело. Отыщи бутылочку с целительным эликсиром. Я знаю: ты еще не открывал ее.
Волшебник присел на корточки и стал перебирать оставшиеся пузырьки. Наконец протянул.
— Вот эта.
— Перл! — окликнул Бинк.
Нимфа робко приблизилась.
— Я боюсь тебя, Бинк, когда ты такой...
И во время сражения она тоже неимоверно трусила. А ведь когда за Бинком охотился Дурной Глаз, она могла бы, конечно, помочь, и ему не пришлось бы полагаться на сомнительную поддержку голема. Да что там — Перл была откровенно типичной нимфой, никак не способной на решительные действия в критические моменты. Вот Хэмели — та, без сомнения, была полной противоположностью Перл, даже если находилась в самой тупой своей фазе: она всегда была начеку, всегда стремилась уберечь Бинка и могла, не задумываясь, пожертвовать собой.
Что ж — он любит их обеих, но останется все же с Хэмели.
— Возьми эту бутылочку и брызни пару капель на грифона! — распорядился Бинк.
— Но ведь он же... — испуганно начала нимфа.
— Им и его действиями управлял враг, потому он и натворил таких дел. Но он остается моим другом. Надо исцелить его раны и потом упрятать в бутылочку вместе с Хамфри. На то время, по крайней мере, пока эта свистопляска не кончится.
— Ага, понятно.
Она взяла пузырек и направилась к тому месту, где лежал искалеченный грифон.
Бинк подтолкнул Волшебника острием меча, и они двинулись вслед за нимфой. Хотя Хамфри и признал себя побежденным, Бинк был уверен, что их боевые действия еще не закончились. Они завершатся только тогда, когда Волшебник, грифон и голем снова окажутся в бутылочке, а ее единственным и безраздельным хозяином станет Бинк. Коралл, вне веяного сомнения, сделает все возможное, -чтобы этого не допустить.
Перл остановилась на краю расщелины и посмотрела вниз. Ее рука потянулась ко рту тем единственным, особым женским жестом, который всегда так странно волновал Бинка. Впрочем, что же тут странного — он любил ее, и потому так пристрастно и живо реагировал на любые особенности ее поведения. Хотя разум его расценивал все иначе.
— Он весь в крови! — Она содрогнулась.
— Я не могу оставить Волшебника без внимания! — спокойно проговорил Бинк. «И голема — тоже», — мысленно добавил он. — И если в этом пузырьке окажется не целительный эликсир, а какая-нибудь другая дрянь, я убью его на месте. — То были нарочито воинственные слова, произнесенные, чтобы подстегнуть ослабевшую решимость. — Действуй, не бойся ничего! Грифон нам нужен — он укажет нам, в каком направлении искать антидот, Перл.
— Да-да, конечно... — тихо отозвалась она, и дрожащими пальцами начала вытаскивать пробку. — Он... тут так много крови... Куда надо брызнуть?
Кромби слегка приподнялся; его орлиная голова на израненной шее обессиленно повернулась; из ран тут же опять полилась кровь.
— Кррак!
— Он говорит, что лучше не надо никакого эликсира, — перевел Гранди. — Если он поднимется, то сразу убьет тебя.
Бинк так наклонил меч, чтобы лезвие отражало свет сверхновой и остекляневшие глаза грифона увидели его. Подсолнечник, конечно, светил ярче, но — уже начал тускнеть: приближалось время уборки урожая.
— Я не жду честности от врага, как и не жду благодарности за совершенное добро. — Голос Бинка был мрачным. — Я заключаю условное перемирие с Мозговым Кораллом и принуждаю его к таковому своим мечом. Кромби будет безоговорочно повиноваться мне... Или Волшебник тотчас умрет. Хотите верьте, хотите — нет.
Но как они могут ему поверить, если он все еще сам в себе сомневается? И все-таки коль скоро снова дойдет до насилия, он не позволит Кораллу запросто взять над собой верх.
Кромби посмотрел на Волшебника; в глазах его застыла тоскливая мука.
— Бинк сказал правду, — подтвердил Волшебник. — Он победил нас. И теперь — совершенно справедливо — требует услугу в обмен на наши жизни. Коралл, мне думается, согласен. Так что, окажи ему услугу и согласись на заключение в бутылочку. Иначе я умру, а тебе придется сражаться с ним снова...
Грифон опять тихо каркнул, и голем перевел:
— Какую услугу он хочет от меня?
— Ты сам прекрасно знаешь! — ответил Бинк. — Указать, в какой стороне находится ближайшая и самая безопасная магия против любовного зелья.
А может быть, подумал Бинк, они попросту тянут время, ждут, когда погаснет подсолнечник? Тогда могут появиться гоблины... Хотя оставалось светящееся озеро...
— Он согласен, — поспешно сказал Гранди. — Но он слишком слаб, чтобы показывать.
— А так ли уж нам нужен этот антидот... — с сомнением произнесла нимфа.
— Займись-ка лучше грифоном! — не особенно любезно отозвался Бинк. Когти грифона основательно исполосовали его тело, и теперь, когда схватка была позади, на него навалилась свинцовая усталость. Надо скорее довести дело до конца, пока он еще держится на ногах. — Обрызгай его, Перл!
Наконец она кое-как откупорила бутылочку. Вырвалась драгоценная жидкость, обрызгав ее, скалы и грифона. Капля попала и на подрастворившегося в озере голема, и он немедленно восстановился. И ни одна даже мельчайшая частица эликсира не упала на Бинка — тут уж явно постарался Коралл!
Кромби выбрался из расщелины, снова яркий и великолепный, и, мощно распростерши крылья, повернулся к Бинку. Мускулы того болезненно напряглись. Да, он держал заложником Волшебника, но если грифон задумает сейчас напасть...
Прыжок — и между Кромби и Бинком оказалась Перл.
— Не смей! — крикнула она.
Запахло жженой бумагой.
Несколько долгих секунд Кромби внимательно смотрел на нее, слегка расправив крылья и размеренно пошевеливая ими. Перл была всего лишь хрупкой девушкой, а вооружение ее составляла маленькая бутылочка с эликсиром, и разве ей было под силу остановить могучего монстра?.. Красивое тело нимфы сжалось, его сотрясала нервная дрожь — каркни Кромби как следует, и она разрыдается или упадет в обморок.
Однако Бинк восторженно отметил про себя: Перл совершила отважный поступок — не свойственный обыкновенной нимфе. Она самоотвержанно попыталась отстоять то, во что неукоснительно верила. И можно ли было ставить ей в вину, что ее мужество оказалось не особенно впечатляющим и не грозным, что, впрочем, вполне соответствовало и ее физической силе?..
Кромби вдруг решительно завертелся, затем замер и вытянул крыло — оно указало в сторону озера.
Бинк вздохнул.
— Посади его в пузырек! — велел он Волшебнику. — И постарайся проделать все правильно с первого раза. А если попытаешься посадить меня — тут же станешь покойником.