Пол Андерсон – Сказочная фантастика. Книга вторая (страница 21)

— Держись! — крикнул Честер и прыгнул.

Теперь бросок его оказался настолько сильным, что Бинк, цеплявшийся за гриву, вырвал из нее клок, потерял опору, соскользнул со спины Честера и рухнул в ров.

Обитавшие во рву монстры тут же стали собираться к тому месту, где раздался всплеск — они постоянно были начеку, иначе бы их просто-напросто уволили. С одной стороны, подбираясь к Бинку, свивался в кольца огромный змей; каждый из его сверкающих зубов был размером с палец Бинка. С другой — подплывал пурпурный крок, разинув шишковатую пасть и обнажая еще более страшные зубы. А прямо под Бинком, поднимаясь из водоворота взмученного ила, всплывал бегемот; спина его была так широка, что, казалось, не поместится во рву.

Бинк отчаянно забарахтался, норовя выбраться на безопасный берег; он отлично понимал, что никому не удалось бы спастись хотя бы от одного из этих чудовищ, не говоря уже о трех сразу. Бегемот уже всплыл, наполовину подняв Бинка из воды; крок подобрался совсем близко, обнажая похожую на пещеру пасть. И тут змей молниеносно ударил сверху... И тогда крок и змей столкнулись зубами, обдав Бинка снопом искр.

В следующий момент обоих монстров отодвинула в сторону туша всплывшего бегемота; Бинк соскользнул с его спины, точно на смазанных салазках, — съехал и оказался на безопасной, облицованной камнем внутренней стене рва. Поразительная случайность...

Ха! Опять, стало быть, сработал его талант, в очередной раз избавив от последствий опрометчивого поступка. Ну кому в голову придет кататься на несущемся галопом кентавре, принявшем, к тому же, обличье кактуса? Ведь надо было просто спокойно отыскать выход из лабиринта, что, без сомнения, сделали все остальные. Бинку еще повезло, что и кентавр, и чудища во рву оказались магическими существами, так что его талант вполне смог проявить себя.

Честер удачно перескочил через ров и немедленно помог Бинку выбраться наверх. Он вытащил его одной рукой, не особенно при этом напрягаясь.

— Я подумал... — произнес он дрогнувшим голосом. — Когда ты свалился к этим страшилищам... В жизни ничего подобного не встречал...

— Они всего-навсего не были по-настоящему голодны, — небрежно проговорил Бинк, стараясь преуменьшить остроту происшедшего. — Решили, видишь ли, поиграть со своим обедом и чуточку перестарались. Идем-ка лучше во дворец — наверно, там сейчас уже подают закуски.

— Закуски! Ах, сила! — Как и все физически крепкие существа, Честер обладал хроническим аппетитом.

— Ах, силос, — пробормотал Бинк.

Вряд ли его шутку можно было назвать удачной — кентавры не едят ни сена, ни силоса, как бы ни старались клеветники утверждать обратное.

Они направились к замку, и иллюзии исчезли, они словно выключились у стен Ругна. Бинк с Честером снова стали человеком и кентавром.

— Знаешь, — задумчиво сказал Честер, — я никогда не догадывался, какое у меня несимпатичное лицо. Никогда, пока не увидел его у тебя.

— Зато у тебя необыкновенно симпатичная задняя часть, — заметил Бинк.

— Верно, верно, — просиял кентавр. — Я всегда говорил, что Чери стала моей женой вовсе не из-за моей физиономии.

Бинк уже приготовился рассмеяться, но вовремя сообразил, что его друг сказал это всерьез. К тому же, они уже подошли к двери, и их могли услышать.

Страж у входа во дворец нахмурился.

— Сколько ты угадал, Бинк? — У него были наготове блокнот и карандаш.

— Одного, Кромби. — Бинк указал на Честера, но тут же вспомнил про мантикору. — Точнее, двоих.

— В таком случае ты выбыл из состязания, — доложил Кромби. — Чемпион пока тот, кто угадал двенадцать. — Он взглянул на Честера. — А ты?

— А мне вообще приз не нужен, — грубовато отозвался кентавр.

— Вы, парни, даже не старались, как я погляжу, — заметил Кромби. — Будь я на вашем месте и не торчи я тут на посту, и не шныряй на побегушках у Королевы...

— А я думал, тебе нравится работа во дворце, — сказал Бинк; он познакомился с Кромби, когда еще тот служил солдатом у прежнего Короля.

— Она мне нравится... Но все же приключения я люблю больше. Король-то у нас хоть куда, но... — Кромби скривился. — Словом, не мне вам рассказывать про Королеву...

— Со всеми кобылами сразу трудно сладить, — изрек Честер. — Такова уж ихняя натура. И ничего они с ней поделать не могут, даже если бы и очень захотели.

— Как ты прав, приятель! — искренне согласился Кромби: он был образцовым женоненавистником. — А если, к примеру, взять тех, у которых самая сильная магия... Ну кому еще мог прийти в голову весь этот идиотизм с маскарадом? Просто ей захотелось повыпендриваться, щегольнуть своим колдовством.

— Что ж, не так-то у нее много возможностей показывать его, — сказал Честер. — Король не обращает на нее никакого внимания...

— Король у нас умный Волшебник! — горячо заявил Кромби. — Когда она не устраивает чехарды, вроде этой, то, правда, со скуки можно натурально свихнуться. Особенно — стоя здесь, на этом посту... Эх, как бы мне хотелось снова отправиться куда-нибудь с каким-нибудь поручением. С поручением, конечно, достойным мужчины. Помнишь Бинк, как мы с тобой тогда...

Бинк улыбнулся воспоминаниям:

— Помнишь, под какой потрясающий град мы тогда попали? Мы еще спрятались от него под обожравшимся опутывающим деревом...

— А девчонка сбежала! — подхватил Кромби. — Золотые были денечки!

К своему удивлению Бинк понял, что ему тоже хочется думать, что «золотые были денечки». В свое время пережитое не казалось ему развлекательной прогулкой, но сейчас, издалека, оно приобрело даже некий блеск.

— Ты мне тогда говорил — помнишь? — что она, та девушка, для меня опасна.

— Да, так оно и оказалось, — кивнул Кромби. — Она ведь вышла за тебя замуж, не так ли?

Бинк натянуто рассмеялся.

— Лучше мы пойдем, пока от закусок хоть что-то осталось.

Он повернулся и... чуть не споткнулся об еще один холмик грязи.

— Вы что, вокруг дворца кротов развели? — досадливо спросил он.

Кромби скосил глаза на холмик.

— Секунду назад ничего подобного здесь не было. Может, магия Королевы привлекла сюда магического крота? Надо об этом сказать главному садовнику. Скажу, когда сменюсь с поста.

Бинк и Честер вошли внутрь. Дворцовый бальный зал был украшен, конечно же, самой Королевой Ирис. Сейчас он выглядел как участок морского дна. Из скалистых глубин тянулись вверх плети водорослей; повсюду плавали ярко разукрашенные рыбы; стены сплошь были покрыты ракушками. Тут и там простирались подводные пляжи — песок был мелким и белым; пляжи магически перемещались с места наместо, поэтому если гость даже стоял неподвижно, вся сцена перед ним непрерывно менялась. По окружности зала огромным кольцом свернулся гигантский морской монстр-змей; его пульсирующие, так и сяк переплетенные кольца кое-где заменяли стены.

Честер огляделся.

— Хотя она и скверная баба и слишком много из себя корчит, но, надо признать, магия у нее впечатляющая. Больше всего, понятно, меня волнует пища — вдоволь ли ее тут будет...

Оказалось, однако, что волновался он совершенно напрасно. Гора закусок была поистине огромной, и охраняла ее лично Королева. На коротком поводке она держала едкого перечника. Когда кто-нибудь терял самообладание и не мог утерпеть, чтобы не схватить кусочек деликатеса, перечник тут же задавал нетерпеливому хорошую порцию перца.

— Никто не посмеет есть, пока не будет вручен главный приз! — объявила Ирис, сверкнув глазами. Поскольку она придала себе облик воинственной Королевы русалок, то уже один ее вид был достаточно эффектен, чтобы отпугнуть любого — даже без помощи перечника. У нее была остроконечная корона, мощный хвост, трезубец в руке; острия трезубца поблескивали от слоя слизи — может быть, тоже иллюзорной, хотя она могла оказаться и самым настоящим ядом.

Бинк и Честер разделились, смешавшись с другими гостями. Тут были, в сущности, все более или менее известные существа Ксанфа, за исключением леди-кентавр Чери и жены Бинка, озабоченной собственными страданиями. Не было и Доброго Волшебника Хамфри, который никогда добровольно не появлялся в общественных местах.

Бинк заметил своего отца Роланда, прибывшего прямиком из Северной Деревни. Тот был осторожен и не стал раздражать сына чрезмерным проявлением родительских чувств. Они пожали друг другу руки.

— Прекрасные туфли, сынок.

После сцены с мисс Хамелеон эти слова прозвучали как бы намеком.

— Только что с дерева, — хмуро отозвался Бинк.

— Чем ты занимался последние два месяца?

Когда Роланд говорил, изо рта у него вырывались пузырьки и подрагивающими шариками устремлялись к поверхности океана. Да уж, когда королева Ирис создавала иллюзию, то делала это мастерски! Рядовые жители Ксанфа с их незначительными личными талантами могли лишь молча пялиться на творения Волшебницы и завистливо вздыхать. Именно потому, разумеется, Королева и устроила это шоу.

— Тренировался с мечом, ковырялся в саду, делал всякую всячину, — ответил Бинк отцу.

— Насколько я знаю, Хэмели на сносях...

— Да, верно. — Бинк готов был опять впасть в отчаяние от складывающейся ситуации.

— У тебя будет сын и поможет заполнить пустоту в доме.

В том случае, разумеется, если будет нормальный, наделенный талантом ребенок, подумал Бинк. Он решил сменить тему.

— У нас только что зацвело молодое деревце, на котором должны вырасти изящные дамские туфельки. Похоже, скоро я сорву первую пару.