Погорельская Екатерина – Заклятая зима (страница 1)
Погорельская Екатерина
Заклятая зима
Глава 1. Пламя зимней ночи.
В центре огромного зала академии возвышалась пушистая ель – только что привезённая из леса, она источала свежий аромат хвои и морозного воздуха. Высокий купол зала позволял разместить столь величественное дерево, и теперь все собравшиеся смотрели на него с восхищением. Здесь были ученики и преподаватели академии, сказочные существа, феи, богатыри, волшебники, фамильяры – все, кто жил и учился в этих стенах.
Аврора Вениаминовна, преподавательница, известная своей строгостью и умением удерживать в узде даже самых шаловливых учеников, плавно открыла массивные двери. Вслед за её жестом в зал медленно влетели коробки и мешки, наполненные праздничными украшениями.
– Вот и игрушки для нашей красавицы! – объявила она, её голос разнёсся по залу, словно мелодичный звон колокольчиков.
Богатыри тут же сорвались с места и, опережая друг друга, подхватили парящие коробки, аккуратно опуская их к подножию ели. Остальные поспешили к ним, нетерпеливо разбирая украшения. Из коробок появлялись сверкающие гирлянды, мишура всех оттенков радуги, яркие стеклянные шары с волшебными узорами, фигурки зверей, звезд и луны, а также крохотные фонарики, переливающиеся мягким светом.
– Я чур ставлю звезду! – с вызовом в голосе заявила Дарина, ухватила большую красную пятиконечную звезду и, резко расправив свои кожистые драконьи крылья, взвилась в воздух.
Она легко долетела до самой верхушки ёлки, водрузила звезду, слегка подправила её положение и довольно заулыбалась. Рыжие волосы вспыхнули в свете гирлянд, а на её зеленоватом лице отразилось удовлетворение.
– Ну как, ровно? – крикнула она вниз.
– Чуть левее! – послышался голос Кости, внука Кощея, который прищурился, оценивая её работу.
– Ты мне тут не командуй! – хохотнула Дарина, но всё же поправила звезду, а затем ловко спланировала вниз.
Тем временем феи и фамильяры, которые умели летать, схватили игрушки и, словно стайка разноцветных светлячков, закружились вокруг ёлки. Они подвешивали шары, пуская их плавно вращаться в воздухе, нанизывали гирлянды, аккуратно прокладывая их между пушистыми ветвями. Некоторые феи даже применяли магию: один взмах крылышек – и мишура сама укладывалась на нужные места.
Те, кто не мог летать, украшали нижнюю часть дерева. Богатыри развешивали крупные игрушки, Иван, внук Бабы Яги, аккуратно расставлял волшебные свечи, чьи язычки пламени мерцали разными цветами. Кира, внучка Кикиморы, обвила несколько ветвей прозрачной тканью, сотканной из чар, из-за чего казалось, что ёлка покрыта легким сияющим туманом.
– А теперь – финальный штрих! – торжественно объявила Аврора Вениаминовна и взмахнула рукой.
В тот же миг фонарики зажглись мягким золотистым светом, гирлянды вспыхнули разноцветными огоньками, а шары отразили этот свет, создавая на стенах и потолке зала разноцветное сияние.
Все ахнули. Даже самые молчаливые и сдержанные студенты не могли скрыть восторг.
– Красота! – прошептал кто-то.
– Это даже лучше, чем в прошлом году! – добавил Володя, внук Водяного, с восхищением разглядывая переливающиеся огоньки.
Ёлка словно ожила, наполнив академию светом, радостью и праздничным волшебством. А впереди всех ждала новогодняя ночь, полная чудес.
Дарина подлетела к большому стрельчатому окну, за которым раскинулся серый зимний пейзаж. Густые кроны деревьев облетели, обнажив тёмные скелеты ветвей, а земля, покрытая увядшими листьями, выглядела угрюмо и уныло. Только ели, сосны и пышные ёлки оживляли эту картину своей вечнозелёной листвой, но их зелень казалась неуместной без привычного покрова сверкающего снега.
Дарина, вдохнув холодный воздух, просочившийся через щели в оконной раме, невольно нахмурилась. Её огненно-рыжие волосы упали на лицо, и она сердито убрала их назад, прикрывая задумчивый взгляд.
– Ну что это за Новый год без снега? – пробормотала она, разворачиваясь от окна и возвращаясь к друзьям.
Её голос прозвучал громче, чем она ожидала, и все в зале обернулись. Дарина встала посреди комнаты, уперев руки в бока, её драконьи крылья слегка подрагивали от раздражения.
– Костя! – обратилась она к внуку Кощея Бессмертного, который лениво прислонился к спинке кресла у камина. – Где снег?
Константин поднял голову, удивлённо моргнув. Его лицо – бледное, словно выточенное из мрамора, с тонкими чертами и серыми глазами, которые порой казались почти прозрачными, – отразило неподдельное непонимание.
– А я-то тут при чём? – невозмутимо ответил он, слегка нахмурившись.
– Ты же можешь управлять погодой! – возмущённо продолжила Дарина, не сводя с него требовательного взгляда.
Константин, словно в знак протеста, пожал своими узкими плечами и скрестил руки на груди.
– Но не снегом, – с явным раздражением протянул он, – им управляет Снежан.
Он кивнул в сторону юного фея, стоящего у ёлки.
Снежан оказался почти незаметным в оживлённой толпе, но теперь все взгляды обратились к нему. Это был юноша с утончённой, нежной внешностью. Его светлая кожа отливала лёгким перламутром, а на щеках играл нежный морозный румянец. Глаза, серебристо-голубые, смотрели робко, будто юноша не привык быть в центре внимания. Волосы – мягкие, словно свежевыпавший снег, переливались серебристыми искрами, будто покрыты инеем.
На нём был лёгкий наряд, сшитый из полупрозрачных тканей, напоминающих ледяные узоры, и перчатки, похожие на пушистый свежий снег. Его крылья – почти невидимые, как морозные узоры на стекле, – едва шевелились, отражая свет гирлянд.
Дарина нетерпеливо постукивала коготками по подлокотнику кресла, её зелёные глаза время от времени уносились к окну, за которым по-прежнему царила унылая серость. Ни одной снежинки, ни малейшего намёка на зиму. Она нахмурилась, встала и решительно направилась к Снежану.
– Снежан, где снег? – требовательно спросила она, скрестив руки на груди.
Юноша вздрогнул от неожиданности, его тонкие крылья чуть дрогнули, а серебристо-голубые глаза расширились в удивлении. Он даже слегка подпрыгнул, словно морозный ветерок подхватил его и поставил обратно.
– Не знаю…, – он нервно огляделся, будто ища поддержки у окружающих.
– Ты должен знать! – Дарина нетерпеливо переступила с ноги на ногу. – Ты же фей снежинок!
– Я? … – растерянно произнёс он, слегка отступив назад. Его голос был тихим, но приятным, словно зимний ветерок, осторожно проникающий сквозь щели.
Девушка шагнула ближе, улыбнувшись своей широкой, озорной улыбкой, от которой её клыки слегка блеснули.
– Конечно, ты! Кто же ещё? – подбодрила она его. – Разве Новый год без снега – это вообще Новый год?
Снежан замялся, его бледные пальцы нервно зажали край лёгкого ледяного плаща.
– Я… я не умею создавать снег, – промямлил он, неловко потупив взгляд.
Дарина недоверчиво прищурилась, склонив голову.
– Но ты же фей снежинок!
– Я фей полёта снежинок, – осторожно поправил он, подняв взгляд. В его глазах читалась искренняя доброта, но и смущение тоже. – Я помогаю им летать. Я не создаю их…
Дарина шумно выдохнула и картинно закатила глаза, словно этот ответ лишил её последней надежды.
– Да уж, – пробормотала она, качая головой. – Полезный у нас фей снежинок…
Снежан смущённо переминался с ноги на ногу, его крылья чуть подрагивали, будто зимний ветер прошёл сквозь них.
Дарина же уже потеряла к нему интерес. Она устало вздохнула и позвала свою саламандру:
– Умбра!
Где-то в тени ёлки мелькнуло гибкое тёмное тело, и в следующий миг из-под праздничных украшений выскользнула её фамильяр. Черная саламандра, напоминающая огненный язык пламени, стремительно подбежала к хозяйке. Её чешуйчатая кожа, отливающая угольно-алым, мерцала, как раскалённые угли в очаге.
Дарина нагнулась, подхватила Умбру и, поглаживая её по гибкому тельцу, посадила себе на плечо. Тёплая кожа фамильяра приятно грела даже сквозь одежду, и Дарина невольно почувствовала, как раздражение понемногу улетучивается.
Она бросила ещё один разочарованный взгляд в окно – серое небо всё так же оставалось безжизненным, а земля – голой и унылой. Потом перевела взгляд на Снежана, который всё ещё выглядел растерянным и немного виноватым.
– Ладно… – протянула она, – переживу и без снега.
Но в голосе её не было уверенности. Новый год без снега казался неправильным.
Дарина махнула рукой и направилась к своим подругам, а Умбра, уютно устроившись на её плече, тихонько шевельнула хвостом, словно разделяя настроение хозяйки.
Кира и Алиса стояли у двери, обмениваясь тихими словами. В руках у Алисы была маленькая шишка, которую она крутила между пальцами, пока Кира рассказывала ей о своём последнем эксперименте с лесными травами, и как с помощью них она манипулировала сновидениями. Морок, её фамильяр, был абсолютно расслаблен, обернувшись кольцом на её плечах, и лишь длинный змеиный хвост изредка поскрипывал. Искра, яркая и игривая, бегала между ними, мелькая рыжим хвостом, словно огоньки на зимней ёлке, норовя всё время попасть в центр внимания.
Когда Дарина подошла, её лицо было исполнено недовольства, её слова звучали немного горько, как тяжёлое снежное облако, не способное прорваться.
– Ну, вот какой Новый год без снега, – разочарованно повторила она, усаживаясь на ближайший стул и взглядом уперевшись в окно, за которым не было ни снежинки.