Погорельская Екатерина – Легенда о цветке и клинке (страница 1)

Погорельская Екатерина

Легенда о цветке и клинке

Глава 1. Невидимые взгляды.

Юи проснулась от чудесного пения под окном. Она медленно открыла глаза, наслаждаясь первыми лучами утреннего солнца, пробивающимися сквозь занавески. Комната наполнилась мягким золотистым светом, придавая всему вокруг ощущение уюта и тепла.

Она потянулась, ощущая приятную легкость во всём теле, и прислушалась. Птички за окном радостно щебетали, порхая с ветки на ветку, словно делились своими радостями.

Юи села на кровати и улыбнулась:

– Доброе утро, мир… Как же красиво поют птички сегодня.

Она подошла к окну, отодвинула занавеску и замерла, восхищённо глядя на картину за стеклом. Сакура, что росла прямо под её окном, покрылось нежно-розовыми цветами. Её тонкие ветки слегка покачивались на утреннем ветру, а лепестки медленно кружились в воздухе, словно танцуя.

– Вот это да… Весна пришла, – тихо прошептала Юи, прижимая руки к груди.

Птицы, сидевшие на ветках, на мгновение замерли, словно услышали её голос, а потом снова продолжили свою мелодию, ещё более звонко и радостно.

– Даже им весело, – рассмеялась Юи, наблюдая, как маленький воробей неуклюже перебирается с одной ветки на другую.

Она вдохнула полной грудью свежий воздух, наполненный лёгким ароматом цветущей сакуры. Этот запах всегда напоминал ей о детстве, о том, как она бегала с друзьями по улицам, ловя падающие лепестки.

– Может, сварить себе зелёный чай и выйти на крыльцо? – пробормотала она, всё ещё глядя на дерево.

От этой мысли на душе стало ещё теплее. Ведь впереди её ждал чудесный день, полный возможностей, встреч и, возможно, неожиданных сюрпризов.

Юи всё ещё наслаждалась утренним спокойствием, когда дверь её комнаты скрипнула, и внутрь вошла няня – крупная, дородная женщина средних лет. Она была облачена в строгое тёмное кимоно, а её круглое лицо выражало смесь заботы и лёгкого раздражения.

– Юи, ты уже проснулась? – её голос был громким и чуть хрипловатым. – Давай вставай, нечего валяться!

Девушка вздрогнула от неожиданности и нехотя потянулась, зевая и лениво отбрасывая одеяло.

– Сейчас встану, Томоко… – пробормотала она, всё ещё сонно потирая глаза.

Няня скрестила руки на груди, нетерпеливо постукивая ногой по полу.

– Ну-ну, быстрее, – продолжила она, нахмурившись. – Сегодня твой первый день в новом колледже, и ты не должна опоздать.

Юи вздохнула. С одной стороны, её волновало предстоящее поступление, но с другой – прощаться с размеренным утренним блаженством ей совсем не хотелось.

– Всё-всё, иду, – наконец сказала она, встав с постели и чувствуя, как холодный воздух заставляет её окончательно проснуться.

Она быстро оправила ночную рубашку и, зябко передёрнув плечами, пошла за няней.

– Умывайся, одевайся, – командовала Томоко, направляясь в сторону ванной комнаты. – Я уже приготовила тебе завтрак. Не вздумай тянуть время, иначе есть придётся на ходу.

Юи кивнула, хотя мысленно уже представляла, как тащит себя к столу с едва открытыми глазами.

– Колледж… – пробормотала она себе под нос, заглядывая в зеркало и оценивая своё заспанное отражение. – Интересно, каким он окажется?

За окном снова щебетали птицы, а в воздухе витал аромат сакуры. Новый день, новые возможности. И пусть он начался с ворчливой няни, в глубине души Юи чувствовала – что-то интересное непременно произойдёт.

Когда Юи и няня вошли на кухню, в воздухе витал аромат свежего кофе и тёплого хлеба. На столе уже стоял завтрак: тарелка с воздушными омлетами, хрустящие тосты с джемом, чашки с дымящимся зелёным чаем.

За столом сидела её мать – красивая, ухоженная женщина с фарфорово-белой кожей. Длинные, словно смоль, волосы были идеально уложены, а лёгкий макияж подчёркивал её аристократические черты. Она элегантно держала в одной руке чашку с кофе, в другой – круассан, который надкусывала с неторопливой грацией.

Напротив неё, за другой стороной стола, сидел отец. Он был её полной противоположностью: невысокий, с небольшим животом, который угрожающе давил на пуговицы его военной рубашки, щедро украшенной нашивками и медалями. Лоб его украшали залысины, а взгляд выражал суровую сосредоточенность. Он пил кофе большими глотками, словно спешил на войну даже за завтраком.

– Доброе утро, дорогая, – произнесла мать мелодичным голосом, едва взглянув на мужа.

– Доброе, – буркнул он, даже не поднимая глаз от чашки.

Юи несмело улыбнулась.

– Доброе утро, – произнесла она, садясь за стол.

Мать кивнула ей с лёгкой улыбкой.

– Садись, позавтракай с нами. Сегодня у тебя важный день.

Юи взяла ложку и принялась за завтрак, но аппетита почти не было. Волнение перед первым днём в колледже сжимало желудок. Она взглянула на родителей: мать продолжала пить кофе, словно она актриса на утренней съёмке, а отец быстро доедал свой завтрак, наспех вытирая рот салфеткой.

– Ты должна произвести хорошее впечатление, – неожиданно сказала мать, слегка приподняв бровь. – Помни, внешность играет важную роль.

– У неё и так всё будет в порядке, – буркнул отец, отставляя чашку. – Главное – быть дисциплинированной.

Юи кивнула, не зная, как реагировать. Для матери важно было выглядеть идеально, для отца – соблюдать порядок. А что важно для неё самой?

Она задумчиво откусила кусочек тоста, наблюдая, как мать с изяществом отломила кусочек круассана, а отец, уже готовый уйти, поправил ремень, который едва держал его живот.

– Томоко, следи, чтобы она не опоздала, – бросил он, поднимаясь.

– Конечно, господин, – почтительно ответила няня, кивнув.

Юи вздохнула.

«Ну, вот и началось».

Отец допил кофе и громко поставил чашку на стол, так что она слегка звякнула о блюдце. Он вытер рот салфеткой, затем посмотрел на Юи строгим, чуть усталым взглядом.

– Ешь только быстрее, я тебя отвезу и на службу, – сказал он, поправляя ремень, который уже едва выдерживал натиск его живота. – Надеюсь, ты всё собрала?

Юи уже открыла рот, чтобы ответить, но краем глаза заметила, как мать медленно подняла взгляд на неё. Этот взгляд был не просто строгим – в нём читалось молчаливое наставление:

«Не разговаривай, когда ешь. Это неприлично. Ты же девушка».

Она тут же закрыла рот и, проглотив кусок, просто кивнула.

– Хорошо, – коротко бросил отец, явно удовлетворённый таким ответом. Он снова взглянул на часы. – Только поторопись, а то мне ещё на пост заступать.

Юи поспешно доела остатки завтрака, чувствуя, как лёгкое напряжение окутывает кухню. Мать элегантно отставила чашку, сложив руки на столе, а отец уже поднялся, заправляя рубашку и поправляя китель.

– Надеюсь, ты не будешь тратить время на глупости, – добавил он, бросив взгляд на дочь. – Учёба – это важно, но не забывай, что дисциплина – основа всего.

Юи молча, кивнула, опуская глаза в тарелку.

– Не дави на неё, – спокойно произнесла мать, небрежно поправляя прядь волос. – Первый день в колледже – уже достаточный стресс.

Отец лишь фыркнул, но ничего не ответил.

Юи чувствовала, как внутри поднимается лёгкое раздражение. Они оба заботились о ней, но каждый по-своему: мать хотела видеть её утончённой, воспитанной девушкой, а отец – дисциплинированной и целеустремлённой. А что, если она не вписывается в эти рамки?

– Я готова, – сказала она, отодвигая стул и поднимаясь.

Отец лишь кивнул, направляясь к выходу. Мать взглянула на неё оценивающе, но промолчала.

– Удачного дня, Юи, – добавила она спустя мгновение.

– Спасибо, мама, – тихо ответила Юи и, бросив последний взгляд на кухню, пошла вслед за отцом.

За окном уже светило солнце, а на ветках сакуры продолжали порхать птицы, наполняя воздух радостным щебетом. Но внутри Юи чувствовала, что день будет совсем нетаким лёгким и воздушным, как этот утренний пейзаж.

Они прошли в комнату Юи, где на кровати уже лежали аккуратно собранные сумки. Отец, не говоря ни слова, подхватил их одной рукой, словно они ничего не весили. Юи в последний раз оглядела свою комнату: аккуратно заправленная постель, книжная полка с томиками по истории магии, старый плюшевый лисёнок, которого она держала с детства. Всё это оставалось позади – теперь её ждала новая жизнь.

Спускаясь по лестнице, она чувствовала, как сердце учащённо стучит. Волнение смешивалось с раздражением.

«Колледж… место, где меня будут учить быть красивой, изящной и послушной. Как будто это единственная роль, которая предназначена женщине».

Когда они подошли к входной двери, мать уже ждала их. Она стояла в идеально подобранном наряде, её длинные волосы блестели, а кожа была безупречно белой. Всё в ней излучало утончённость и грацию – образ, который она тщательно поддерживала.