Питер Вронский – Серийные убийцы от А до Я. История, психология, методы убийств и мотивы (страница 99)

Но тут есть и оборотная сторона – жертва должна принимать в расчет то, что на ее сопротивление преступник ответит эскалацией насилия. Исследования показывают противоречивые результаты относительно действенности сопротивления со стороны жертвы. В одном исследовании выяснилось, что из серьезно пострадавших жертв насилия только 41 % получили свои травмы после сопротивления. Остальные 59 % пострадали без сопротивления²⁷⁸. Другие исследования выявили, что определенные типы насильников (завоевывающие власть, выплескивающие гнев, возбуждающиеся от гнева) наносили тем жертвам, которые сопротивлялись, более серьезные травмы; у утверждающих власть степень насилия не менялась в зависимости от сопротивления жертвы²⁷⁹.

Еще одно исследование показало, что серийные преступники делятся на два типа: наращиватели, у которых прослеживается тенденция наращивать степень насилия в ходе их преступной карьеры, и не-наращиватели, у которых данной тенденции нет. Два этих типа демонстрируют разные паттерны реагирования. Паттерны реагирования варьируются также в зависимости от того, на какой стадии карьеры – ранней, зрелой или поздней, – находится преступник. По данным исследования, сопротивление жертвы оказалось связано не со степенью насилия, а с количеством времени, которое преступник проводит с жертвой. Нападения на сопротивляющихся жертв длились в два-три раза больше, чем на пассивных. Это происходило не только потому, что на подавление сопротивления требовалось дополнительное время, но и потому, что многие преступники получали удовольствие от сопротивления жертвы²⁸⁰.

Вербальное неконфронтационное переубеждение

Во многих случаях серийные убийцы «деперсонализируют» своих жертв – они заменяют ими других людей, участвующих в их фантазиях. Тед Банди говорил, что избегал вступать с жертвами в долгие разговоры, потому что тогда начинал замечать у них индивидуальные характеристики. ФБР предполагает, что разговор, пожалуй, самый эффективный способ выпутаться из сложной ситуации.

Скажите насильнику, что вы могли бы сначала выпить пива, предлагает ФБР. Это не так глупо, как кажется. Любая внезапная реакция может отвлечь насильника и дать жертве время, чтобы сориентироваться и найти пути отхода. Постарайтесь переключить насильника на свою личность: «Мы ведь с вами незнакомы. Почему вы хотите напасть на меня? Я ничего вам не сделала. А что если бы я была близким вам человеком? Как бы вы тогда к этому отнеслись?» Ведите диалог в настоящем времени, напоминает ФБР – серийные убийцы редко заглядывают в будущее. Не используйте фраз вроде «вы за это сядете в тюрьму» – так вы только напомните преступнику, что ему придется вас убить, чтобы избавиться от потенциального свидетеля – даже если вы ему понравились. Самое главное, не делайте типичной для женщин ошибки, говоря: «А если бы на моем месте была ваша мать, дочь или сестра?» Вполне может быть, что именно мать, дочь или сестру в вашем лице он и хотел бы изнасиловать и убить. Заявлений вроде «у меня ВИЧ» или «я беременна» тоже лучше избегать, потому что они могут подтвердить фантазию преступника о том, что вы «плохая» и заслуживаете изнасилования и смерти.

Есть немало сведений о серийных убийцах, которые проникались сочувствием к жертвам, узнав что-то о них. Монти Риссел, который убил пятерых женщин, отпустил одну из жертв, когда та сказала, что у нее отец умирает от рака, – его собственный отец тоже умер от этой болезни. Бобби Джо Лонг, который убил минимум десять женщин, пожалел похищенную им девушку, когда она призналась ему, что в детстве ее изнасиловали, и отпустил ее. Кристофер Уайлдер отправил одну из похищенных жертв домой на самолете. Однако следует заметить, что во всех упомянутых случаях выжившие жертвы все равно были изнасилованы.

Артур Шоукросс убил одиннадцать проституток в окрестностях Рочестера, однако вспоминал, как оставил одну в живых:

Знаете, я держал ее за горло, а она отбивалась и повторяла: «Прошу, я же на лечении». Она сказала: «Я знаю, ты тоже на лечении». И когда она это сказала, я вдруг понял, что творю… я сел обратно на водительское сиденье и просто сжал руки, весь дрожа, и заплакал. «Что я делаю?..» Это меня потрясло. Я просто отвернулся и сказал: «Что, черт побери, я делаю?» Знаете, как это бывает? Потом мы немного поговорили. Потом она спросила, не отвезу ли я ее домой. Я сказал: «Ладно»²⁸¹.

Установление личностной связи с серийным убийцей по сути является той же тактикой, какую сами серийные убийцы применяют для заманивания жертв («объединение»); превращение из «меня и его» в «нас» иногда может сработать.

К несчастью, гораздо больше данных существует о том, как серийные убийцы проникаются сочувствием к жертвам уже после убийства. Сочувствие может выражаться в том, что преступник убьет жертву быстро и безболезненно или, как Эд Кемпер, будет навещать место, где спрятан труп, преследуемый угрызениями совести. Альберт де Сальво не стал раскладывать в унизительной позе тело жертвы, которая ему понравилась, но все равно сначала изнасиловал ее и задушил.

В разгар атаки диалог с преступником вряд ли чем-то поможет. Более-менее сообразительный преступник не захочет оставить жертву в живых, даже если она понравится ему, потому что ему не нужны свидетели.

Физическое переубеждение

Вы можете выкручиваться, толкаться, пинаться и использовать различные приемы умеренной силы, чтобы удерживать преступника на расстоянии. Это, конечно, зависит от вашей собственной физической формы и выносливости, однако так можно измотать преступника или внушить ему, что вы не будете легкой уступчивой жертвой. Отрицательная сторона этой тактики в том, что насильников определенного типа сопротивление только возбуждает, приводя к эскалации атаки.

Другая разновидность физического переубеждения – изобразить, что вы задыхаетесь, давитесь, падаете в обморок; что у вас судороги, припадок, психическое заболевание, неконтролируемое мочеиспускание или дефекация. Все эти реакции могут оттолкнуть потенциального насильника, но, с другой стороны, у садистического типа они приведут к эскалации. У ФБР нет четких выводов на этот счет – результаты исследований достаточно противоречивые, и полагаться на них нельзя.

Покорность

Покорная жертва транслирует насильнику: «Не причиняй мне боли, и я буду делать, что ты скажешь». Это может на короткое время приостановить насилие и дать жертве время, чтобы устроить побег. ФБР рекомендует покорность как последнюю меру, потому что она крайне редко обеспечивает выживание. Более того, покорность может привести к эскалации насилия у некоторых типов преступников. Монти Риссел под дулом пистолета изнасиловал проститутку, которая не особенно боялась секса с незнакомцами. В попытке избежать жестокого насилия она была готова во всем уступать преступнику. Тем не менее Риссел убил ее. Позднее он объяснял: «Она спросила, как мне больше нравится. Такое впечатление, что сучка пыталась меня контролировать». Последняя жертва Ричарда Коттингема уверяла его, что ради секса ее не нужно сковывать наручниками, но именно для этого он на нее и напал. Он изнасиловал девушку и пытал ее еще много часов.

Один серийный убийца миссионерского типа, профиль которого составлял Рональд Холмс, считал, что его миссия – избавить мир от проституток. Он признался, что по крайней мере в десятке случаев грозил женщинам пистолетом и требовал, чтобы они «позволили» изнасиловать их. Далее, по его словам, он отпускал тех, кто говорил, что лучше умрет, чем допустит изнасилование. Однако три жертвы, испугавшись, согласились; он изнасиловал и убил их, сочтя покорность за доказательство того, что они проститутки²⁸².

Договорная покорность может быть еще хуже – вспомните студентку психологического факультета Беверли Сэманс, на которую напал Альберт де Сальво (см. Главу 2). Она согласилась на то, что он может прикасаться к ней, но не насиловать. Однако такая «торговля» напомнила де Сальво его жену, и он пришел в ярость от попытки Сэманс «контролировать» его. Он двадцать два раза ударил ее ножом – Сэманс оказалась единственной жертвой Бостонского душителя, убитой с такой жестокостью.

С другой стороны, одна из жертв Криса Уайлдера, которую он держал взаперти в номере мотеля, покорностью добилась того, что ей представился шанс прокрасться в ванную, где она начала отчаянно звать на помощь. (Уайлдер изнасиловал и убил двенадцать женщин в 1984 году, после чего ударился в «запой», убивая по всей стране, когда первая его серия убийств была раскрыта.) Последнее, что следует добавить: покорность сама по себе вряд ли спасет вам жизнь; однако покорность как прелюдию к бегству нельзя сбрасывать со счетов.

Вы уже поняли, что прогноз неблагоприятный – выжить, оказавшись в лапах серийного убийцы, крайне маловероятно. То, что с одним типом личности станет вам смертным приговором, может сохранить вам жизнь с другим. Естественно, жертва в момент нападения вряд ли станет составлять профиль преступника, чтобы решить, к какому типу он относится. Поэтому ФБР разработало нечто вроде рекомендуемого общего подхода, базирующегося на приемах, которые логически и статистически дают жертве хотя бы небольшой шанс на выживание.