Питер Вронский – Серийные убийцы от А до Я. История, психология, методы убийств и мотивы (страница 50)

Любопытный факт: чем больше Гейси убивал, тем дружелюбнее себя вел. Его клоун Пого появился как раз на вершине карьеры убийцы. Он закатил большой праздник для соседей, по собственному почину очистил от снега все дорожки в районе. Представитель местной Демократической партии вспоминал: «Ему можно было поручить что угодно – расставлять стулья, мыть окна, даже починить кому-нибудь кран. Я не знаю никого, кто бы его не любил».

В какой-то момент после ареста Гейси заявил, что у него внутри живет «Другой парень», который и совершал убийства. Тим Кэгилл пишет:

Возможно, наркотики и алкоголь выпускали этого Другого парня наружу… Джон говорил врачам, что в этом Другом парне много от Старика. Однако, если его выпустить на свободу, он сразу кинется охотиться за каким-нибудь молоденьким проститутом. А за спиной у него будет стоять рассерженный отец, тот самый алкоголик, который его бил… Наутро он найдет тело, протрезвеет и упрячет его в подвале, чтобы навсегда забыть – как о пьяных выходках отца¹¹⁹.

Пять трупов, включая Роберта Писта, так и не удалось найти. Гейси говорил, что выбросил их в реку. Поскольку многие жертвы Гейси были бездомными подростками, сбежавшими из разных городов, полиция и криминальные антропологи потратили много лет на то, чтобы идентифицировать двадцать девять тел, найденных в его доме. Им удалось установить имена некоторых жертв, но восемь из них остаются неопознанными по сей день.

Профайлер ФБР Роберт Ресслер, беседовавший с Гейси после вынесения приговора, утверждает, что Гейси называл своих жертв «никчемными маленькими педиками, проститутками». Ресслер упрекнул его за это – разве он сам не гомосексуал? Гейси ответил, что его жертвы были отбросами общества, а он – преуспевающий бизнесмен. Более того, Гейси объяснил, что был слишком занят, чтобы водить дамочек по ресторанам и ухаживать за ними – вот и пришлось обходиться мимолетным сексом с мужчинами.

Гейси говорил: «Все, что у них на меня есть, не стоит выеденного яйца. Никто так и не смог связать меня с жертвами и собственно с преступлениями… Если вы скажете, что я спал в одном доме с трупами, я соглашусь, но в той же комнате – нет! Хотя мертвые, конечно, тебя не побеспокоят – а вот живые могут».

Гейси прожил еще пятнадцать лет, раздавая интервью и принимая посетителей. В тюрьме он заделался художником и несколько галерей выставляли его примитивные картины, в основном с клоуном Пого. Он открыл собственную телефонную линию с кодом 900, куда люди могли звонить, чтобы послушать сообщение, записанное его голосом, где он заявлял о своей невиновности. В 1986 году он едва не женился в третий раз, на одной из многочисленных женщин, писавших ему письма и навещавших в тюрьме. Джона Уэйна Гейси казнили с применением смертельной инъекции 10 мая 1994 года, после того как его апелляция была отклонена.

Проблема с классификациями, описанными выше, заключается в том, что система ФБР с «организованным», «дезорганизованным» и «смешанным» типами кажется слишком размытой, а «смешанный» тип вообще не имеет смысла. Категории «визионер» – «миссионер» – «гедонист» – «стремящийся к власти/контролю» помогают в оценке мотива, но мало способствуют выявлению личности убийцы. Ни одна из этих классификаций, включая те, которые описаны в Руководстве по классификации преступлений ФБР, не используется в крупных компьютерных системах отслеживания убийств в США: ни в VICAP, разработанной собственно ФБР; ни в HITS (системе отслеживания убийств) в Вашингтоне, Орегоне и Айдахо; ни в ViCLAS (канадской системе анализа насильственных преступлений)¹²⁰.

Самую современную на данный момент классификацию разработал знаменитый криминалист доктор Роберт Кеппел – ветеран в расследованиях серийных убийств, на счету которого более пятидесяти дел, включая преступления Теда Банди, убийства детей в Атланте и убийства Грин-Ривер¹²¹. Его система сосредоточена на категоризации сексуальных «сигнатурных» убийств, одиночных и серийных, и базируется на характеристиках, впервые предложенных в 1980-х Роем Хейзелвудом и Энн Берджесс для классификации насильников. В следственных целях Кеппел предлагает пользоваться следующей классификацией сексуальных серийных убийц, включающей четыре категории: «утверждающий власть», «завоевывающий власть», «выплескивающий гнев» и «возбуждающийся от гнева».

Убийцы, утверждающие власть

Убийцы, утверждающие власть, совершают преступление, планируя изнасилование, но не убийство; жертвой может быть и мужчина, и женщина. Убийство происходит в результате выплеска агрессии в попытке контролировать жертву. Главным мотивом преступления является утверждение мужской власти над жертвой мужского или женского пола. (Помните, секс и влечение не играют особой роли в большинстве изнасилований – это преступление агрессии и контроля.)

Убийцы этого типа постепенно учатся и совершенствуют свои методы, базируясь на предыдущем опыте. Их жертвами становятся незнакомцы, которых они стараются застать врасплох, когда выдается возможность. Убийцы либо находят их на улице, либо стараются выманить из дома или с рабочего места. Если жертву похищают на улице, тело выбрасывают где-нибудь еще, но не там, где произошло похищение. Если жертву убивают у нее/него дома, тело обычно не подвергается посмертному калечению. Одежда на ней, как правило, порвана, на теле следы побоев. Орудие убийства преступник приносит с собой: это могут быть нож или веревка, которые воспринимаются убийцей как символы его маскулинности.

Степень насилия в ходе преступления ограничивается представлениями убийцы об извращениях и девиациях – калечение трупа встречается редко. Как правило, на месте преступления остаются следы спермы; преступник насилует жертву несколько раз, прежде чем убить. После убийства преступник не стремится сохранить с жертвой связь; место преступления он максимально зачищает от улик. Убийца понимает, что социальный имидж защищает его от подозрений, и эмоционально отстраняется от совершенного убийства, чтобы вскоре повторить его снова. Одновременно он чувствует жажду власти и признания, поэтому хочет как-то заявить о себе или быть заподозренным. Он может намекать на свое участие в подобного рода преступлениях друзьям, коллегам, сокамерникам или даже полиции.

Убийцам, утверждающим власть, обычно около двадцати лет. Они изо всех сил стараются подчеркнуть свою мужественность, причем в довольно примитивной манере, хотя внутри совсем в ней не уверены. Часто они занимаются бодибилдингом, делают татуировки, ездят на мощных автомобилях, носят оружие и хвастаются физической формой. Они агрессивны, вспыльчивы и заносчивы по отношению к окружающим, что зачастую делает их одиночками. Другие люди не видят в них «командных игроков». У них может быть за плечами неудавшийся брак или серьезные отношения; бывшие спутницы считают их «чересчур контролирующими».

В старшей школе их отвергают из-за недостаточной мужественности, и они могут увлечься порнографией, но ее выбор ограничивается «мягкой» эротикой вроде журналов «Плейбой» или «Пентхаус». Если они попадают в армию, то служат довольно плохо и зачастую преждевременно демобилизуются из-за отсутствия социальных «командных» навыков. Могут совершать преступления, связанные с демонстрацией власти: кражи со взломом и грабежи.

Убийцы, завоевывающие власть

Убийцы, завоевывающие власть, тоже планируют изнасилование, но не убийство. Главным их мотивом является фантазия о соблазнении и покорении. Преступник ждет от жертвы подтверждения того, что он доставляет ей удовольствие, что он лучший любовник, чем все остальные. Убийство происходит, когда поведение жертвы противоречит этой фантазии или прерывает ее. Преступник либо впадает в ярость, либо хладнокровно убивает жертву, а уже потом реализует свою фантазию, прибегая к посмертному калечению или некрофилии. Убийство происходит, если не удалось изнасилование.

Убийца, завоевывающий власть, тщательно выбирает и выслеживает жертву; бывает, что ею становится случайная знакомая или соседка. Жертва обычно на десять -пятнадцать лет старше или младше преступника. Жертву-ровесницу он может выбрать, если у него имеются некие психические или физические заболевания. Главной для него являются его фантазия и уязвимость жертвы, а не ее тип. Он приспособит фантазию под ту жертву, которую выбрал.

Преступник использует метод кнута и пряника, чтобы получить контроль над жертвой. Он постепенно привыкает пользоваться оружием – первое преступление совершает безоружным, на второе может взять пистолет, но не выстрелить, а на третье – нож, которым действительно может убить жертву. В самом начале изнасилования он ведет себя вежливо, по-джентльменски: спрашивает жертву, удобно ли ей, и наслаждается ли она – этакий «галантный насильник». Он хочет подтверждения своей сексуальной привлекательности, а не добившись его, становится жестоким и переходит к убийству.

Когда жертва мертва, он может продолжать осуществление своей фантазии путем некрофилии, уродования трупа и ритуальных действий. Следов эякуляции на месте преступления обычно не остается, потому что изнасилование не удалось и фантазия была прервана. Удовлетворение преступник получает от посмертных актов и ритуалов, поэтому стремится повторить свое преступление, а в последующих эпизодах становится все более жестоким. Он может брать с места преступления «сувениры» и собирать газетные вырезки, чтобы в фантазии поддерживать связь с жертвой.