Питер Уоттс – Огнепад: Ложная слепота. Зеро. Боги насекомых. Полковник. Эхопраксия (страница 148)
Брюкс поднял глаза от горелки. Джим невозмутимо взглянул на него в ответ.
– Джим, ты же сам рассказал мне, как все работает. «Их сгоняют в стадо. Ставят на службу целям, которые они никогда не поддержали бы, когда бы знали, в чем дело», – помнишь? Ведь кто-то придумал эту схему.
– Может быть. А, может, и нет, – полковник пристально смотрел в какую-то точку за левым плечом Брюкса.
«Ты же сейчас не здесь. Твой разум наполовину где-то там, разговаривает с призраками…»
– Существует целая сеть, – сказал Мур. – Перпендикулярная всем облакам и взаимодействующая с ними, не знаю… как темная материя взаимодействует с барионной. Слабые эффекты, едва различимые. Ее трудно отследить, но она вездесуща. Идеально приспособлена для корректировок, с помощью которых мы «собираем войска», так у нас любят говорить. И знаешь, что самое примечательное, Дэниэл?
– Скажи.
– Насколько нам известно, эту штуку никто не строил. Мы ее просто открыли и использовали для своих целей. Теоретики говорят, это независимое свойство объединившихся социальных систем. Вроде супраразумных сетей твоей жены.
– Ну, да, – ответил Брюкс, помолчав.
– Ты, похоже, мне не веришь.
Дэн покачал головой:
– Скрытый супернет с тонкими настройками для манипуляций пешками, а также со специальным набором возможностей, заточенных под военное применение. И ты мне хочешь сказать, что он просто так взял и появился?
Мур слабо улыбнулся:
– Разумеется. Ни одна сложная, тонко отстроенная система не могла просто эволюционировать. Ее кто-то должен был создать.
«Черт».
– Признаюсь, я знаком с этим доводом, – сказал Мур. – Но никогда не думал, что услышу его от биолога.
Даже наполовину отсутствуя, полковник спуску не давал.
Инструмент был создан еще до того, как понадобился своему хозяину.
Он проснулся от звука прерывистого дыхания. По ткани палатки двигалась тень.
– Ракши?
Полог разделился прямо посредине. Она заползла внутрь, как безутешный ребенок, возвращающийся в утробу. Даже здесь, щекой к щеке, она не стала смотреть ему в лицо; выгнулась, легла спиной к Дэну, свернулась калачиком и сжала кулаки.
– Э… – начал Брюкс.
– Я говорила он мне не нравится и теперь глянь, – тихо сказала Сенгупта. – Мы не можем верить ему таракан он-то мне никогда не нравился но ты ему доверял ты по крайней мере понимал на каких основаниях он действовал. А теперь… он будто постоянно отсутствует. Я не знаю что он теперь.
– Он потерял сына. И винит себя. Люди справляются с таким по-разному.
– Не в этом дело он потерял своего парня много лет назад.
– Но потом вернул. Пусть лишь на мгновение. Ты представляешь, каково это… справиться с потерей того, кого любишь, а потом выяснить, что он не умер, хоть и далеко, но говорит. Неважно, с тобой или нет, главное, это он. У тебя появляется что-то новое, ты не просто проигрываешь симуляцию, не барахтаешься в одном и том же видео снова и снова. Она жива, она действительно там, и…
Он осекся и подумал, заметила ли Ракши.
«Я мог ее вернуть, – сказал Дэн про себя. – Хоть не во плоти и не в реальном мире, но, по крайней мере, в реальном времени. Это всяко лучше загробного монолога, за который цепляется Джим. И всего-то надо было постучаться в дверь Небес…»
Чего, разумеется, он поклялся никогда не делать.
– Он говорит Сири жив, – прошептала Сенгупта. – Говорит он возвращается домой.
– Может, и так. Тот отрывок из передачи, почти в начале, помнишь? Про гроб.
Она пробежала пальцами по внутренней поверхности палатки. Там тут же появились слова:
Брюкс кивнул:
– Да, оно самое. Если верить сообщению, Сири уже не на «Тезее».
– В челноке. Шаттле.
– Похоже, он пролетел границу системы. Ему понадобится вечность, чтобы добраться до Земли, но на борту спаскапсулы должна быть гибернационная камера. – Он положил руку Сенгупте на плечо. – Может, Джим прав, и его сын действительно возвращается домой.
Дэн лежал, вдыхая запах масла, плесени, пластика и пота, и наблюдал за тем, как его дыхание ворошит волосы на голове Сенгупты.
– Что-то возвращается, – сказала она, наконец. – Может и не Сири.
– С чего ты взяла?
– Оно говорит как-то неправильно в речевых паттернах какие-то тики оно постоянно повторяет «представь себе, что ты то» «представь себе, что ты это» и иногда речь настолько рекурсивная что кажется оно пытается запустить какую-то модель…
«Представь себе, что ты – Сири Китон», – вспомнил Брюкс. И из более позднего отрывка: «Представь себе, что ты – машина».
– Это же литературная искусственность. Он пытается быть поэтичным. Вроде как хочет поместить себя в голову персонажа, что-то в таком духе.
– Тогда зачем залезать в свою собственную голову зачем представлять каково это быть собой? – Она покачала головой, резкая, отрывистая конвульсия отрицания. – Сплайн-функции фильтры и алгоритмы шумокоррекции очень много отнимают. Без них слов не вычленить но чтобы услышать голос приходится их убирать. Поэтому я вроде как сделала ретроспективный анализ искала отрывок с реальным голосом и не знаю может я чересчур ослабила сигнал там было до хрена шума но я все-таки нашла один крохотный отрезок на сорок седьмой минуте. Слов там не разобрать но вроде можно различить голос и я не уверена тут ни в чем нельзя быть уверенным но у него большая проблема с обертонами.
– В каком смысле?
– Сири Китон мужчина а мне кажется на этой записи говорит не мужчина.
– Женщина, что ли?
– Может и женщина. Это если нам повезет.
– Ракши, ты о чем вообще? Ты имеешь в виду, что на записи может быть не человек?
– Я не знаю но я просто чувствую насколько этот голос неправильный. Что если все эти повторения… не литературная искусственность а своего рода симуляция? Что если там какое-то существо действительно пытается представить себя Сири Китоном?
– Голос Бога, – пробормотал Брюкс.
– Я не знаю я реально ничего не знаю. Но оно запустило крючки в профессионального убийцу с зомби-выключателем в башке. И я не знаю почему но когда вижу взлом узнаю его сразу.
– А откуда у этого существа столько информации? Откуда ему вообще известно о Муре?
– Оно наверное знало Сири а Сири знал полковника. Может этого достаточно.
– Я тоже ничего не понимаю, – признался Брюкс через секунду. – Взломать человеческий разум с шестимесячным временным лагом – это, конечно…
– Хватит меня касаться.
– Что?
Она сбросила его ладонь со своего плеча:
– Я знаю вы старички любите лапать мясной секс любите и все такое но остальным вроде меня не нужны люди чтобы расслабиться. Так что если не возражаешь я тут останусь но это ничего не значит ладно?
– Эээ, но это моя…
– Что? – спросила Ракши, по-прежнему глядя в другую сторону.
– Ничего, – он отодвинулся и прижался спиной к стене палатки. Так между ним и Сенгуптой оставалось сантиметров тридцать. Можно было даже вздремнуть, если никто не начнет ворочаться во сне.
Правда, усталости Дэн не чувствовал.
Сенгупта тоже не спала. Она царапала командную стену палатки, и та освещалась крохотными световыми шоу. Всплывал небольшой аниматик «Венца», отцентрованный по форпику, где МУР Д. то ли цеплялся за призрака, то ли марионеткой танцевал на нитях инопланетного разума; открывался вид на металлический ландшафт, где дрон искал сюрпризы, возможно, оставленные вампиршей; еле заметно мерцало смазанное пятно инфракрасного цвета там, где спящий монстр прятался в тенях.
Брюкс подумал, что такого понятия, как безопасное место, никогда не существовало. Человек мог легко найти иллюзию покоя в цифрах. Компания друга, тепло домашнего питомца ничем друг от друга не отличались; это всего лишь ствол мозга вспоминал уют от тепла чужого тела, что когда-то лежало рядом и прижималось, обороняясь против страхов в ночной тьме.
Сенгупта слегка повернула голову: скула, кончик носа в тусклой мгле.
– Таракан?