Питер Тримейн – Зомби! (страница 34)
В отчаянии Стив яростно кинулся на сержанта, взмахнул ногой и со всей силы, какую только смог собрать, двинул его. Удар пришелся Пироджи в челюсть, с хрустом запрокидывая голову полицейского назад и посылая его лететь спиной, с диким предсмертным воплем, с обочины дороги в черную бездну.
Тяжело сопя, Стив простоял, не двигаясь, несколько длинных секунд, пока не услышал отвратительный глухой стук от тела Пироджи, рухнувшего вниз на камни.
Он не почувствовал никакого сожаления, только посетовал на то, что полицейский прихватил свой револьвер, когда перелетел через обочину в пропасть. Оружие ему бы пригодилось.
Он повернул было назад, направляясь к брошенной машине Тейлора, но затем заколебался. Нет, он должен вернуться в Мерикейдж и спасти Джун. Машина может быть услышана. Лучше вернуться назад в деревню, отыскать, где Тейлор прячет Джун, и посмотреть, не может ли он осуществить ее побег.
У него не заняло много времени, чтобы добраться до окраины деревни. Задолго до того, как он подошел туда, он услышал крики людей и дикий ритм барабанов. Смешиваясь вместе, они образовывали странный, подавляющий звук. Люди крутились и поворачивались в танце посреди деревенской площади. Стив мог видеть, что они танцевали с диким самозабвением, которое далеко выходило за рамки «фестиваля», свидетелем которого он был несколькими вечерами ранее.
С одной стороны площади стояла большая, возвышающаяся платформа, на которой сгруппировалось несколько барабанщиков, их пригнувшиеся тела блестели от пота в свете сотен пылающих факелов. Они отбивали свой запутанный, живущий столетиями ритм, который, казалось, звучал в их собственном сознании.
Выделяясь, на платформе стояла изящная фигура полковника Гама, безупречно выглядевшего в своей военной форме, с руками, упиравшимися в бока, обозревавшего свое войско. Рядом с ним стояла фигура в покрытом перьями плаще, со змеиной маской на лице, фигура Верховного Жреца культа — отца Тейлора. Чуть позади него была фигура старухи — ее бледная, отвратительная плоть, даже на расстоянии, заставила Стива передернуть плечами и почувствовать тошноту. Пламя факелов отражалось в ее мертвых глазах. Была ли она действительно мадам Ласнекю — ужасной Мамой Мамбо, верховной жрицей этого вызывающего тошноту кровавого культа? Была ли она действительно зомби? Может, это было каким-то ночным кошмаром?
Барабаны отрывисто смолкли и это подсказало Стиву, что пора действовать.
Тейлор вытянул к толпе руку. Среди полуголых танцоров образовался проход и Стив увидел фигуру, которую грубо подталкивали вперед по направлению к платформе.
Он подавил в себе стон, поскольку узнал в ней Джун. Ее руки бессильно свисали, одежда была изорвана. Она споткнулась и зарыдала, увидев впереди платформу.
Стив сжал кулаки в бессильной ярости.
— Добро пожаловать, племянница! — крикнул Тейлор. Его голос теперь был странно певучим, на тон выше обычного и носил все интонации туземного островитянина.
— Добро пожаловать, внучка мадам Ласнекю, добро пожаловать, истинный дух Мамы Мамбо!
Толпа вокруг Джун заволновалась и начала петь какое-то поминальное песнопение.
Пытаться спасти ее не представлялось возможным. Стив огляделся вокруг, в отчаянии пытаясь обнаружить какое-нибудь оружие.
— Дети! — голос Тейлора резко оборвал песнопение. — Дети, этой ночью вы увидите грандиозное событие. Ваша кровь, ваши души возродятся в древней религии. Мы станем сильнее и одолеем врагов!
Возглас «Аминь!» огласил деревню.
Тейлор повернулся к Джун.
— И ты, племянница, твоя кровь и твоя душа, дадут жизнь подлинной Маме Мамбо. Армии мертвых восстанут по ее команде и сметут неверных прочь из этой страны. Неверные и малодушные, посмевшие отнять нашу землю, будут выметены из Маркуса и наш народ очистится от тех, кто повернулся спиной к истинной вере!
Толпа начала пронзительно кричать с диким самозабвением.
— Сегодня ночью мы приветствуем нашего Спасителя, нашего Покровителя, полковника Гама!
Толпа проревела в единодушном одобрении.
Тейлор поднял руку, унимая их.
— Сегодня ночью, дети мои, вы увидите, что я сдержал обещание. Мама Мамбо вернется и даст благословение Бога Земли для полковника Гама. Мы станем сильнее и одолеем врагов!
— Мы станем сильнее и одолеем врагов! — эхом повторила толпа.
Тейлор вышел вперед, подхватил что-то и затем поднял вновь правую руку. В свете факелов в ней заблестело длинное, злодейское лезвие ножа.
— Пришло время освятить кровь третьего колена семьи Ласнекю, в соответствии с верой наших предков!
К ужасу Стива, Тейлор вдруг повернулся и двинулся в направлении края платформы. Он пристально смотрел прямо в направлении убежища, в котором прятался Стив.
— Выходи вперед, Ламберт! — спокойно позвал он. — Выходи и будь свидетелем этого — подлинности святыни!
Глава 20
Джун обернулась с видом полного отчаяния и пронзительно закричала.
— Стив! Стив! — помоги мне!
Стив невольно шагнул вперед.
Толпа повернулась к нему, и дородный мужчина — Стив смутно опознал в нем Джин-Мэри, владельца бара — прыгнул вперед, схватил его за руку и выкрутил ее ему за спину так, что он согнулся почти пополам от боли.
Он услышал издевательский смех Тейлора среди шума остальных голосов.
— Тащите его сюда, дети мои. Тащите его сюда и пусть он станет свидетелем истинности нашей веры, чтобы он смог увидеть с самого начала, как оживет легион мертвецов, которых мы пошлем вперед для их миссии, победной миссии этой ночью.
— Вперед! — прошипел Джин-Мэри, резко дернув ему руку и заставив Стива вскрикнуть от боли.
Он шагнул, направляясь к платформе.
И тут земля начала бурно содрогаться. Прокатился рев, словно старый поезд прошел под парами, что-то треснуло, словно миллион ружей выстрелили одновременно. Небо, казалось, покинула ночная мгла и на смену ей пришел блеск солнечного дня. Столб пламени с ревом вырвался из кратера горы Висячее Дерево. Искры выстрелили наружу, падая вниз вместе с кусками расплавленного камня.
Дрожавшая земля была причиной тому, что люди спотыкались и падали. Джин-Мэри неловко повалился, позволив Стиву высвободить руку. Со страхом Стив увидел, как несколько кусков раскаленного добела камня с шипением прорезали воздух над Мерикейджем. Один из них описал дугу в направлении платформы и вдребезги разнес изящную фигуру полковника Гама.
Сильнейшее сотрясение земли стало причиной тому, что Стив споткнулся и упал на колени.
Люди вокруг него пронзительно кричали и стонали. Затем, так же внезапно, как это началось, землетрясение прекратилось. В какой-то момент показалось, что время остановилось, люди стояли словно статуи, все до одного в безмолвии, их глаза смотрели на вершину горы Висячее Дерево. Все это было похоже на какую-то живую, гротескную картину.
Затем — еще раз — земля начала трястись и трепетать, отчего люди попадали туда и сюда.
Шум стоял невероятный. Взрывы горной породы, волны шипящих струй раскаленной добела лавы, ливень искр, хруст разламывающихся камней и новая трещина, раскрывшаяся поперек горы. Все вносило свой вклад в эту дикую какофонию, похожую на сценку из дантового Ада. Это смешалось с ужасными, пронзительными воплями и плачем перепутанных людей.
Стив, обнаружив, что Джин-Мэри чересчур занят собой, чтобы обращать на него внимание, осторожно поднялся на ноги. То ли от страха за Джун, то ли напуганный вулканом, он обнаружил себя готовым к действию. Единственной мыслью, которая стучала в его мозгу, была мысль забрать Джун и бежать из этого взорвавшегося ночного кошмара.
Дородный хозяин бара, заметив его движение в направлении платформы, попытался вновь обрести равновесие и последовать за ним. Но Стив, еще пока Джин-Мэри пытался оторвать себя от трепетавшей земли, занес ногу и пнул его прямо в лицо. Мужчина пронзительно закричал и рухнул. Затем Стив бросился вперед, направляясь к фигуре Тейлора, который вопил непостижимые приказы, пытаясь внести какой-либо порядок в ряды охваченных паникой людей.
Джун заметила его приближение, и ее глаза загорелись надеждой. Тейлор, взглянув в ее лицо, проследил за ее взглядом и увидел Стива, приближающегося к платформе. Он выкрикнул приказание. Волоча ноги, старуха подошла и встала рядом с ним. Стив, не останавливаясь, нагнулся и подхватил с земли брошенный одним из танцоров посох. Большинство людей вокруг него метались взад и вперед, потеряв всякий интерес к церемонии, не проявляя интереса и к обугленным останкам человека, который был и правителем и богом на Сан-Микилоне.
Тем временем старуха-зомби спрыгнула с платформы и негибкими, закостенелыми ногами направилась к Стиву, растопырив руки. Стив быстро поднырнул под ее захват и нанес тяжелый удар прямо в живот концом посоха. Ее бесстрастное лицо не выразило никаких чувств и, к ужасу Стива, острый конец посоха, казалось, вошел сам собой внутрь гниющего тела женщины. Женщина что-то пробормотала и вырвала посох из слабых рук Стива одним мощным рывком.
В ярком свете, исходившем от лавы, спускающейся с вершины вулкана, Стив смог разглядеть вызывающее страх лицо его противника — изъеденная личинками, бескровная плоть со следами разложения и прежде всего эти мертвые, пристально глядевшие глаза. Его ноздри уловили ужасную атмосферу кладбища, резкое зловоние от гниения.