Питер Страуб – Пропавший мальчик, пропавшая девочка (страница 46)
Мы дошли до компьютерной. Том включил лампы, слушая и кивая мне на ходу. Я не хотел, чтобы он соглашался со мной, а лишь пытался представить ему общую картину.
– Переходим к самой интересной части, – продолжил я. – Недели три назад мой племянник, который вообще ничего не знал об этой истории, становится вдруг просто одержим домом Калиндара. Мать запрещает ему даже близко подходить к тому месту. За несколько дней до этого убийца-педофил похитил мальчика из парка Шермана. Страстный интерес моего племянника к дому Калиндара усилился еще более, и как-то раз он, обманув всех относительно своих планов на вечер, отправляется туда и пытается проникнуть в дом со стороны заднего двора. Однако неожиданно для себя мальчик встречает противодействие некой страшной негативной энергии. На следующий день его мать кончает жизнь самоубийством.
– Так-так, – проговорил Том.
– Она чувствовала, что с сыном творится неладное. На Нэнси с новой силой обрушилась ее вина, а события в районе усугубляют ее. Она не в силах это вынести. На следующий день сын обнаруживает ее тело в ванне. Как ты думаешь, каково пятнадцатилетнему мальчишке найти обнаженный труп матери в ванне?.. Марк все чаще приходит в пустой дом и открывает все новые зловещие изменения, устроенные там Калиндаром. Через два дня он говорит своему лучшему другу, что ощущает присутствие в доме молодой женщины, а на пятый день она появляется сама и называет свое имя – Люси Кливленд. Люси скрывается от своего отца, которого Марк прозвал Черным человеком и видел мельком как минимум два раза. Марк говорит, что у Люси есть план: она хочет, чтобы он кое-что сделал, и Марку нужно обдумать это. Он уходит в парк, чтобы посидеть там и поразмышлять, и уже больше никогда не возвращается.
– Очень суггестивно,[29] – сказал Том. – Ты считаешь, Марк в парке принял решение присоединиться к Люси Кливленд и – я правильно понимаю? – таким образом защитить ее от отца? И, приняв такое решение, он возвратился в дом тридцать три двадцать три и отдал себя в ее руки.
– Присоединился к ней, – поправил я. – Да, ты прав, он отдал себя в ее руки.
– Как ты думаешь, будет ли возможность увидеть его когда-нибудь?
– Будет, уверен. – Даже в тот момент я не собрался с духом, чтобы рассказать Тому о сообщении, которое обнаружил на своем компьютере с помощью программы «Gotomypc.com». – Потому что он не погиб. Просто он не здесь.
– Любишь своего племянника, а, Тим?
Глаза мои вдруг обожгло слезами.
– Как много из рассказанного тобой известно полиции?
– Ровно столько, сколько они в состоянии понять. Я попытался заинтересовать их домом, но они меня отшили.
– Лично я считаю, это дело заслуживает того, чтобы основательно покопаться.
Том уселся за компьютер, соединенный с устройством, напоминающим огромный тостер с несколькими рядами маленьких красных светодиодов на передней стенке. Сбоку была надпись «VectorSystems», но это ничего мне не говорило. От гигантского тостера толстые кабели тянулись к нескольким загадочным черным ящикам, в которых что-то щелкало и жужжало.
– Я верю, что увижу его снова.
– Если она позволит его увидеть.
– Думаю, позволит. Поговорить с ним уже не удастся, но увидеть – я его увижу.
– И этого тебе будет достаточно?
– В общем, да, – ответил я.
– Когда это произойдет, расскажешь мне?
– Должен же я буду с кем-то поделиться.
Подняв голову, Том улыбнулся мне, потом взглянул на экран монитора и вновь перевел на меня глаза:
– Ты правда хочешь, чтобы я сделал это?
Конечно же, я этого хотел.
– Тогда подходи ближе, чтоб тебе тоже было видно.
Я встал у него за спиной и смотрел, как он набрал адрес «Сев. Мичиган-стрит, 3323» на пустом экранном бланке какого-то муниципального офиса, в котором понятия не имели, что в настоящий момент Том Пасмор бродит по их архивам. Затем нажал клавишу «ввод».
Через наносекунду на экране появилось:
«Рональд Ллойд-Ажонс
Лиственничный проезд, 159
Олд-Пойнт-Харбор, IL 61725».
– Наш приятель Ронни обитает в самой живописной части города, – сказал Том.
– В этом не много смысла, – сказал я. – Миллионеры в Пигтаун обычно не суются…
Олд-Пойнт-Харбор – освященный временем район на востоке Миллхэйвена с особняками в стиле Тюдоров, готическими башнями и большими модернистскими зданиями, вписанными в лесистый ландшафт вдоль извилистых дорожек с фонарями, имитирующими старинные газовые.
– Погоди-ка, – прервал я сам себя. – Как ты сказал?
– Кажется, «наш приятель Ронни обитает в самой живописной части города».
– Ты назвал его Ронни, – спохватился я. – Ну конечно, Ронни! Тот парень в парке!
– Какой парень в парке?
– Я рассказал ему о профессоре астрономии, подростке и фотороботе, увиденном в полиции.
– Поразительно, – сказал Том. – Твоему приятелю сержанту Полхаусу следовало бы серьезней отнестись к тому дому. – Он оглянулся на экран монитора. – А вот когда, интересно, Рональд Ллойд-Джонс купил наш прелестный домик? – Том нажал несколько клавиш, и в окне на экране появился ответ: 1982. – Значит, он владеет им уже двадцать один год, – сказал Том. – И купил его еще до того, как убили Калиндара Выходит… Хм-м.
– Чего ради парень из Олд-Пойнт-Харбор будет покупать дом на Мичиган-стрит? – спросил я.
Кое-что из того, что Том проделал дальше, возможно, было незаконным Даже наверняка так оно и было, но, должен признаться, эффект принесло поразительный. Полчаса спустя мы знали о мистере Ллойде-Джонсе больше, чем его родители.
Рональд Ллойд-Джонс родился в Эджертоне, Иллинойс, в тысяча девятьсот пятидесятом году. Окончил среднюю школу Эджертон-Ист в шестьдесят восьмом В семьдесят втором – Иллинойский университет, в котором учился, будучи стипендиатом по футболу. В семьдесят пятом женился на хорошенькой Эдвине Кэсс, сироте и богатой наследнице, а в семьдесят восьмом году произошел несчастный случай: во время катания на лодке Эдвина погибла. Ллойд-Джордж унаследовал приблизительно двадцать миллионов долларов, которые приумножил почти вдвое благодаря тенденциям рынка девяностых и другим инвестициям Он имел доли в трех брокерских фирмах. Его счетами занимался персональный бухгалтер в Чикаго. Он никогда больше не женился, детей нет. В гараже у него «ягуар ванден-плюс», грузовичок-пикап «шевроле» и «мерседес»-седан. Система безопасности, являющая собой настоящее произведение искусства, охраняет его дом и десять акров земли вокруг. На банковском счету Ллойд-Джонса 65374,08 тысяч долларов в банке «Ферст Иллинойс», и его кредитки «Visa», «Master-Card» и «American Express» имели отличное обеспечение. Он часто пользовался on-line магазинами, в частности, приобретал в них рок-пластинки восьмидесятых и романы Джеймса Паттерсона.[30] При росте шесть футов три дюйма и весе двести тридцать пять фунтов он был огромен: размер шеи – восемнадцать дюймов, талии – сорок, обувь носил тринадцатого размера. Ллойд-Джонс предпочитал односолодовый скотч. Любил заходить на порносайты и загружать фотографии, которые на следующий день удалял. Зубы его были безупречны. Дома у него имелась оружейная, где в стеклянных шкафах хранились старинные ружья и пистолеты; музыкальная комната-студия с умопомрачительно дорогой аппаратурой и «домашний кинотеатр» с огромным плазменным экраном Динамики обошлись ему в двести пятьдесят тысяч долларов. Не состоял ни в каком клубе или общественной организации. Ни в одной церкви не был прихожанином Никогда не ходил на выборы. Этому мультимиллионеру принадлежали дом в Олд-Пойнт-Харбор, квартиры с двумя спальнями на Парк-авеню и Восточной Семьдесят восьмой улице, превосходный загородный домик в Перигоре и… дом на Мичиган-стрит, самая первая недвижимость, приобретенная им.
На единственной фотографии, которую удалось отыскать Тому, Ронни был снят в выпускном классе средней школы.
– А не смотаться ли нам, пока не стемнело, в Олд-Пойнт-Харбор? – спросил Том.
– У него первоклассная музыкальная техника и горы компакт-дисков. Это
– Сначала надо посмотреть на этого Ронни, а потом уже звонить в полицию. У меня нет никакого желания докладывать управлению полиции Миллхэйвена, а в особенности сержанту Полхаусу, что и как я только что накопал. Ты хорошо запомнил физиономию на фотороботе?
– Еще бы.
– Значит, у нас есть достаточное основание.
Через десять минут я вез Тома Пасмора по Истен-Шор-драйв в своей арендованной машине. Еще через двадцать минут мы, покинув пределы Миллхэйвена, въехали в Олд-Пойнт-Харбор. Перед нами открылся вид на отлогие холмы, густо поросшие дубами и лиственницами. Подальше от дороги, за стволами деревьев, как миражи мелькали силуэты особняков.
(Прочитав несколько написанных ранее абзацев моего дневника, Мэгги Ла сказала: «Ты пишешь дневник как литературное произведение». На что я ответил: «По-другому не умею».)
Дорожные знаки и указатели попадались крайне редко. Это было одно из тех сообществ, жители которых не заботятся о комфорте посетителей или работников службы доставки. В своем плавно-степенном и чуть своенравном течении на север Лоб-лолли-роуд пересекала две безымянные улицы, прежде чем перейти дорогу чуть пошире с названием Кэрридж-авеню.
– Едем дальше, – велел Том. Карта Олд-Пойнт-Харбор была у него в голове, как и карты и планы сотни различных городов и городков, крупных и маленьких. – Проезжаем две улицы, сворачиваем налево, и первый перекресток будет с Тэмэрак-вэй.