Питер Ньюман – Злость (страница 20)
– Чтобы защитить… – Локоть больно стукается о стенку. – …Тебя.
Она почти достала меч, но в тесном туннеле ей не выпрямить руку полностью.
Конец клинка все еще в ножнах.
– Не бросай меня. Ты мне нужна.
– Так… будет лучше.
Веспер опускает голову, мешкает, беззвучно проговаривая слова перед тем, как произнести их вслух.
– Это от тебя не зависит. Меч хочет, чтобы ты пошла со мной.
Диада пятится назад, оказывается на краю. С усилием поворачивает голову и скашивает глаза, пока наконец ей не удается бросить на Веспер подозрительный взгляд.
– Меч Гаммы говорил со мной, помнишь? Я нужна, чтобы его нести, а ты нужна, чтобы меня охранять.
Диада на нее смотрит, скрывая выражение лица за забралом.
– Не глупи! Ты даже меч здесь не вытащишь. Они в считаные секунды тебя убьют, и ты умрешь напрасно. Если хочешь меня защитить, немедленно спускайся вниз!
Ее голос отражается от туннелей, повторяется и затихает, затихает и возрождается, выдавая их местоположение. Когда звук гаснет, наступает тишина.
Веспер, Диада и козленок замирают, пытаясь понять, кто еще их слышит.
Затем внезапно раздается решительный звон брони, топот ног – неестественно быстрый и нарастающий.
Выругавшись сквозь зубы, Диада отпускает меч обратно в ножны и спускается в дыру. Падение получается быстрым и выверенным, и она приземляется мягко. Цилиндр частично погружается в воду.
Сверху высовывается козленок. Ему страшно прыгать, страшно оставаться на месте.
– Давай, – подбадривает Веспер.
– Оставь его.
– Нет! – Она протягивает руки, улыбается – Давай, ты сможешь. Прыгай. Я тебя поймаю.
Козленок блеет, заносит копытце над дыркой, затем поспешно отступает.
– Не бойся.
Диада говорит быстро, принуждая себя вставлять слова туда, где, в теории, должны быть паузы.
– У нас нет времени, нам надо уходить, забудь про животное – или мы все погибнем.
Веспер не поддается.
– Ты сможешь. Прыгай!
За ее спиной начинает трястись меч.
– Давай же, – преувеличенно бодро говорит Веспер. – Прыгай.
Козленок закрывает глаза и, мекнув в последний раз, бросается вниз, размахивая копытами.
Диада ругается.
Улыбка исчезает у Веспер с лица.
Звуки перекрывают друг друга – вопль сигнализации смешивается с криком боли. Хлюпает вода.
Веспер держит козленка и понимает, что заваливается назад. Диада тянет ее за воротник и возвращает на место.
– Спасибо.
Цилиндр построен разумно, но рассчитан на одного. Веспер и Диада теснятся вдвоем, пытаясь устроиться как можно удобнее. К счастью, один пассажир еще ребенок, а у второй гибкая броня, предназначенная для быстрых перемещений. Но даже несмотря на это, в спину Веспер впивается меч, а содержимое раздавленной сумки – в бедра и живот.
Козленок трижды поворачивается, затем устраивается в ногах у Веспер.
Цилиндр начинает закрываться сам, без команды. Они быстро складывают руки и наклоняют головы. Две половины крышки цилиндра соединяются и тут же герметизируются.
На внешней стороне появляются маленькие дырки, жадно всасывают в себя воду, цилиндр утяжеляется и, внезапно накренившись, скрывается под водой.
Первый достигает конца туннеля, останавливается у дыры и смотрит вниз. Он прекрасно видит в темноте и без фонаря.
Внизу – ничего, только вода, омывающая стены помещения.
Остальные появляются сзади, спешат через сеть туннелей, их приближение успокаивает.
Первый их не ждет. Бросается в воду вниз головой и черной тенью устремляется в чернильные глубины.
Подобно тихой торпеде, он спускается все ниже и ниже, находя новые туннели. Читает водовороты и течения, быстро сужая круг возможных вариантов, пока не остается только один.
Первый не плывет. Вместо этого отталкивается от дна выбранного туннеля, разрезая воду.
Упорные усилия вознаграждены – в поле зрения возникает уплывающий серебряный силуэт. К тому моменту, когда Первый достигает конца туннеля, мерцающее пятно уже находится в открытом море за пределами Соноруса.
Вырастая из воды подобно сплетенному из теней языку, Первый не выказывает никаких признаков досады. Он просчитывает множество параметров: глубину, скорость, направление.
Злость направляется на юг.
Первый не отправляется в погоню. Этого не требуется. Он уже там, где нужно, в сотне фрагментов, разбросанных по всему миру. Все они выжидают.
Глава седьмая
Внутри цилиндра на вогнутом экране транслируется мутный и бескрайний морской ландшафт, где плавают рыбообразные создания и плачут кораллы.
Через плечо Диады Веспер виден лишь кусочек экрана, и то, что картина не видна целиком, причиняет ей невыносимые страдания.
Она замечает прерывистое дыхание Диады. Ее визор – на расстоянии пальца от лица девочки, так близко, что она видит закрытые глаза и чувствует, как спутницу трясет.
– Диада! Диада! Что случилось? Что не так?
Сквозь сжатые зубы слышится ответ:
– Обезболивающие.
– Какие обезболивающие?
– Мои. Перестают действовать.
– А в сумке есть еще?
Диада резко открывает глаза.
– Да.
Рука в защитной перчатке захватывает пустое пространство – пальцы шевелятся, как паучьи лапки, но до сумки никак не достать. Тянутся, удлиняются, затем срываются Веспер на шею.
– Бесполезно.
Теперь очередь Веспер. Хоть она и в более выгодной позиции, у нее затекла рука, из-за чего теперь девочка двигается неуклюже.
Пока они силятся хоть что-то сделать, из-под ног Веспер доносится звук струящейся жидкости.
Когда они смотрят вниз, глаза обеих синхронно распахиваются.
Они не видят растекающуюся желтую лужицу, но в закрытом пространстве достаточно услышать характерный запах, чтобы понять его источник.