Питер Гамильтон – Святые Спасения (страница 84)
— «Возле» — понятие относительное, — сказал Каллум. — Но да, это двойная система. И если звезда такого размера станет новой…
— Это спровоцирует и другую, — сообразил Юрий.
— Мы можем оказаться в центре сверхновой.
— Но эти, которые вторглись, должны это знать, верно? — сказал Алик. — Они наверняка наметили путь к отступлению.
— Конечно, — ответила Джессика. — Корабли вторжения движутся сюда, а здесь находятся корабли–ковчеги. Так что у них должна быть стратегия.
— Отлично, — заключил Юрий. — Так давайте поможем им. Алик?
Алик злобно зыркнул на него и тут же снова зажмурился. Его глянцевая, пластмассовая на вид кожа даже немного сморщилась от напряжения. Юрий проверил данные и убедился, что пауки–дроны покидают ангар, двигаясь по коридору, который приведет их в камеру нексуса. Двое суетливо бежали по полу, остальные почти так же быстро перемещались среди переплетения труб, тянущихся по стенам и потолку. Юрий не мог не признать, что Алик прекрасно справляется с пилотированием ползунчиков.
Он проверил сенсорные кластеры в ангаре, потом коридор, куда удалилась Странная Квинта, — там ничего не двигалось.
— Ну, идем? — спросил Каллум. Он мелко дрожал, словно собираясь начать гонку.
— Вторжение займет несколько часов, — сказал Юрий. — А Алик выведет ползунчиков на место уже через несколько минут. Так что не будем все портить из–за того, что не можем чуть–чуть обождать.
Каллум издал стон разочарования, проигнорированный Юрием.
— Полное сознание сплачивается, — предупредила Джессика.
Попытавшись разобраться в потоке чужих мыслей, Юрий ощутил только
«Сосредоточься на том, чего можно достичь».
Дроны–ползунчики наконец добрались до огромной пещеры, набитой всяческими механизмами, живыми трубами и гигантскими резервуарами размером с городской квартал: мрачное напоминание о временах земных нефтеперерабатывающих заводов, дополненное темными лужами, протекающими стыками и слоистым неряшливым туманом. Все пять пауков быстро взобрались на странную кривую колонну из стекла и карбона, огибая наросты свежей зеленой листвы, спаянной с плотно упакованными внутренними волокнами.
— Так, я на месте, — сообщил Алик. — Могу ослепить нейрострату этой секции, как только скажете.
— Каллум, Кандара, — сказал Юрий. — Приступайте.
Дроны слаженно двинулись к выходу из пещеры; воздух, возмущаемый крохотными голубыми струйками их выхлопов, чуть колебался, но дроны двигались практически бесшумно. Влетев в туннель, они устремились к ангару. В огромном пустом пространстве дроны буквально затерялись. А через несколько секунд они уже оказались у открытого входа.
И остановились, просто зависнув в воздухе, максимально приглушив ионные выбросы.
— Какого хрена? — воскликнул Юрий.
— Ох, черт, — простонал Каллум. — Они врезались в мембрану. Та затвердела.
— Но мы же легко пролетели сквозь нее, — запротестовал Алик. — Как и все транспортные корабли; влетели и вылетели.
— Это было, когда ангар использовался, — сказал Каллум. — Тогда единое сознание оставило мембрану неплотной. А теперь она затвердела, предотвращая утечку атмосферы. Значит, дронам не пройти. Ни дронам — ничему.
— И что нам делать? Нам же нужно вывести передатчики наружу.
Юрий взглянул на Кандару. Судя по ее лицу, она уже знала, что он собирается сказать.
— Мы пойдем в ангар и ликвидируем генератор мембраны. Физически.
Ни один из кораблей оликсов в анклаве не летел на перехват армады. Некоторые в самом начале попытались, но потом из врат появилась нейтронная звезда, и оликсы поспешно изменили курс.
— Как думаешь, они ждут подкрепления? — спросила Ирелла.
— Мы не уверены в их тактике, — сказал Иммануээль. — Похоже. Никто не последовал за нами во врата. Это странно, с учетом того количества кораблей, которые находятся в наружной системе. Возможно, в анклаве есть еще не замеченные нами корабли Решения.
— Но они должны знать, что Энсли расправится с силовыми кольцами точно так же, как он сделал в системе врат. Если они хотят остановить нас, то должны были быстро организовать сопротивление. Если только… —
— Насколько мы разбираемся в характере оликсов, это весьма маловероятно.
— Да. — Она вновь, на сей раз почти без содрогания, посмотрела на нейтронную звезду. Генераторы клетки выполнили последние корректировки курса и отключились, дав возможность звезде самостоятельно пролететь конечный участок траектории. При ее нынешней скорости нейтронной звезде потребуется два дня, чтобы достичь звезды анклава. — Я всегда считала, что тащить сюда нейтронную звезду было перебором, но теперь, когда я увидела, что соорудили тут оликсы, мне кажется, что вы приняли правильное решение.
— Это наша гарантия — на тот случай, если Энсли потерпит неудачу. Удар уничтожит звезду и анклав. И, каким бы ни был исход для нас, оликсы уже никогда не восстанут.
— Что ж, давайте просто надеяться, что мы сможем достичь большего.
— Тридцать минут до точки замедления, — объявило Александре. — Десантным кораблям — боевая готовность.
Ирелла активировала иконку взвода:
— Удачи, ребята. Да пребудут с вами Святые.
Ей ответил радостный нестройный хор. Едва получив доступ к сенсорам десантного корабля, она поняла, насколько бессмысленной была визуальная обратная связь. Темные, громоздкие механизмы в промышленного вида тисках висели в галерее, набитой таким количеством запутанных, переплетенных кабелей, что казалось, их произвел на свет гигантский, страдающий диареей паук. Ничего человеческого видно не было; установить хоть какую–то эмоциональную связь не представлялось возможным. И не смогла она в последний раз увидеть лица парней.
«Но я их помню. Остальное неважно».
Ирелла переключилась на внешние камеры «Моргана», наблюдая, как десантные корабли вылетают из своих труб — массивные черные клинья со сдвоенными жалами, торчащими из носов, такие отчетливые на фоне размытых радужных спиралей туманности. Корабли набирали скорость, чтобы выстроиться кольцом в тысяче километров от «Моргана».
Именно тогда она и увидела
— Эй, мы еще не выяснили, что это за штуки? — спросила она. — Они словно прыщи на континууме анклава, этакие дефекты, искажающие свет.
Последовала долгая пауза, потом раздался голос Иммануээля:
— Идет выяснение.
— Что?
— Подтверждение интеграции аспекта.
— Иммануээль?
Ирелла повернулась к Кенельм, которое хмурилось, явно озадаченное не меньше нее. Сеть «Моргана» начала анализ защищенных каналов связи армады.
— Энсли, ты поддерживаешь контакт с Иммануээлем?
— Частичный. Какой–то сбой. Оликсы создают помехи. Веду анализ.
Ирелла проверила дисплей тактического статуса:
— Ну вот. У меня проблема с доступом к твоей «листве».
Огни кафе замигали, потом успокоились. Ирелла озадаченно уставилась на светящиеся полосы. Часть ее тактического дисплея застыла, потом цифры и графики пустились вскачь, превращаясь в бессмысленные размытые пятна.
— Какого черта? Они запустили в нашу сеть вирус?
— Энсли?
— Святые!
— Гендес «Моргана» не отзывается, — встревоженно сказало Кенельм. — За эту секцию корабля отвечает отдельная установка. Похоже, сетевые узлы вышли из строя. Осуществлен вброс большого объема данных, вот протоколы безопасности и активировались, изолировав каждый физический сектор сети.
— Святые! Как они это сделали? Как занесли вирус в наши системы? Комплексы ведь полностью перестроили «Морган».
Взгляд, который оне бросило на нее, сказал все, что Ирелла хотела знать. Они разом подумали об одном и том же — о проникновении агентов оликсов.
«И я знаю одного человека, который был с нами очень долго, так долго, что даже записей о нем не существует. Только картинка в книге…»
Она воспользовалась интерфейсом, проверяя, где можно взять личное оружие. Палубой ниже.
«Значит, придется импровизировать?»
В кафе много столовых приборов.
«Спокойствие. У меня нет доказательств. Пока нет».
— Я не знаю, — сказало Кенельм. — Но гендес вычислит и уничтожит любой вирус.