Питер Гамильтон – Святые Спасения (страница 40)
Крышка откинулась, и Ирелла медленно села. Подушка тоже поднялась, поддерживая ее.
— Ты в порядке? — спросил Матиас.
Ирелла вовремя вспомнила, что кивать не стоит. Она подняла палец и прохрипела:
— Почти.
Матиас терпеливо ждал, когда она будет готова вылезти. Ирелла стиснула зубы и кое–как приподняла ногу. Когда она перекинула обе ноги через край капсулы, Матиас протянул ей руку. Тогда–то она и увидела Рафу, одного из членов взвода Матиаса, стоящего в паре метров от них. Впервые за много лет ей стало неловко из–за своей наготы. Потом она заметила, что оба они при оружии, и едва успела спрятать улыбку.
Она встала, держась за край капсулы, чтобы не упасть. Смущенный Матиас подал ей халат.
— Что происходит? — спросила она. Данные на оптике говорили, что «Морган» уже достиг половины световой скорости и находится на расстоянии одного светового года от нейтронной звезды.
— Ты нужна на капитанском совете.
— Ладно. Приму душ и приду туда.
Она не смогла удержаться от сарказма.
Рафа кашлянул.
— Это срочно, — с несчастным видом объяснил Матиас. — Мы тут, чтобы проводить тебя прямо туда, как только ты оденешься.
— Правда? Почему?
— Слушай, Ирелла, извини. Я знаю только, что им нужно посоветоваться с тобой. И это очень срочно.
— Похоже на то. — Она кивнула на капли маслянистой жидкости на своей коже. — Но сперва все–таки душ.
Рафа хотел что–то сказать, но Матиас его опередил:
— Конечно.
Неспешно умываясь, она через инфопочку заказала пищевому принтеру куриный бульон. Избавляясь от остатков масла на коже, Ирелла воспользовалась интерфейсом, проверив своего киборга. Тот пребывал в режиме ожидания, находясь там, где она оставила его семь лет назад, — в одном из множества пустых отсеков на нижней палубе, неподалеку от того места, где взводы устраивали свои идиотские рукопашные бои. Судя по записям в бортовом журнале, никто этого не заметил — да никто на «Моргане» и не патрулировал корабль в поисках злоумышленников. На миг у нее возникло искушение вывести киборга из режима ожидания, просто на всякий случай. Но это было бы глупо — никакой ведь физической угрозы нет. Сопровождай он ее на совет, это было бы равносильно «заеданию» стресса. А как только она вышла из душа, подкатила дистанционка с бульоном. Так что…
Кружка, в которой доставили суп, казалась непомерно тяжелой. По дороге к капитанским каютам им пришлось пять раз останавливаться, чтобы Ирелла присела и отдохнула. Но она упрямо отказывалась от предложений Матиаса вызвать для нее медицинское автокресло.
Кенельм сидело во главе стола в приемной. В любое другое время суровое выражение лица омни было бы пугающим. Но сегодня Ирелла с трудом сдерживала усмешку. Александре, тоже сидящее за столом, жестом пригласило Иреллу устраиваться. Она благодарно кивнула и отхлебнула еще супа. Руки и ноги дрожали от напряжения после долгой ходьбы. Сидящая напротив Тиллиана обеспокоенно смотрела на нее.
Цинри и Вим заняли места по обе стороны от Кенельм. Еще были Напар, капитан «Коллесии», и Иллатан, командовавший «Кинзалором». Они бросали на нее тревожные взгляды.
— Прошу прощения за то, что тебе не дали толком прийти в себя после анабиоза, — сказало Кенельм, — но мы столкнулись с неожиданным развитием событий.
Ирелла повернула голову, посмотрев на стоящих за ее спиной Матиаса и Рафу.
— Это что, расширенный совет, капитан? Если да, то разве взводный Матиас не должен сидеть рядом с нами?
— Матиас здесь, чтобы обеспечить порядок, — спокойно сказало Кенельм.
— Порядок?
— Ирелла, мы обнаружили у нейтронной звезды нечто странное, — устало произнесло Александре. — Или, скорее, тревожащее. Мы надеемся, что ты сумеешь помочь нам понять, что происходит.
— Я постараюсь.
— Я вышла из анабиоза девять месяцев назад, чтобы помочь команде расчета подхода Вим, — сказала Тиллиана. — Пять кораблей флотилии выгрузили удаленные сенсорные спутники для ведения наблюдений.
— Я в курсе технических характеристик, — сказала Ирелла. — Сенсоры хорошие, еще с «Актеона».
— Да. Спутники замедлились до пятидесяти g, сравнявшись скоростью с нейтронной звездой. Затем они выпустили зонды и отправили нам данные через порталы.
— И?
— Скорость вращения нейтронной звезды изменилась.
Ирелле потребовалась секунда, чтобы осознать сей монументальный факт.
— Что ж, это хорошо. Это должно помочь привлечь внимание оликсов.
— Хорошо? — ледяным тоном сказало Вим. — Ты так думаешь? Хорошо? Мы совершенно не представляем, как это сделать.
— Представляем, — возразила Ирелла. — У нас есть несколько теорий, как этого добиться.
Она отпила еще супа.
— Да, но у нас нет для этого технологий.
— У Энсли, наверное, есть. Он нес разные удивительные системы.
— Энсли не знал, как они работают.
— Нет, но команда, которую ты возглавляло в хабитатах, добилась поразительного прогресса, разбираясь в нейтронных функциях Энсли, не так ли? Это было впечатляюще. Вложите достаточно усилий в проект ретропроектирования, и непременно добьетесь успеха.
Вим метнуло на Кенельм возбужденный взгляд.
— Ты предлагаешь, чтобы Энсли анализировал свою собственную структуру? — спросило оне.
— Я не знаю. О чем ты меня спрашиваешь?
— Мы спрашиваем тебя вот об этом, — сказало Кенельм.
В конце стола загорелся экран, показывая звездное поле. Прямо в центре его виднелось маленькое кольцо из тускло–красных крапин.
— И что это? — спросила Ирелла. Хотя она знала. Знала, потому что это было прекрасно. Идеально. Это было все, на что она надеялась. И все же она хотела — нет, нуждалась в том, чтобы — услышать подтверждение.
— Цивилизация нейтронной звезды, — сурово произнесло Вим. — Инфракрасное излучение почти четверти миллиона отдельных «гранул», обращающихся по орбите в трехстах восьмидесяти четырех тысячах километров от звезды. Все, что могут измерить отсюда наши датчики, — это что диаметры объектов варьируются от одного до двадцати пяти километров. Есть еще несколько, побольше размером, хотя их инфракрасная характеристика ниже.
— Ого!
— Триста восемьдесят четыре тысячи километров — весьма специфическое расстояние.
— На таком расстоянии Луна обращалась вокруг нашей утраченной Земли, — сказала Ирелла. — Значит, у Энсли все–таки есть чувство юмора. Кто ж знал?
— Ты говоришь, что это сделал Энсли? — вызывающе спросило Вим.
— Я говорю, что он дал возможность это сделать. — Ирелла глотнула еще супа, глядя на Кенельм поверх чашки.
— Как это произошло? Цивилизация–приманка, спроектированная вами, должна была состоять из десяти хабитатов и нескольких платформ с нейтронным оружием. Они собирались заявить о своем существовании оликсам, обстреливая нейтронную звезду массивными глыбами, чтобы создать искусственную картину сверхвысокоэнергетического рентгеновского излучения. А теперь мы видим вот это. Как? Как такое могло случиться?
Ирелла поставила чашку на стол.
— Это случилось, потому что я дала людям полный контроль над инициаторами корабля–сеятеля.
—
— Каким людям? — вмешалось Вим. — Ведь популяция–приманка — андроиды.
— Нет. Это была первоначальная идея. Я изменила план.
— По чьему распоряжению? — осведомилось Александре.
— По моему собственному. То, что вы видите вокруг нейтронной звезды, — естественная космическая человеческая цивилизация, развивавшаяся без пределов и ограничений, так что она могла продвинуться куда дальше нас.
Кенельм закрыло глаза и словно оцепенело.
— О святые! Ты не могла этого сделать.
— Ну нет, я это сделала — с помощью Энсли. Я сделала то, что, уверена, мы должны были сделать, чтобы