Питер Гамильтон – Спасения нет (страница 71)
Беспричинный страх нашептывал, что пентхаус откажется их впустить. Слишком многое в привычной жизни за последние дни дало сбой. Но черная дверь распахнулась, и она с нелепым облегчением перешагнула порог. Острота всех эмоций у нее сейчас была как у подростка.
— Не знаю, вызывать ли Луи? — обратилась она к Горацио. — Энсли Третий должен знать об окукливании, но Луи мне огорчать не хочется.
— Наверняка ты знаешь кого–нибудь, кто на прямой связи с Энсли Третьим?
— Ну да… — Она посторонилась, пропуская ап–багажку.
В вестибюле Крина привалилась к стене и медленно сползла на пол. Взгляд ее метался, не в силах сфокусироваться.
— Вот чертовщина! — Горацио встал на колени рядом, тронул ладонью потный лоб. — Она вся горит! — Он бросил умоляющий взгляд на Гвендолин. — Тебе не кажется…
— Ох, дерьмо, только не это! Пожалуйста! — Гвендолин тоже упала на колени. — Крина! Крина, ты меня слышишь?
Ответа не было. Она виновато скосила взгляд на ноги телохранительницы.
— И шла она странно.
— Я заметил.
Долгую минуту они молчали. Потом вместе принялись расшнуровывать крепкий ботинок. Стащили и увидели стянутую в шишку ступню.
— Дерьмо. И что теперь?
Хабитат Макдивитт
Когда впервые обнаружили астероид 2077UB, он мотался по не слишком правильной орбите за Сатурном и насчитывал в поперечнике три с половиной километра. Ледяная глыба оставляла за собой туманный след — из ядра постепенно испарялись летучие элементы. Находку оценила корпорация Флетчер–Уилсон, в 2096 году опустившая на его изрезанную поверхность свой зонд. Зонд подвязал двухметровый портал, пропустивший трех юристов–астронавтов с простенькой жилой капсулой. Они целый день обживали астероид, прежде чем провозгласить его независимым государством и учредить временного правителя — Ген 3 Тьюринг. Тот предоставил компании Флетчер–Уилсон полные права на разработку минеральных богатств.
Через два года на 2077UB доставили тяжелое горнодобывающее оборудование с архипелага промышленных станций, привязанных к поверхности Исмена — большого булыжника в главном поясе астероидов. Принадлежали они консорциуму австралийских и новозеландских миллиардеров, превративших Исмен в промышленный хабитат. Битый лед с 2077UB подвергали очистке, удаляли пыль и примеси, получая воду чище антарктических льдов. Ее через портал перекачивали в осевые опрыскиватели свежепостроенного хабитата Макдивитт — тридцатипятикилометрового цилиндра восьми километров в диаметре. Сухая как в пустыне почва хабитата насыщалась водой, стекавшей затем по обдуманно вылепленным долинам в пустые речные русла, а те через всю длину хабитата сливали ее в широкое округлое озеро. Оттуда насосы пересылали воду в осевую трубу, и цикл повторялся день за днем.
На первой неделе дождей появились аэробные и анаэробные бактерии, охотно заселившие нетронутые доселе частицы почвы. Еще через несколько месяцев автоматические агротракторы прокатили по земле, сея траву и разбрасывая по влажной поверхности червей, а в ручьях, реках и озере принялись водные растения. Когда поднялась трава, тракторы взялись за более крупные растения. Еще немного, и воздух заселили сложными цепочками насекомых, для которых на однообразно зеленой прежде земле уже расцвели первые цветы. Насекомые пришпорили опыление. Через семь лет после первого дождя в биосферу, уже способную поддерживать себя без участия человека, выпустили мелких животных.
Теперь в кронах деревьев порхали яркие птицы, на верхушках пальм и в ветвях висели крупные летучие лисицы, в подлеске копошились броненосцы, гаттерии и лягушки. Когда люди бежали из хабитата в миллиардерский пояс Эты Кассиопеи, животных переводить не стали — их попросту было чересчур много. Экологи слишком хорошо поработали над богатой флорой и фауной — в огромном цилиндре так и кишела жизнь. Триумф теперь стал серьезной проблемой.
Тропическая зелень разрослась в сплошные дебри. Броня Кандары помогала ей пробиться сквозь лианы, плети ветвей и низкие сучья, но куда медленней, чем хотелось бы. А четырем следовавшим за ней биоборгам приходилось еще хуже.
Она задержалась, вгляделась в окружившую со всех сторон плотную стену растений.
— Матерь Мария, ничего не выйдет!
— Что не так? — спросил Юрий. Он вернулся в оперативный центр безопасности в манхэттенском подземелье, чтобы лично наблюдать за операцией по захвату.
— Джунгли слишком густые. Здесь поработали древопоклонники — идея равновесия им не знакома.
— Очень даже знакома. Биосфера Макдивитта признана образцово успешной именно потому, что поддерживается почти без вмешательства со стороны.
— Да? Ну, нас она погубит. Слушайте, мы задумывали, что оликсы погонятся за биоборгами в ирригационный тоннель, где мы устроим им ловушку, так?
— Ну и что? В тоннеле джунглей нет.
— Значит, биоборги должны быть замечены сразу, как только оликсы пробьются в хабитат, иначе они успеют понять, что эвакуация прошла успешно, а эти — просто фальшивка. Ну, ладно, здесь нас засекут — мы, проламываясь сквозь кусты, оставили очень заметный след. Но штука в том, что выбраться отсюда невозможно. Биоборги, «заметив» оликсов, должны броситься ко входу в тоннель. Первое: здесь бегом не побежишь. А если я заранее проложу ход, оликсы заметят. Нельзя допустить, чтобы они что–то заподозрили: у нас будет всего один выстрел. Я выполняла задания, когда объект заманивают в ловушку. Все должно быть совершенно правдоподобно до самого момента захвата.
— Может, вы и правы.
— Еще как права!
— Тогда переходим к плану Б? — бодро спросил невидимый Алик.
Кандара остановилась и развернулась. Плотный зеленый занавес почти скрывал торец хабитата. На его основе — сплошном круглом каскаде наклонных галерей — разрослись деревья и вьющиеся растения: их разделяли на отчетливые сектора большие хрустальные навесы, выступавшие из зелени, как носы кораблей.
— Придется захватывать их в жилой части.
— Годится, — сказал Юрий.
— Да, у вас и там будет немалое преимущество, — продолжал Алик. — Жилой сектор — незнакомый им лабиринт. Вы сумеете повести оликсов по выбранному маршруту. Может, вывести к участку сноса строений и там изолировать одного.
Кандара улыбнулась, вообразив, как пожимают плечами и сердито переглядываются эти двое в своем Нью–Йорке. Летучие дроны описали круг и двинулись обратно, и она вернулась по своей тропинке, уводя за собой биоборгов. Пять ап–троллов замыкали маленькую процессию. Здешние дикие джунгли напомнили ей Небеса, где она встречалась с Яру Нийром, — и, вспомнив Яру, Кандара задумалась, эвакуировалось ли оне вместе со всем хабитатом. С Яру станется встретить оликсов загадочной улыбкой и мудрым изречением.
— И почему в хабитатах вечно устраивают тропическую биосферу? — жалобно вопросила она, приминая броневой перчаткой неразумно склонившуюся над тропой бамбучину.
— Это говорит жительница Рио! — рассмеялся Алик.
— Четверть хабитатов Сол имеют умеренный климат, — сказал ей Луи, — но тропические заросли легче поддерживать — спасибо скорости роста.
— А субарктических хабитатов не бывает?
— Есть пять штук, все маленькие, до десяти километров в длину. Созданы как биосферные заповедники для сохранения находящихся под угрозой видов при антропогенных изменениях.
— Мы и их потеряем, надо полагать? — спросила она.
— Возможно, — ответил Юрий. — Ни один корабль оликсов к ним не направляется. Мы видим в этом знак, что в списке приоритетов оликсов они стоят низко. Я ожидаю, что в конечном счете и до них доберутся.
— Если адаптировать проект хабитатов исхода, можно было бы взять на них все земные последовательности ДНК, — сказал Луи. — Они все каталогизированы, мы бы не потеряли ни одного земного вида.
Кандара удивилась, насколько же Луи для члена семьи Зангари идейный — почти как утопиец.
— Переходя к текущему: как мои корабли Избавления?
— Все три без изменений, — ответил ей Юрий. — Через восемьдесят минут заканчивают торможение.
— Матерь Мария!
Кандара обвела взглядом торцевую стену, возвышавшуюся над жилым сектором, — проследила альпийские террасы со скалами и деревьями прямо на средней линии, откуда выступало осевое веретено. Даже выведя свои датчики на максимальное увеличение, она не сумела высмотреть произведенных людьми Юрия модификаций.
— Эвакуация техников при силовой системе?
— Закончена. Все готово.
— Как с дезой?
— Занимаемся. Для публики Макдивитт провалил эвакуацию. Запущена дезинформация, что в нем осталось пять тысяч человек и «Связь» лезет вон из кожи, чтобы вовремя вывести их на Эту Кассиопеи. Мы подбросили «Всекомментам» утечку: губернатор орет на Оборону Альфа, требует вытащить его и семью. Обидно, что оликсы испоганили большую часть Солнета, но их оперативники должны были это выловить.
— Хорошая работа. — Она оценила изящество уловки, хотя лучше бы в ней вовсе не возникло необходимости. Макдивитт был четвертым из намеченных для операции захвата хабитатов. С ее цинично–эгоистической точки зрения, Каллум слишком хорошо справился с защитой МГД-астероидов. По чести, она не могла корить его за успех, но для нее победа стала крупной головной болью. Оборона Альфа с удивлением и восторгом увидела, как корабли Избавления меняют курс, уходя от хабитатов к транснептуновым МГД-астероидам. Успешная эвакуация хабитатов практически лишила оликсов надежды на добычу: пока они взломают щиты и прорвутся внутрь, окукливать будет некого. Так что для единого сознания ковчега расчет был простым. Вторжение на астероиды теперь — пустая трата времени. Если эвакуация пройдет без срывов.