Питер Джеймс – Пока еще жив (страница 3)
5
Электрические ворота открывались!
Дерьмо!
Этого он не ожидал. Нервы сдавали, мысли разбегались. А еще он вспомнил, что забыл сегодня принять лекарство, то самое, благодаря которому все в голове держалось вместе. Кто выходит? Может быть, смена охранников? В любом случае упускать такую возможность нельзя. А вдруг сама стерва? Она ведь любит прогуляться в одиночку. Хотя обычно, как пишут в газетах, на пробежках телохранителей вокруг нее больше, чем у президента США.
Он резко затормозил, выключил двигатель и вытащил из переднего кармана брюк пистолет. Посмотрел на ворота. На слепящие огни фар. Машина стояла в самом низу извилистой подъездной дорожки, ожидая, пока ворота откроются настолько, чтобы проскочить на улицу.
Он метнулся через дорогу — в ворота. Увидел застывший в ожидании «мерседес». Уловил запах отработанных газов, смешавшийся с запахом свежескошенной травы. В динамиках гремела музыка, песня Геи!
Как же мило! Слушать собственную музыку в последние мгновения жизни! Так она и умрет! Ну разве не поэтично?
Верх опущен. За рулем Гея! Одна!
Мощный мотор «мерседеса» взревел и тут же перешел на ровный музыкальный ритм «бум-бум-бум». Сверкающий металлический зверь ждал, когда водитель придавит педаль, чтобы с ревом унестись в ночь. Ворота все еще открывались, медленно, рывками, правая половина быстрее левой.
Он неуклюже — а ведь столько тренировался! — сдвинул собачку предохранителя. Шагнул вперед.
— Я предупреждал тебя, стерва! — Он произнес это громко, чтобы она услышала. Увидел, как она смотрит на него из тени. Смотрит, как будто хочет о чем-то спросить.
Ответ был в его дрожащей руке.
Он шагнул ближе, и ее лицо исказила гримаса страха.
Не то, не то. Он знал, что не должен это делать. Повернись, забудь, беги. Бежать куда? Домой? Бежать, ничего не сделав?
Он спустил курок. Грохнуло куда громче, чем можно было ожидать. Пистолет дернулся, словно пытаясь выскочить из руки, и он услышал глухой удар — пуля попала во что-то. Она все еще смотрела на него широко раскрытыми от ужаса глазами. Ни царапинки. Промахнулся.
Он прицелился еще раз. Она вскинула руки, заслоняя лицо, и он выстрелил во второй раз. От ее головы отлетел какой-то кусочек, а волосы вздыбились гребнем спиц. Он снова спустил курок, и в центре ее лба появилась темная дырочка. Она завалилась назад, на спинку сиденья, дергаясь, как выброшенная на берег рыбина, которую несколько раз прибили молотком. Ее глаза таращились на него. Что-то темное вытекало из дырки во лбу и бежало по носу вниз.
— Надо было слушать. Надо было делать, как я приказал.
Он повернулся и побежал, словно в тумане, к своей машине.
6
Гея едет в Брайтон! Звезда возвращается в город, где родилась. Самая знаменитая из всех живых знаменитостей приезжает домой, чтобы сыграть роль самой прославленной в истории Брайтона женщины! Пара, подобранная на небесах. Мечта для Геи.
И даже еще большая мечта для Анны Галишии. Самой большой фанатки Геи.
Фанатки номер один!
Только Анна знала истинную причину приезда Геи в Брайтон. Разумеется, чтобы встретиться с ней! Сигналы были совершенно ясны.
Недвусмысленны.
Однозначны.
— Она приезжает на следующей неделе. А ты, Дива, что об этом думаешь?
Кошка смотрела на нее без всякого выражения.
Итак, величайшая из звезд прибывает на следующей неделе. И конечно, Анна лично встретит ее в отеле. Наконец-то, после семи лет обожания и общения друг с другом на расстоянии у нее появляется шанс встретиться с Геей лично. Может быть, коснуться руки кумира. Может быть, если все сложится по-настоящему хорошо, ее пригласят в номер — выпить по коктейлю. А потом?
Гея всегда была непредсказуема в предпочтениях. Кто интересует ее сейчас, мужчины или женщины? Она всегда выставляла напоказ каждое свое новое увлечение. Меняла любовников, искала того,
Лисичка-наперсница.
Лисичка-подружка!
В последние недели Гея послала много тайных сигналов. Анна хранила все свидетельства в аккуратно сложенных стопках газет и журналов, каждый номер в отдельной целлофановой папке.
Мысленно она уже миллион раз репетировала тот момент, когда они наконец встретятся. Боролась с сомнениями. Может быть, попросить для начала автограф? Сломать, так сказать, лед? Это ведь не слишком дерзко для фанатки номер один?
Конечно нет.
Лисичка-подружка!
Гея славилась тем, что обожала своих поклонников. А самой преданной из них была, конечно, Анна. Коллекционируя принадлежавшие кумиру вещи, реликвии и сувениры, она потратила все, что досталось по наследству от покойной матери, и почти все, едва ли не до последнего пенни, что сумела скопить сама.
Когда Гея выступала с концертами в Англии, Анна всегда покупала лучшие места. Всегда делала так, чтобы оказаться первой в очереди, лично или в Интернете. Когда Гея выступила в популярнейшем уэст-эндском мюзикле «Святая», посвященном жизни матери Терезы, Анна сидела в первом ряду.
И конечно, она всегда посылала Гее имейлы с извинениями, если не могла присутствовать на представлении лично. Желала успехов и здоровья. Выражала надежду, что вечер удастся и без нее. И разумеется, добавляла знак.
Скрытная лисичка! Лисичка-подружка!
Анна предавалась мечтам у себя дома, в комнатке на втором этаже маленького дома в Писхевене, неподалеку от Брайтона. В комнатке, превращенной в святилище. В музей Геи! Она верила, что если сделает глубокий — по-настоящему глубокий вдох — и не станет обращать внимание на запахи высохшего картона, бумаги, пластика и лака, то сможет уловить ароматы парфюма и пота Геи, исходящие от костюмов, которые ее богиня надевала на концертах и которые она купила на благотворительных аукционах.
Каждый дюйм пространства был отдан здесь образу Геи или сувениру от нее. Постеры с автографами, стеклянные шкафчики, заполненные ее CD-дисками, серебристый шар, который приходилось постоянно подкачивать, с надписью «ТУР ДУШЕВНЫХ ТАЙН ГЕИ» — Анна купила его два месяца назад, когда певица в последний раз приезжала в Англию. Вставленные в рамочку билеты с каждого концерта Геи во время ее мирового турне, расписания гастролей, бутылочки с ее лечебной минеральной водой и драгоценное собрание плечиков для одежды с ее личной монограммой.
Были здесь и несколько безголовых манекенов, обряженных в платья, которые Гея надевала когда-то на сцене и которые были проданы потом на онлайновых интернет-аукционах. Каждый предмет находился в прозрачном чехле, защищавшем его от внешней среды и, самое главное, сохранявшем запахи тела кумира. Другие предметы одежды, завернутые в бескислотную оберточную бумагу, хранились в снабженных соответствующими этикетками коробках.
Еще одним особо ценным экспонатом считалась удочка, с которой Гея сфотографировалась для постера «ГЕЯ НА ПРИРОДЕ», взятого в рамку и любовно помещенного рядом с удочкой. Удочка напоминала Анне об отце, частенько бравшем ее на рыбалку, когда она была еще совсем маленькая. Потом он бросил и Анну, и ее мать.
Она сидела, потягивая из стакана особый коктейль, смешанный по специальному рецепту, опубликованному самой Геей — мохито, с логановыми ягодами для укрепления здоровья и гуараной для энергии, — и слушая звучащий на всю мощь знаменитейший хит своего идола — «Спасем Планету Вместе!».
Анна подняла стакан, предложив тост одному из любимейших изображений Геи — крупному плану с губами, носом и глазами под заголовком «ГЕЯ: БЛИЗКОЕ И ЛИЧНОЕ».
Дива, ее бирманская кошечка, отошла, выгнув спину, как будто рассердилась. Иногда Анна спрашивала себя, а не ревнует ли Дива к Гее. Она перевела взгляд на разложенные по столу вырезки. Внимание привлекла одна, из раздела «Разное» в журнале «Хит». Это была фотография Геи в черных джинсах и топе, делающей покупки на Родео-Драйв в Беверли-Хиллз. Подпись внизу гласила:
«ГЕЯ ГОТОВИТСЯ ДЛЯ НОВОЙ РОЛИ В КИНО?»
Анна улыбнулась. Черное! Гея выбрала этот цвет специально для нее!
«Я люблю тебя, Гея, — подумала она. — Я так тебя люблю. Ты уже знаешь об этом. И скоро я скажу это же тебе лично, когда мы встретимся в Брайтоне. На следующей неделе. Всего лишь через пять дней.
Пожалуйста, будь в черном.
Лисичка-подружка!»
7
Почти собранный скелет лежал на стальном столе в безжалостно ярком свете прозекторской. Детектив-суперинтендент Рой Грейс смотрел на череп, жутковатый оскал которого выглядел как прощальная парфянская стрела насмешки.
До сорокового дня рождения Роя Грейса отделяло восемь недель, и в полиции Суссекса он служил уже двадцать первый год. Высокий, под пять футов одиннадцать дюймов, детектив поддерживал форму неустанными физическими упражнениями. Волосы он стриг коротко и смазывал гелем, следуя совету своего наставника, гуру-стилиста, Гленна Брэнсона. Нос, слегка сплюснутый после перелома, заработанного в стычке с патрульным полицейским, придавал ему, по первому впечатлению, сходство с отставным боксером. Его жена, Сэнди, пропавшая без вести почти десять лет назад, сказала однажды, что у него глаза как у Пола Ньюмена. Сравнение, что и говорить, лестное, но Рой Грейс никогда не принимал его совсем уж всерьез. Он считал себя обычным парнем, ничем особенно не примечательным, занимающимся любимым делом. Не первый год работая в отделе тяжких преступлений, он, однако, так и не привык к человеческим черепам — они неизменно нервировали его и даже немного пугали.