Питер Дэвид – Путь к рассвету (страница 58)

Лондо остался совершенно невозмутим.

— Так значит, увидел, да?

Г’Кар ухитрился кивнуть, сам не зная, как ему это удалось.

— Очень стильно, не правда ли? Думаю, это могло бы войти в моду, и вскоре каждый захотел бы иметь такого у себя.

— Что… это?

— Моя совесть, — ответил Лондо. Его густые брови нахмурились, он изо всех сил пытался не упустить нить разговора. — Оххх… да. Да, вспомнил. Все ради меня. Именно так все и было.

— Лондо… — ошеломленный Г’Кар указывал пальцем на существо, угнездившееся на плече у императора.

Но Лондо не обратил на это особого внимания. В его представлении разговор продолжался в прежнем русле.

— Все это… было лишь одним великим эпосом, посвященным тому, как человек теряет свою душу… и как он после этого добивается восстановления и возрождения, но только заплатив за это ужасную цену. И у этого эпоса есть большой потенциал… как ты думаешь?

Г’Кар сумел молча кивнуть.

— Вся штука в том, Г’Кар… что в данный момент, Дракхи — верь мне или нет — нуждаются во мне. Хотя некоторые из них покинули этот мир, но другие пожелали остаться. И они по прежнему видят во мне инструмент отмщения… считают меня своей марионеткой, которая еще некоторое время будет дергаться на сцене по мановению их пальчиков. Без меня… у них ничего не останется. А без Шеридана и Деленн… они не добьются отмщения. Они ненавидят Шеридана и Деленн, ты понимаешь. Потому что они велели Теням уйти… и те ушли. Дракхи, в некотором роде… — Лондо подыскал сравнение и улыбнулся. — Они как дети. Дети, которых бросили родители и которые решили сорвать свой гнев на окружающем мире. Копаясь в своей душе, я уже даже почти что не нахожу там ненависти к ним. Но только почти.

— Ты сказал: «Без Шеридана и Деленн». То есть ты намерен дать им уйти?

С видимым усилием, Лондо все-таки сумел утвердительно кивнуть.

— Таковы мои намерения. Это будет… весьма сложно. Дракхи не желают допустить их бегства. Дракхи хотят видеть их казненными. А в последние дни, суметь сделать нечто… не согласующееся с желаниями Дракхов… это стало для меня чрезвычайно важно.

И внезапно почти все из случившегося здесь стало ясным и понятным. Как давно Лондо не отвечает за свои поступки? Как давно на его плече сидит это существо, которое следит за ним и манипулирует его действиями? С самого начала Войны? Это ли существо велело ему начать бомбардировку Нарна? Предать Г’Кара? И можно ли считать Лондо, учитывая все это, невинным человеком?

— Если Шеридан и Деленн могут бежать отсюда… то можешь и ты, Лондо, — сказал Г’Кар с внезапной решимостью. — Все мы можем. Все мы спасемся…

Лондо покачал головой.

— Нет… нет. Рано или поздно, мой маленький… напарник… проснется. И в тот момент, когда это случится, звездолеты Дракхов придут за нами и разнесут все к чертовой матери.

— Тогда позволь мне убить эту тварь…

— Если она умрет, то умру и я. И кроме того, Г’Кар, некоторые вещи предопределены. Поверь мне. Это единственный путь.

— Но если эта… тварь… всегда контролировала твои действия…

— Аххх… Я вижу, о чем ты подумал. Нет, Г’Кар, нет. В огромной схеме мироздания, это, — он указал на тварь, — лишь недавнее мое приобретение. — Лондо вновь склонился вперед, кашлянул несколько раз, а затем заговорил отрывисто: — Хочешь ли ты знать… что я за человек? После того, как я организовал бомбардировку Нарнской колонии в Квадранте… тогдашний император, Император Турхан, с последним своим вздохом проклял меня и всех моих союзников. А я вместо этого объявил всем, что он похвалил и благословил наши действия[30]. И знаешь что еще, Г’Кар, старый друг? — и Лондо полуулыбнулся. — Если бы мне вновь представилась такая же возможность… я бы поступил точно так же. Я бы просто нашел потом какой-нибудь способ избавить мой народ от этого… этого фиаско, — и он жестом указал на дымящиеся руины Примы Центавра. — Но то, что я навлек на твой народ… — и он щелкнул пальцами — вот так вот, вновь, и вновь, и вновь, будь мне даже дана еще, и еще, и еще одна возможность.

Г’Кар ощетинился, кровь стучала у него в висках, и все его силы ушли лишь на то, чтобы не напрыгнуть на ухмыляющееся лицо, которое он видел перед собой…

А затем он все понял. Он понял, что Лондо просто пытался сейчас задеть его… взбесить его… добиться, чтобы он…

Напал на Лондо? Убил его?

Ну, конечно. Убить его. Именно этого он и добивается.

И тут, прежде чем Г’Кар успел что-либо еще сказать или сделать, снаружи раздались приближающиеся голоса. Гвардейцы сурово повторяли:

— Вперед! Идите!

Лондо сумел встать на своих подкашивающихся ногах и, опираясь больше на свою силу воли, чем на физическую силу, дотащился до трона. Последним усилием он привел себя в сидячее положение, откинувшись так, что тени скрыли его.

— Спрячься, — велел он Г’Кару. — Немедленно. Поторопись. Здесь есть небольшая кабина для переодевания, — он указал Г’Кару, где именно. Похоже, каждое движение причиняло ему физическую боль. — Иди туда.

— Зачем?

— Время уже на исходе. Несколько минут уйдет у меня на то, чтобы объясниться с Шериданом и Деленн, и пока они поймут, что должно быть сделано, может оказаться, что как раз этих минут и не хватит, чтобы это и в самом деле сделать. Так что хоть ты сделай то, что сказано.

— Как прикажешь, — сказал Г’Кар, и слова его прозвучали крайне издевательски. Он скрылся в комнатке, указанной Лондо, и тихо прикрыл за собой дверь.

И начал ожидать… последних инструкций.

Глава 12

Лондо не мог сидеть на троне выпрямившись, поскольку боль была слишком велика. Разговор с Г’Каром отнял у него остатки сил. И ему казалось, у него не осталось уже никаких резервов.

Один из гвардейцев выступил вперед и приблизился к трону. Делал он это с некоторым сомнением, будто не был уверен, в самом ли деле Лондо до сих пор присутствует здесь. Настолько хорошо запрятался Лондо в тень.

— Ваше Величество?

— Да.

Убедившись, что Лондо и в самом деле здесь, гвардеец сказал:

— Шеридан был без чувств некоторое время, но, похоже, сейчас уже пришел в себя.

— О, хорошо, — сухо сказал Лондо. — Мы не хотим слишком многого. Пусть он просто будет в сознании в свои последние мгновения. Приведите их сюда.

Шеридан и Деленн немедленно предстали перед ним. Они тревожно озирались в сумраке зала; Лондо в последние дни предпочитал, чтобы здесь царил полумрак, словно демонстрируя свою безоговорочную капитуляцию перед тьмой. Гвардейцы отошли, оставив их наедине. Шеридан и Деленн, казалось, были озадачены, и оглядывались, пытаясь понять, неужели и в самом деле здесь больше никого нет.

Внезапно рука Лондо онемела. Даже сам он уже потерял счет тому, сколько ему пришлось выпить сегодня. Он совсем забыл, что по-прежнему держит в руке стакан, и тот выскользнул у него из руки и со стуком упал на пол. Деленн вздрогнула. Шеридан остался недвижим. Почему-то это показалось Лондо занятным.

Деленн и Шеридан начали настороженно придвигаться к нему.

— Не надо ближе, — тихо сказал Лондо. Его голос звучал не громче, чем шепот, весьма к тому же неразборчивый. Лондо и сам с трудом узнавал собственный голос, а на глаза ему будто набросили вуаль.

Он попробовал встать и обнаружил, что его ноги и мозг решили разорвать отношения друг с другом. Если бы ему и удалось подняться на ноги, то, скорее всего, он бы опрокинулся, и разве это достойно императора? Ему вовсе не хотелось провести свои последние мгновения — а он был абсолютно уверен, что нынешние мгновения являются для него именно последними — растянувшись на полу лицом вниз.

— Я надеюсь, вы простите меня, если я не стану вставать, — сумел он выговорить. — Видите ли, мне пришлось здорово напиться… только так я могу еще остаться один. Мы ведь не хотим разбудить его.

Шеридан в недоумении уставился на Лондо. Технически, его недоумение казалось вдвое больше, чем должно было бы быть, потому что глаза Лондо, потеряв способность синхронизировать свои действия, видели сейчас сразу двух Шериданов.

— Разбудить кого?

Лондо поднял брови, которые в данный момент были единственной частью его тела, движениями которой он еще мог управлять.

— Ах, так, значит, вы не знаете. Понимаете ли, свои стражи есть у каждого из нас… — Он тихо усмехнулся. — О, они позволяют всем нам считать, будто мы обладаем свободой воли, но это ложь. Я устроил очень неплохое представление, не так ли?

Лондо заметил, что лицо Деленн начинает озаряться пониманием. Шеридан по-прежнему выглядел сбитым с толку, чему Лондо нисколько не удивился. Он давно уже подозревал, что именно Деленн является подлинным мозговым центром этого семейства.

— Он остался доволен, — продолжил Лондо. — И ему безразлично, почему я делаю то, что я делаю, пока я делаю… пока я веду дело к вашей смерти.

Лондо сумел собрать достаточно сил, чтобы склониться вперед. Лицо Деленн осталось бесстрастным. Словно она ожидала увидеть на плече Лондо именно того, кто там и сидел. Но Шеридан был совершенно ошеломлен, и это заставило Лондо удивиться еще больше. Ведь Лондо знал, что Шеридан уже видел Стража на плече у своего сына, Дэвида, когда пытался остановить мальчика, решившего сбежать с Минбара. И вот теперь Шеридан вел себя так, будто никогда раньше не имел дела со Стражами.

— Понимаете ли, ликер выводит его из строя, — объяснил Лондо. — Я обнаружил, что если напиться достаточно серьезно, то он заснет на несколько минут… Несколько минут, которые я снова могу быть самим собой… — Он глубоко вдохнул. Произносить внятные слова, связные фразы требовало от него запредельных усилий. — Но эти минуты становятся все короче и короче… так что у нас не слишком много времени.