Питер Дэвид – Путь к рассвету (страница 21)
Вир уставился на нее.
— Ты хочешь сказать, что люди сражаются и умирают… Что миллионы могут погибнуть, если Дурла осуществит свои планы… только для того, чтобы в конечном счете я смог собрать осколки?
— Пожалуй, можно и так сказать.
— Лучше так не говорить. Меня от одной только мысли в дрожь бросает. Если таковы намерения Великого Создателя, то он, наверно, безумец.
— А почему бы и нет? — с вызовом спросила Сенна. — Ведь, в конце концов, он создал нас по своему образу и подобию… и посмотри, сколько ужасов мы натворили, мы, центавриане, как раса. Разве можно после этого говорить, что мы не безумны?
— Твои слова, — сказал Вир, — ужасающе похожи на правду.
Они шли вместе по дворцовым коридорам, мило болтая о таких предметах, разговор о которых не мог иметь никаких последствий ни для кого из них. Это была очень приятная перемена по сравнению с тем, о чем они говорили раньше.
В один из моментов Вир отпустил шутку, которую Сенна нашла особенно забавной, настолько, что не смогла не рассмеяться, и остановилась, чтобы успокоиться и принять чинный вид. Вир тоже остановился, дружелюбно осклабившись, и Сенна взяла его за руку.
— Так, так, так! Похоже, вы уже подружились, как я погляжу?
Сенна и Вир обернулись одновременно, по-прежнему держась за руки.
К ним приближался Дурла своей обычной чванливой походкой. С ним рядом шла женщина, и Сенна могла лишь предположить, что это Мэриэл, потому что лицо женщины скрывала вуаль. Это было крайне странно… единственными на Приме Центавра женщинами, носившими вуаль, были легендарные телепаты, которые когда-то повсюду сопровождали императора[10]. Этот обычай, однако, умер со смертью императора Турхана. Картажа, вступив на трон, первым делом заявил, что не потерпит рядом с собой женщин, которые без труда могут заглянуть в его разум, и приказал убить их всех. Эти телепатки стали первыми, но далеко не последними жертвами его кровавого правления.
Несмотря на вуаль, Сенна почувствовала, как впивается в нее взгляд Мэриэл, и невольно отпустила руку Вира, почувствовав себя чуть ли не провинившейся перед ней в чем-то.
— Я уже довольно давно знаком с Леди Сенной, — спокойно ответил Вир… пожалуй, нарочито спокойно. — Она для меня все равно что любимая племянница.
Сенна кивнула, подтверждая его слова.
— Ну, конечно, — сказал Дурла, вежливо улыбаясь. — О, Сенна, вы конечно помните Мэриэл. Она для меня все равно что любимая жена. Поприветствуй их, Мэриэл.
— Приветствую вас. — Голос Мэриэл был настолько тихим, что ее слова с трудом можно было разобрать.
— Откинь свою вуаль, дорогая. Так им не расслышать тебя.
— Я… не хотела бы…
— Разве я сказал тебе, что могу прислушаться к твоим желаниям? — спросил Дурла столь резким тоном, что Сенна едва не подпрыгнула. Она посмотрела на Вира, но у того на лице сохранялось выражение вежливого любопытства, не более. — Откинь вуаль и поприветствуй наших визитеров как полагается. — Дурла повернулся к Виру с извиняющимся выражением на лице. — Леди Мэриэл была несколько грубовата с вами, возможно из-за того, что не могла забыть, как вы уступили ее мне. Но я терпеть не могу грубости. Не так ли, Мэриэл. — Слова Дурлы прозвучали не как вопрос, а как утверждение.
— Да, муж мой. Вы терпеть не можете грубости. — Ответила Мэриэл. А затем взяла ладонью край вуали и отвела ее в сторону, так, что Вир и Сенна смогли увидеть ее лицо.
Сенна ахнула. Она сразу же пожалела, что не смогла сдержаться, но подавить эту непроизвольную реакцию оказалось выше ее сил, потому что лицо Мэриэл было разбито и покрыто кровоподтеками.
Вир схватил Сенну за плечо, тоже непроизвольно. Он вцепился в него так сильно, что Сенне стало больно.
— Что… случилось? — только и сумел выдавить из себя Вир.
— Она такая неуклюжая, наша Мэриэл, — сказал Дурла голосом, в котором сквозила забота о жене. — Она просто споткнулась, если мы позволим себе поверить ее собственным словам. — Это прозвучало как ремарка, которую Дурла тщательно отрепетировал, стремясь добиться, чтобы ответ на неизбежный вопрос звучал надменно, чопорно и двусмысленно.
— Мне следует быть более осторожной в будущем, — призналась Мэриэл, и теперь ее глаза обратились на Вира. Ее взгляд перескакивал то на Вира, то на его спутницу, и Сенна увидела в этом взгляде такую душевную боль, которую она не могла себе даже вообразить.
Внезапно Вир начал надвигаться на Дурлу, и Сенна сообразила, что если она немедленно не предпримет что-нибудь, то случится непоправимое. Из такой конфронтации нельзя выйти победителем. Ведь Дурла долго и упорно обучался солдатскому ремеслу. Конечно, это было давно, но навыки остались. Он оставался грозным противником. Но даже если бы Вир, обуянный пожаром ярости, смог бы превозмочь Дурлу и избить того до бесчувствия, а именно таковы, судя по всему, были его намерения, тогда все его претензии на будущее пойдут под откос. Еще до наступления ночи худшие кошмары Сенны могли стать явью, и Вир окажется в тюрьме, накачанный наркотиками.
Сенна громко вскрикнула и скрючилась от «боли», пытаясь привлечь внимание Вира, пока он не сделал роковой шаг. Вир оглянулся на нее, сконфузившись.
— Что не так?
— Что-то вроде… внезапных колик. Вир, пожалуйста… Не будешь ли ты столь любезен, чтобы проводить меня в мою комнату?
Мэриэл тем временем вновь накинула на лицо вуаль. Дурла смотрел на Сенну с выражением безграничного сострадания.
— Позаботься о ней, Вир. Уж я-то давно ее знаю. Я помню ту пору, когда мы все звали ее Юная Леди. Какой замечательной женщиной стала она теперь. Да, Вир, позаботься о ней, как следует позаботься. А мне следует позаботиться об обеде в обществе своих министров.
— Может быть… — Вир с трудом сохранял самообладание, и голос его звучал слегка придушенно. — Может быть… Леди Мэриэл следует… следует отдохнуть… как вы полагаете?
— О, нет, — беззаботно ответил Дурла, — нет, совсем нет. Когда приобретаешь такой трофей, как Леди Мэриэл, всегда хочется похвастаться им перед всеми, даже если она и выглядит в данный момент не лучшим образом. А для нее нет ничего превыше стремления во всем угождать желаниям своего мужа. Разве не так, любовь моя?
— Как… вы сказали, так оно и есть, любовь моя, — ответила Мэриэл, и голос ее казался голосом ожившего мертвеца.
— Ну вот, видите? Желаю вам приятнейшего времяпрепровождения сегодняшним вечером, — улыбаясь, сказал Дурла. — И позаботьтесь о Сенне, Посол… мы все столь ценим ее.
Сенна железной хваткой держала Вира за локоть, и удивлялась самой себе… она и не ожидала найти в себе столько силы. Но отчаяние часто рождает способности к отчаянным усилиям.
Дурла направился дальше по блистающему дворцовому коридору, и блеск, казалось, меркнул при его приближении. Мэриэл мельком оглянулась однажды, но вуаль не позволила Виру и Сенне заметить, какое выражение было при этом у нее на лице. Впрочем, Сенне казалось, что она догадывается, какое.
— Этот… мерзавец! — выпалил Вир, словно сплюнул. — Как… Как он мог…
— Могу сказать тебе, как, — с мрачной уверенностью ответила Сенна. — Просто Мэриэл выпало несчастье оказаться его единственной слабостью.
— Чем, чем?
— Его слабостью… По крайней мере, в глазах других. Так я слышала от некоторых, самых болтливых Пионеров Центавра. И, очевидно, Дурла решил продемонстрировать всем и каждому, что у него нет слабостей.
— Понятно. Раз он так обращается со своей любимой, то оппонентам тем более не приходится рассчитывать на снисхождение.
— Ни на какое.
Вир мрачно кивнул в знак понимания. Ему явно хотелось еще что-то сказать, но он вовремя спохватился. И это было, наверно, очень мудро. Потому что если Сенна чему-нибудь и выучилась за эти годы, так это тому, что так или иначе, но во дворце повсюду имеются уши. Она не понимала до конца, как это может быть… Но это было так.
— Не сказать ли нам императору? — предложила она.
— Лондо? — Вир мрачно усмехнулся. — Он же развелся с ней. Мэриэл пыталась убить его. Он и пальцем не шевельнет ради нее. Может, от души посмеется над нашим рассказом… И этого-то я уж точно не смогу перенести. Так что лучше уж нам не трезвонить об этом. — Он снова посмотрел в сторону, куда ушла Мэриэл, и лицо у него стало трагическим. — Я никак не думал, что он… Если бы я знал, я бы никогда…
— Ты бы никогда что? — спросила Сенна с искренним удивлением.
— Ничего, — ответил Вир после минутного колебания. — Не имеет значения.
Про себя Сенна твердо решила, что непременно упомянет о состоянии Мэриэл в разговоре с императором, когда Вира не будет поблизости. Вслух, однако, она начала вновь говорить:
— Вир…
— Это не имеет значения, — повторил Вир, перебивая ее. — Что сделано, то сделано, и назад ничего вернуть нельзя… И неважно, насколько сильно нам бы этого хотелось. — Он нежно пожал руку Сенны и продолжил. — Давай пойдем на обед к Лондо. Лучше не заставлять императора ждать еще дольше, он и без того уже заждался нас.
Выдержки из «Хроник Лондо Моллари».
Фрагмент, датированный 23 сентября 2275 года (по земному летоисчислению)