Питер Дэвид – Армии света и тьмы (страница 37)
- И, похоже, эта тварь пьянеет куда быстрее, чем Лондо, - задумчиво продолжил Вир.
Теперь ему многое стало ясно. Теперь, когда мысленный образ одноглазого страшилища жег его разум, события последних лет внезапно представились с полной ясностью. Слова, которые говорил ему Лондо, его поведение, случайные, казалось бы, комментарии… Все теперь встало на свои места. И…
И Тимов… что ж, это ведь теперь тоже очевидно, не так ли. Лондо вынужден был изгнать ее, заставить расстаться с собой. Виру не померещилось, они действительно становились все ближе друг к другу. И результатом не могло не стать ее стремительное отлучение. Лондо специально подстроил все это, но не потому, что он действительно хотел расстаться с Тимов. Просто он не мог сблизиться с ней сверх определенных пределов. О каких интимных отношениях может идти речь, когда к твоему плечу прирос прыщ, наделенный собственным сознанием, который будет с интересом следить за всеми интимными моментами?
Теперь можно было понять, почему Лондо действует так, а не иначе… и посочувствовать ему… и…
Великий Создатель, во что же Лондо ввязался?
- Могли они подсадить на него эту тварь против его воли? - глухо спросил Вир.
Гален покачал головой.
- Нет. Он мог беспокоиться, бояться ее… но в конечном счете, связь со Стражем возникает у реципиента только тогда, когда он по своей воле позволяет этому случиться.
Какую же власть могли Дракхи иметь над Лондо? Как сумели вынудить его пойти на такое испытание? Возможно ли, что Лондо на самом деле одобрял подобное? Вир решил, что это немыслимо. Гордость Лондо слишком велика. Чтобы он позволил этой твари поселиться на себе, стать постоянным напоминанием, что он теперь не более чем марионетка таящихся в сумраке монстров? Ни при каких условиях не мог Лондо этого одобрить.
И если Дракхи каким-то образом все-таки сумели заставить его пойти на такое, какие же душевные муки пережил Лондо? Беспомощно стоять перед монстрами, пока эта… тварь заберется на него и поселится навсегда на его плече…
Вир испытывал полнейшее смятение мыслей и чувств. Подозрительность, страх, жалость и ужас боролись в его душе, пытаясь одержать верх друг над другом.
- Мне нужно поговорить с ним, - сказал Вир. - Я должен намекнуть ему, что я знаю. Я должен…
- Тебе так хочется поскорее умереть? - резко спросил Гален.
- Нет, конечно, нет, но…
- Узнав о Страже, ты приговорил себя. Ты сделал выбор.
- Гален прав, - сказал Финиан. Он не без сочувствия относился к переживаниям Вира, но совершенно очевидно, в данном случае твердо поддерживал мнение Галена. - Вспомни, что произошло, когда ты едва упомянул имя Шив’калы, одного из Дракхов. Если ты дашь Лондо понять, что узнал о присутствии Стража, Дракхи вряд ли позволят тебе после этого еще хоть один вздох.
- Именно один из вашей братии предложил мне упомянуть имя Шив’калы. А вы едва не послали меня во дворце прямиком в лапы смерти, - горячо возразил Вир. - Как приятно слышать, что вас вдруг начало заботить мое благополучие. Почему? Потому что, вам кажется, я еще понадоблюсь для каких-то иных смертельных трюков?
- У нас не было намерения посылать тебя в лапы смерти, - сказал Гален. - Мы потеряли связь с тобой. Без сомнения из-за воздействия какой-то технологии Теней. Я сожалею об этой недоработке.
- Недоработке! Да ведь если бы я зашел в комнату, то был бы уже мертв!
- А мы провалили бы свое задание, - холодно возразил Гален.
- Ха. Ха. Ха, - изрек Вир, даже не пытаясь скрыть, насколько несмешной ему показалась шутка Галена. Затем он снова повернулся к голограмме, изображение на которой несколько изменилось. Лондо положил руку Виру на плечи, и они в обнимку шагали прочь от убежища Дракхов. И теперь, со стороны, Вир видел Стража с еще более близкого расстояния, чем раньше. Вот он, буквально в нескольких дюймах от его лица, вперив в Вира свой немигающий, неестественный глаз, а он и не подозревает о присутствии этой твари…
- Выключите это, - попросил Вир.
- Будет поучительно понаблюдать…
- Выключите это!
Гален с состраданием посмотрел на Вира, затем слегка махнул рукой, и изображение исчезло.
Долгое время никто не говорил ни слова. Наконец, Гвинн выступила вперед и сказала Виру:
- Теперь ты начинаешь понимать, против чего мы выступили.
- То, что мы сейчас увидели здесь, - подчеркнул Финиан, - есть результат всего лишь беглого осмотра дворца. Весьма вероятно, что мы заметили лишь верхушку айсберга. Дракхи внедряются в саму душу и сердце Примы Центавра.
- Сердце, пораженное тромбом. Душа, замаранная грязью, - сказал Вир. Он покачал головой, безуспешно пытаясь смириться с реальностью того, что он видел только что собственными глазами, и в истинности чего не сомневался ни на йоту. - Может, все же рассказать обо всем Лондо? Устроить дружескую попойку, вырубить этого самого Стража, и найти способ сказать ему, что я знаю?
- Абсолютно исключено, - убежденно сказала Гвинн, и остальные техномаги кивками подтвердили ее правоту. - Ситуация плоха не настолько, насколько мы полагали, а гораздо хуже. До сих пор мы сохраняли надежду, что с твоей помощью, благодаря твоему позитивному влиянию Лондо сможет встать на нашу сторону и помочь изгнать Дракхов. Теперь мы знаем, что это абсолютно исключено.
- Именно так, - подтвердил Финиан. - Лондо нельзя доверять. И точка.
- Все гораздо сложнее, - возразил Вир. - Несмотря на то, что здесь происходит - хотя на самом деле, теперь, когда я знаю всю правду, правильнее будет сказать, потому, что здесь такое происходит, Лондо был и будет моим другом. Ему…
- Нельзя доверять, - перебил Вира Гален, тем самым подчеркивая, что этот вопрос не подлежит обсуждению.
- Дело не в доверии. Мы должны помочь ему.
- Ты хочешь помочь ему? Тогда убей его.
Хладнокровие, с которым Гален высказал свое предложение, ужаснуло Вира.
- Убей его. Вот так просто, - скептически повторил он.
- Да. Вот так просто.
- Я лично не жду, что ты сделаешь это, Вир, - сказала Гвинн, бросив взгляд на Галена. - но поверь мне, убив его, ты действительно сделаешь ему великое благо.
- Забудь об этом. Он мой друг.
- Он их союзник. Все остальное неважно.
- Только не для меня, Гален. Только не для меня, - воскликнул Вир с пламенной силой в своем голосе и растущим нежеланием слепо подчиняться техномагам. - Знаете что? Знаете что? Ведь по сути вы не сильно отличаетесь от Дракхов. Проклятье, вы ничем не лучше Теней! Вы используете других в своих целях, и вам совершенно все равно, кто погибнет ради их достижения.
- Да, у нас с нашими врагами гораздо больше сходства, чем мы готовы признать, - сказал Гален, чем весьма удивил Вира. Он не ожидал, что его мнение, высказанное в пылу эмоций, кто-то сочтет возможным подтвердить. - Но, тем не менее, есть некоторые… различия.
- Ну, и какие же?
- У нас опрятная внешность, и мы лучше танцуем, - предложил Финиан.
Все уставились на него.
- Мне показалось, что ситуация много выиграет, если подбросить немного юмора, - извинился Финиан.
- Если только кто-нибудь и в самом деле сказал бы что-нибудь смешное, - съязвила Гвинн.
- Ну что ж, отлично, - сказал Финиан, явно обиженный тем, что его шутка встретила такой категорический отпор. - И что же ты предложишь нам делать?
- Информация должна исходить от тех, кому доверяют, - задумчиво сказал Гален, поглаживая себе подбородок. - Многие не станут доверять ничему, связанному с техномагами. Есть один приемлемый вариант. Я обо всем расскажу Гидеону. Он, в свою очередь, передаст полученные нами сведения Альянсу, и…
- И нас снова разбомбят, на этот раз вплоть до полного уничтожения? - встревожился Вир. - Если они обнаружат, что на Приме Центавра используются технологии Теней, если допустить худшее…
- Весьма правдоподобное допущение, - сказала Гвинн.
Вир открыто проигнорировал ее замечание и продолжил:
- То бомбы начнут падать на нас незамедлительно. И на этот раз они не остановятся, пока не сотрут нас полностью.
- Ну что ж, есть еще Шеридан, - предложил Финиан. - Гидеон доверяет Шеридану. Если он…
- Не надо Шеридана. Не надо Гидеона. Не надо никого, - сказал Вир, подводя черту под дискуссией. - Это внутренняя проблема Примы Центавра. И урегулируем ее мы сами, здесь, внутри. Вот и все.
- На карту поставлено много больше, чем благополучие Примы Центавра, - возразила Гвинн. - Мы говорим не о каких-то местных политиках, у которых карманы оттопыриваются от взяток. Мы говорим о целой расе, которая пытается использовать Приму Центавра как свой новый дом, используя для этих целей страшное биологическое оружие, в виде Стража посаженное на плечо императора вашего мира…
- Это правильно. Мой император. Мой мир. Мой! - Вир вполне недвусмысленно акцентировал это слово. - И я буду заниматься моими проблемами в моем мире, и мы решим эти проблемы сами. И я не хочу, чтобы кто-нибудь еще учуял, чем здесь пахнет. Потому что если это случится, они устроят здесь кровавую баню, и участвовать в этом я не желаю.
Похоже, Гвинн готова была принять боевую стойку и сразиться с ним лицом к лицу, возможно, чтобы решить вопрос о приоритетах, возможно, просто чтобы выбить из него дурь. Но легкое прикосновение руки Галена к ее плечу утихомирило Гвинн. Виру даже стало интересно, то ли Гален просто умеет быть очень убедительным, то ли здесь замешано некое волшебство. Гален внимательно осмотрел Вира с ног до головы, а потом спросил: